Борис Корчевников – Лествица святого Иоанна Лествичника. Тридцать ступеней на пути к Богу (страница 29)

«Когда выходишь из своего уединения, храни язык твой; ибо он может в малое время расточить плоды многих трудов» (Лествица, 27:81).

«Старайся быть нелюбопытным; ибо ничто так не оскверняет безмолвия, как любопытство» (Лествица, 27:82).

Как только человек начинает заниматься богомыслием, в его жизни появляются вещественные помыслы, обстоятельства, которые пытаются отвлечь от благого деяния.

«Когда ты выходишь из уединения, храни собранное; ибо если отворены дверцы в клетке, то птицы, в затворе бывшие, вылетают. И тогда уже не будет нам никакой пользы от сего безмолвия» (Лествица, 27:50).

Приобрести Христа можно и в бушующем мире, кишащем машинами, музыкой и развлечениями. Можно добиться тишины, если разум начнет питаться словами Христа, Божественной Волей. Даже сейчас, в жестоком житейском море, Господь воздвигает себе подвижников и помощников в деле спасения и привлечения к себе рабов Божьих, как это было в древние века. Главное, чтобы разум был подчинен Господу.

«Безмолвие есть непрерывная служба Богу и предстояние пред Ним» (Лествица, 27:60).

Мы стоим на двадцать седьмой ступени Лестницы. Стены нашего духовного храма уже должны стать настолько толстыми, что мирской шум не проникает в нас. Именно духовное делание человека, то есть молитва, делает его безмолвным, радостным по отношению к окружающему миру. Лествичник много раз поясняет, что без молитвы нет безмолвия.

«В продолжение ночи большую часть времени посвящай молитве, а меньшую назначай для псалмопения. Днем же опять уготовляйся по твоим силам» (Лествица, 27:77).

Очень интересно наблюдать за теми христианами или священнослужителями, которые дорожат молитвой. Тот, кто хочет помолиться, обычно заранее приходит в храм для того, чтобы успокоиться после дороги, наладить ритм сердца, души и ума. Такие люди приходят в тишину, а затем и свои чувства приводят в безмолвие – тогда начинает звучать молитва, общение с Богом, которого искали отшельники, убегая в пустыню. Разговор с Богом приобретается в безмолвии. Бывает так, что ты готовишься к молитве, и Господь одаривает тебя еще большей тишиной, большим безмолвием.

Имей навык духовной жизни, и тогда все твое естество – и бодрствование, и сон, и труд, и отдых – будет наполнено богообщением и стремлением к Богу. Безмолвие – это не просто бессмысленное молчание: тишина должна быть наполнена смыслом, послушанием голоса Божьего.

«Преуспевший не оставляет делания не только в бодрственном состоянии, но и во сне. Посему некоторые даже во время сна посрамляют приходящих к ним бесов, и представляющихся им в сновидении блудных женщин поучают целомудрию. Не ожидай посещений и не приготовляйся к оным заранее; ибо устроение безмолвия таково, что все должно быть просто и непринужденно» (Лествица: 27:74).

Серафим Саровский мог слышать голос Божий среди множества шумов, он точно понимал, когда с ним разговаривает Господь. Мы тоже должны попробовать понять, кто говорит, однако это достигается в молчании.

«…ум неволнующийся, мысль очищенная, восхищение ко Господу, представление вечных мук, памятование о близости смерти, молитва ненасытная, стража неусыпная, умерщвление блуда, неведение пристрастия, (…) истребление многословия, и все сему подобное, несовместное с пребыванием в многолюдстве» (Лествица, 27:37).

Не нужно заморачиваться, накручивать себя, все усложнять. Необходимо устранить «я» из своей жизни, перестать замечать его, и тогда исчезнет отвратительное чувство беспокойства, но придет Господь, и все встанет на свои места.

Можно преобразиться, не взбираясь на Фавор, а живя обычной жизнью. Нужно подняться над всем мирским, бежать от жизненных обстоятельств, и тогда мы преобразимся. Чтобы изменился мир вокруг, нужно поменяться самим, а для этого нужно хотя бы ненадолго замолчать.

«Умные Силы небесные сослужат безмолвствующему душою и любовно с ним пребывают» (Лествица, 27:9).

Двадцать восьмая ступень

О матери добродетелей, священной и блаженной молитве

«Молитва (…) есть пребывание и соединение человека с Богом; (…) стена, защищающая от скорбей, дело Ангелов, (…) источник добродетелей, виновница дарований, (…) пища души, просвещение ума» (Лествица, 28:1).

На этой ступени святой Иоанн Лествичник призывает научиться тому, что, казалось, стоило освоить в самом начале – молитве. Молитва должна быть чистой, осмысленной и творимой на понятном языке, но очень часто мы относимся к ней слишком просто. Люди думают, что достаточно сказать: «Господи, помилуй!», и они уже помолились, но это не так. Тем, кто хочет действительно понять силу молитвы и быть услышанным Богом, нужно пройти по Лестнице.

Дальше в «Лествице» написано множество определений молитве, которые дают нам понять, что если ты научился молиться, то стал другим человеком, Божьим.

«Когда идешь предстать пред Господом, да будет вся риза души твоей соткана из нитей, вернее же сказать, из залога непамятозлобия. Если не так, то не получишь от молитвы никакой пользы» (Лествица, 28:4).

Лествичник учит, что молитва должна быть очень простой, а во время призыва нельзя держать ни на кого зла.

«Не употребляй в молитве твоей премудрых выражений; ибо часто простой и неухищренный лепет детей был угоден Небесному Отцу их. Не старайся многословить, беседуя с Богом, чтобы ум твой не расточился на изыскание слов. Одно слово мытаря умилостивило Бога, и одно изречение, исполненное веры, спасло разбойника. Многословие при молитве часто развлекает ум и наполняет его мечтаниями, а единословие обыкновенно собирает его» (Лествица, 28:9–10).

Чтобы начать молиться, нужно увидеть Бога и постоянно иметь его перед глазами. Псалмопевец Давид говорит: «Ищите лице Божие». Когда ты видишь Бога перед собою, наверное, молитва особо сильная.

«Вера воскрыляет молитву; и без веры молитва не может возлететь на небо» (Лествица, 28:26).

Самое главное в молитве – именно вера, об этом сказал Сам Христос: «Когда молитесь, когда просите что-либо, веруйте, что это получите». Даже взаимоотношения детей и родителей строятся на доверии, чистое сердце ребенка общается с родителем, и его нельзя обманывать, как и Бог не лжет нам. Когда мы просим что-то у Бога, то Он не будет шутить с нашими чувствами: Он или дает, или говорит, что это нам вредно.

Любая молитва человека должна начинаться со слов: «Господи, научи меня молиться». Пример молитвенного подвига нам подает Христос на Елеонской горе, где Он рассказал ученикам «Отче наш». В этой молитве сосредоточена воля Божия над нами.

После того как Лествичник рассказал, как начать молиться, он приступает к тому, о чем нужно молиться.

«Прежде всего изобразим на хартии нашего моления искреннее благодарение Богу; потом исповедание грехов и сокрушение души в чувстве; после сего да представляем Царю всяческих наши прошения. Сей образ молитвы есть самый лучший» (Лествица, 28:7).

Начало молитвы должно проходить в тишине, чтобы чувства пришли в ровное состояние. Потом следует мысленно попросить прощения у всех, кого ты обидел, с кем общался. Закончить нужно словами: «Господи, не как я хочу, а как Ты». Есть короткая Иисусова молитва, в которой всего восемь слов, ее называют пятым Евангелием: «Господи, Иисусе Христе, Сыне Божий, помилуй мя грешнаго» – она действительно меняет человека. Кто призовет имя Господне, тот спасется.

Покаяние – это начало духовного роста. Кто признает Иисуса Сыном Божиим, тот войдет в Царствие Небесное. В восьми молитвенных словах сконцентрировано абсолютно все: вера, исповедание, внутренний настрой.

Уже упоминалось в этой книге об удивительной беседе Николая Мотовилова и Серафима Саровского, во время которой он преобразился, засветился. Эти мгновения описаны теперь на многих иконах. Это было физическое видение Духа Святаго, отблеск Божественной славы на лице святого человека. Двадцать восьмая глава «Лествицы» – это инструкция по молитве, которая принесет преображение.

«Старайся всегда возвращать к себе уклоняющуюся твою мысль, или, лучше сказать, заключай ее в словах молитвы. Если она (…) утомится и впадет в развлечение, то опять введи ее в слова молитвы» (Лествица, 28:17).

Чтобы управлять мыслями во время молитвы, нужно быть очень внимательными, когда открываем Богу свою душу. Стоит опасаться, чтобы не начать говорить с самими собой.

Бог знает, о чем мы будем молиться, но Ему очень важно, чтобы мы сформулировали свою молитву. Для этого нужно полюбить Бога, которому ты молишься, а дальше все придет само: и теплота сердечная, и внимание.

«Начало молитвы состоит в том, чтобы отгонять приходящие помыслы при самом их появлении; средина же ее – в том, чтобы ум заключался в словах, которые произносим и помышляем; а совершенство молитвы есть восхищение ко Господу» (Лествица, 28:19).

Когда мы стоим в церкви, а в голову нам лезут стыдные мысли, следует понять, что это от лукавого, – так мы быстро сможем победить непристойности и гадости в нашем уме.

«Пса сего, приходящего к тебе, отгоняй оружием молитвы, и сколько бы он ни продолжал бесстыдствовать, не уступай ему» (Лествица, 28:55).

«Как земному царю мерзок, кто, предстоя ему, отвращает от него лице и со врагами владыки своего беседует, так и Господу мерзок бывает предстоящий на молитве, и приемлющий нечистые помыслы» (Лествица, 28:54).