Борис Корчевников – Лествица святого Иоанна Лествичника. Тридцать ступеней на пути к Богу (страница 24)

Эти слова Господь сказал у Иерусалимского Храма. Сейчас от него остался только маленький участок западной стены – Стена плача, символ, который дорог иудейскому народу. От этого храма стала распространяться весть о Христе, здесь очень часто собирались ученики вместе со Христом. Спаситель отождествляет книжников и фарисеев с гордостью, потому что они не заметили Его пришествия, хотя знали, что Он должен прийти. Мы тоже можем не заметить Христа в другом человеке.

Лествичник показывает, что гордый человек не способен трезво оценить ни себя, ни другого.

«Гордость есть крайнее убожество души, которая мечтает о себе, что богата, и, находясь во тьме, думает, что она во свете» (Лествица, 23:29).

Гордость похожа на раковую опухоль, которая поражает все органы и очень тяжело лечится. Порой от новообразования можно избавиться с помощью операции, но часто – только чудом, и только Богу это по силам.

«Наказание гордому – его падение, досадитель – бес; а признаком оставления его от Бога есть умоисступление. В первых двух случаях люди нередко людьми же были исцеляемы; но последнее от людей неисцельно» (Лествица, 23:10).

Когда-то Капернаум на берегу Галилейского моря был огромен, богат и красив, и о нем же Господь сказал страшные слова: «Капернаум, до неба вознесшийся, до ада низвергнешься». Нам бы хотелось услышать в свой адрес только первую часть предложения, но очень сложно оставаться на вершине, так как в духовной жизни не бывает статического положения. Гордость – это всегда движение вниз. Капернаум сейчас – это развалины.

«Сия скверная страсть не только не дает нам преуспевать, но и с высоты низвергает» (Лествица, 23:30).

Простой человек, приписывая себе все доброе, а зло – лукавому, начинает оправдываться и превозноситься. Важно помнить, что гордость легче всего пресечь при первых ее проявлениях.

«Начало гордости – корень тщеславия; средина – уничижение ближнего…» (Лествица, 23:2).

Если мы хотим самоутвердиться за счет другого человека, значит, в нас живет тщеславие. Дальше мы начинаем унижать людей, превознося себя. Сатана был самым величественным ангелом, приближенным к Богу, но в какой-то момент решил, что Бог ему не нужен, и свернул с блаженного пути.

Мы очень часто, пребывая в горе, говорим: «За что мне, Господи?» А за всякое доброе дело благодарим: «Господи, я смог с Твоей помощью добиться этого». Последнее – страшные слова, ибо не «я смог», а «я стал орудием в Твоих руках, которое Ты в любой момент можешь сломать и выкинуть, а можешь поменять на другое орудие». Надо понимать, как правильно благодарить Господа. Если случилось что-то доброе, то это от Бога, а если нет – то по нашей вине.

Есть только две личности, которые могут творить на земле – это Бог и человек. Однако нельзя ничего себе приписывать – это первое лекарство от гордыни. Храмы тоже величественные и красивые, но постройки принадлежат только Богу. Вы нигде не найдете имен иконописцев – их может оставить только история, потому что эти поступки совершались не для своего величия, а для Божьего.

«Стыдно тщеславиться чужими украшениями, и крайнее безумство – гордиться Божиими дарованиями. Превозносись только теми добродетелями, которые ты совершил прежде рождения твоего; а те, которые ты исполнил после рождения, даровал тебе Бог, как и самое рождение. Какие ты исправлял добродетели без помощи ума, те только и твои; потому что Бог даровал тебе и самый ум. Какие подвиги показал ты без тела, те только и относи к твоему тщанию, ибо и тело не твое, а творение Божие» (Лествица, 23:16).

Гордость появляется из любви к себе, из попытки использовать все, что было дано Богом, но приписать это собственным талантам и заслугам. Второе лекарство от гордыни – послушание.

«Немало ратует против нас сокрушение сердца, рождаемое от повиновения. Быть кому-нибудь подчиненным мы не терпим» (Лествица, 23:38).

Любая гордость спотыкается и падает, как разрушилась Вавилонская башня. Все, что было сделано во времени, во времени и должно закончиться. Все деяния человека имеют одно свойство – истлевать, умаляться. Бог заботится о нас и говорит не создавать себе кумира в человеке, работе, строении: время пройдет, и мы разочаруемся, станем понимать, что наша вера во что-то, кроме Бога, не имеет основания и прочности в будущем.

«Есть только одно, чему мы не имеем силы противиться; (…) если будешь искренно укорять себя пред Господом, то презришь нас, как паутину» (Лествица, 23:38).

Искреннее смирение, трезвый и смелый взгляд на самого себя – вот лучшая вакцина от гордости. От нее, как антитела к вирусу гордыни, множится благодать. По слову апостола: «Бог гордым противится, а смиренным дает благодать».

«Тогда Иисус сказал ученикам Своим: если кто хочет идти за Мною, отвергнись себя, и возьми крест свой и следуй за Мною, ибо кто хочет душу свою сберечь, тот потеряет ее, а кто потеряет душу свою ради Меня, тот обретет ее; какая польза человеку, если он приобретет весь мир, а душе своей повредит? или какой выкуп даст человек за душу свою? ибо приидет Сын Человеческий во славе Отца Своего с Ангелами Своими и тогда воздаст каждому по делам его» (Евангелие от Матфея, 16:24–27).

Крест – это жизненные обстоятельства, в которых мы находимся, данность, на которую мы не можем повлиять. Если человек принимает крест и начинает выстраивать свою жизнь на нем, все получается, все приходит в согласие с Богом. Тогда и эго, которое мы возвеличиваем, становится благословением, потому что это состояние взрастит Бог.

Например, уволили с работы: слушать слова об увольнении – это тоже крест. Дети выросли и стали не тем, кем мы мечтали – тоже крест. Нужно принять все: ребенка с зелеными волосами, новую работу. Неприятные обстоятельства происходят с нами для того, чтобы освободить нас от гордости. Крест – это освобождение.

Падение тоже может стать лекарством от гордости, поэтому треть главы Лествичник разбирает «неизъяснимые хульные помыслы».

«…от скверной гордости рождается несказанная хула. Посему нужно и ее вывести на среду; ибо это немаловажное что-нибудь, но самый лютый из наших врагов и супостатов» (Лествица, 23:39).

Хулой может быть блуд или блудные мысли. Если есть хула на Бога – это уже не прощается. Увязший в гордыне человек никогда от нее не уйдет. Господь прилагает очень много усилий для того, чтобы гордость в человеке не возымела основания и была уничтожена. Очень редко, когда человек сам может усмирить свою гордыню.

«Перестанем судить и осуждать ближнего, и мы не будем бояться хульных помыслов; ибо причина и корень второго есть первое» (Лествица, 23:51).

Публичному человеку тоже можно победить гордыню – с помощью радости о ближнем, о дарах Господа, а также с помощью любви. Гордость побеждается тогда, когда человек перестает «целовать зеркало», смещает фокус со своей фотографии. Блага приходят тогда, когда на первый план выйдет нужда ближнего, его проблемы и радости.

«Кто пленен гордостью, тому нужна помощь Самого Бога; ибо суетно для такого спасение человеческое» (Лествица, 23:37).

Двадцать четвертая ступень

О кротости, простоте и незлобии

«Солнцу предшествует утренний свет, а всякому смиренномудрию предтеча есть кротость; посему послушаем истинного Света, Христа, Который так располагает сии добродетели в их постепенности. Научитеся от Мене, говорит Он, яко кроток есть и смирен сердцем (Мф. 11:29)» (Лествица, 24:1).

В начале прошлого века в тихую келью Дивеевского монастыря вся страна текла за советом к Паше Саровской. Она была последней великой юродивой святой перед периодом гонений на Церковь и разрушением страны. Паша предсказала Николаю II рождение долгожданного наследника и мученическую кончину всей царской семьи.

До прихода в монастырь Паша была крепостной крестьянкой, ее продавали помещикам, унижали, пытались насильно выдать замуж, обвиняли в краже и отдавали на истязания. Затем она бежала, но ее снова возвращали и опять выгоняли. Пять лет Паша Саровская бродила по селу полураздетая и голодная, а потом еще тридцать лет жила в вырытых ею пещерах в лесу, однако она не озлобилась ни на мир, ни на своих хозяев.

Незлобие показывает величину сердца человека, который может услышать весь мир и не заметить себя. Бог вмещает в Себя всех нас, любит нас настолько, что отдает Сына Своего Единородного, чтобы мы имели надежду на вечную жизнь.

Очень интересно смотреть на кротких алтарников: в алтаре все сияет, везде чисто, кадила начищены, а алтарники не делают пафосных движений, не выпячивают себя перед людьми. Когда человек в первую очередь видит свои обязанности, а потом уже себя, – это правильно.

Кротость – обязательная черта любого христианина.

«Кротость есть неизменное устроение ума, которое и в чести, и в бесчестии пребывает одинаковым. (Лествица, 24:2).

«Кротость состоит в том, чтобы при оскорблениях от ближнего без смущения и искренно о нем молиться» (Лествица, 24:3).

«Кротость есть скала, возвышающаяся над морем раздражительности, о которую разбиваются все волны» (Лествица, 24:4).

Мы можем не владеть языками и другими искусствами, можем вообще ничего не уметь, но должны обладать кротостью.

«Кротость есть утверждение терпения, дверь, или, лучше сказать, матерь любви, начало рассуждения духовного; ибо Писание говорит: научит Господь кроткия путем Своим (Пс. 24:9). Она есть ходатаица отпущения грехов, дерзновение в молитве, вместилище Духа Святаго» (Лествица, 24:5).