Борис Корчевников – Лествица святого Иоанна Лествичника. Тридцать ступеней на пути к Богу (страница 22)

Наша жизнь – это то же самое море, но нужно разбудить Бога молитвой ради спасения: «Помоги, погибаю!» Если человек искренне на коленях попросит Бога о помощи, то Он услышит молитвы и придет. Может быть, не сразу, но Он явится. Тот, кто умеет ждать, тот всегда слышит Бога.

Здесь же, на водах озера, явлен был еще один пример евангельского страха. Снова испугался вроде бы бесстрашный Петр.

«И тотчас понудил Иисус учеников Своих войти в лодку и отправиться прежде Его на другую сторону, пока Он отпустит народ. И, отпустив народ, Он взошел на гору помолиться наедине; и вечером оставался там один. А лодка была уже на средине моря, и ее било волнами, потому что ветер был противный. В четвертую же стражу ночи пошел к ним Иисус, идя по морю. И ученики, увидев Его идущего по морю, встревожились и говорили: это призрак; и от страха вскричали. Но Иисус тотчас заговорил с ними и сказал: ободритесь, это Я, не бойтесь. Петр сказал Ему в ответ: Господи! если это Ты, повели мне прийти к Тебе по воде. Он же сказал: иди. И, выйдя из лодки, Петр пошел по воде, чтобы подойти к Иисусу, но, видя сильный ветер, испугался и, начав утопать, закричал: Господи! спаси меня. Иисус тотчас простер руку, поддержал его и говорит ему: маловерный! зачем ты усомнился? И, когда вошли они в лодку, ветер утих. Бывшие же в лодке подошли, поклонились Ему и сказали: истинно Ты Сын Божий» (Евангелие от Матфея 14:22–33).

Господь дал Петру возможность преодолеть человеческое естество, законы физики; убедиться в силе Божией только одним словом – «иди». Как только из нас уходит вера, люди ослабевают, приходит убивающий всю любовь страх. Человек, который любит, может абсолютно все: для него не проблема даже достать с неба луну. Если в эту любовь врезается страх, то луну уже не достать – она становится слишком высока. Гордые также не знают любви.

«Гордая душа есть раба страха; уповая на себя, она боится слабого звука тварей и самых теней» (Лествица, 21:4).

Если у человека есть страх, значит, есть гордость и нет любви, ибо совершенная любовь убивает страх. Самое большое количество фраз Спасителя в Священном Писании – о должном отсутствии страха.

«Говорю же вам, друзьям Моим: не бойтесь убивающих тело и потом не могущих ничего более сделать; но скажу вам, кого бояться: бойтесь того, кто, по убиении, может ввергнуть в геенну: ей, говорю вам, того бойтесь. Не пять ли малых птиц продаются за два ассария? и ни одна из них не забыта у Бога. А у вас и волосы на голове все сочтены. Итак не бойтесь: вы дороже многих малых птиц. Сказываю же вам: всякого, кто исповедает Меня пред человеками, и Сын Человеческий исповедает пред Ангелами Божиими; а кто отвергнется Меня пред человеками, тот отвержен будет пред Ангелами Божиими» (Евангелие от Луки, 12:4–9).

Если ты осознаешь силу Господа и веришь в нее, тебе нечего бояться. Если ты идешь по жизни с Господом, ты не должен ничего бояться.

«Все боязливые тщеславны, но не все небоящиеся смиренномудры; ибо случается, что и разбойники, и гробокопатели не боятся» (Лествица, 21:6).

Не гордый человек не боится ничего. Он видит плюсы для себя в любой ситуации и не пытается доказывать неправоту другого.

Когда Игнатия Богоносца растерзали львы на арене Колизея, на сердце у него было написано имя Христа. Мученики не думали о себе, у них не было малодушного страха – они думали о тех несчастных, которые сидели на арене и опускали пальцы вниз. Это было проявлением любви, и Господь на Кресте молился: «Прости им, Боже, не ведают, что творят».

Научиться любить и не бояться каждую минуту своей жизни – это то, к чему должен стремиться человек, когда вручает всего себя Богу.

«Если же мы, от сокрушения сердца, с преданностью Богу, усердно ожидаем от Него всяких непредвидимых случаев, то мы воистину освободились от боязливости» (Лествица, 21:9).

Лествичник различает два страха: телесный и душевный. Плотский страх не настолько ужасен, человек может к нему привыкнуть. Например, ты боишься заболеть, но после того, как недуг овладевает тобой, ты адаптируешься к ситуации. Душевный страх наводит на тебя ужас всегда, вселяется в тебя и превращает в боязливого человека. Если страх плотский – это временное состояние, то душевный – навечно.

Лествичник вспоминает Иова Многострадального, ветхозаветного праведника, миллионера, который остался ни с чем, потерял все свое состояние, родных, здоровье, но не перестал доверять Богу.

Если ты один и никто не может тебе помочь, конечно, ты будешь бояться. Один – это тот, кого можно сломать, кто в поле не воин, потому что у него нет Бога, который бы уже победил смерть, страх и даровал спасение. Если человек не имеет веру в Бога, он будет бояться. В верующем страха нет. Таблетка бесстрашия – покаяние.

«Плачущие и болезнующие о грехах своих не имеют страхований…» (Лествица, 21:5).

Другой очень интересный рецепт победы над страхом – это удивление, но в корне его лежит все то же доверие Богу. Как маленький ребенок доверяет своему отцу, точно так же человек должен на протяжении всей своей жизни доверять Отцу Небесному. Страх у таких людей отсутствует.

«Не ленись в самую полночь приходить в те места, где ты боишься быть. Если же ты хоть немного уступишь сей младенчественной и смеха достойной страсти, то она состареется с тобою. Но когда ты пойдешь в те места, вооружайся молитвою; пришедши же, распростри руки, и бей супостатов именем Иисусовым; ибо нет сильнейшего оружия ни на небе, ни на земле. А избавившись от сего недуга, восхваляй Избавившего; ибо когда ты будешь Его благодарить, то и Он вовек будет покрывать тебя» (Лествица, 21:7).

Мне однажды во сне явилась умершая женщина, бухгалтер нашего храма – и я очень испугался, я помню этот парализующий страх. Она приближалась ко мне по дороге, и вдруг от ее приближения страх ушел моментально, стало легко и мирно на сердце. Она сказала мне одну фразу: «Передай Елене, что со мной все хорошо, что здесь покой, мир и молитва». Я не понимал, почему она сказала это мне и кто такая Елена.

Спустя несколько недель я случайно рассказал этот сон в нашем храме и узнал, что Елена – новый бухгалтер. Это знание было подтверждением того, что мне явилась действительно умершая Александра. Я запомнил чувство страха и его исчезновение от приближения человека, которому уже хорошо, у которого мир и молитва в раю.

Смерть – это ужасно, но все, что после смерти, нам не известно, поэтому мы боимся. Гордость диктует нам, чего бояться. Человеческие силы настолько ограничены, что мы вообще не можем ничего в этом мире решить. Если человек не уповает на Бога и не знает ничего о Нем, то страх будет жить в теле.

Крест – это орудие победы, на котором побеждаются смерть и страх.

«Кто сделался рабом Господа, тот боится одного своего Владыки; а в ком нет страха Господня, тот часто и тени своей боится» (Лествица, 21:11).

Если ты сделался рабом своего Господа, то ты будешь бояться только Его. Если ты раб своих удовольствий, своего комфорта, ты будешь бороться за них. Бога ты никогда не потеряешь: Он везде. Настоящий страх дает возможность лукавому действовать над тобой в полной власти, а на борьбу с лукавым есть средства – пост и молитва.

«Когда злой дух приступает невидимо, тогда боится тело; а когда приступает Ангел, тогда радуется душа смиренного. Итак, когда мы по этому действию узнаем пришествие Ангела Божия, то скорее восстанем на молитву, ибо добрый хранитель наш пришел помолиться вместе с нами» (Лествица, 21:12).

Двадцать вторая ступень

О многообразном тщеславии

«Между сими страстями такое же различие, какое между отроком и мужем, между пшеницею и хлебом; ибо тщеславие есть начало, а гордость конец» (Лествица, 22:1).

Тщеславие – мать гордости, забота о себе, желание показать себя, сравнить с другими. Если «Лествица» – это восхождение вверх, то тщеславие – это ступенька вниз. Из тщеславия вырастает гордость, которая способна убить, ввергнув во все остальные грехи.

Начало тщеславия – в запретном плоде, сорванном Евой с дерева в раю. Сорвать его подтолкнул посыл змея, а расчет был на тщеславие.

«Змей был хитрее всех зверей полевых, которых создал Господь Бог. И сказал змей жене: подлинно ли сказал Бог: не ешьте ни от какого дерева в раю? И сказала жена змею: плоды с древа мы можем есть, только плодов дерева, которое среди рая, сказал Бог, не ешьте их и не прикасайтесь к ним, чтобы вам не умереть. И сказал змей жене: нет, не умрете, но знает Бог, что в день, в который вы вкусите их, откроются глаза ваши, и вы будете, как боги, знающие добро и зло. И увидела жена, что дерево хорошо для пищи, и что оно приятно для глаз и вожделенно, потому что дает знание; и взяла плоды его и ела; и дала также мужу своему, и он ел. И открылись глаза у них обоих, и узнали они, что наги, и сшили смоковные листья, и сделали себе опоясания» (Бытие, 3:1–7).

«Тщеславие (…) есть изменение естества, развращение нравов, (…) расточение трудов, потеря потов…» (Лествица, 22:2).

Любой успех напрасен, если ты начинаешь им гордиться и тщеславиться. Уловка тщеславия в том, что оно вырастает тогда, когда у нас особенно получается быть христианами и хорошими людьми.

«Дух отчаяния веселится, видя умножение грехов; а дух тщеславия, когда видит умножение добродетелей; ибо дверь первому множество язв, а дверь второму изобилие трудов» (Лествица, 22:3).