Борис Конофальский – Глубокий рейд. Книга 4. КЛЯКСЫ (страница 2)

Мишка, который как будто чувствовал его нехорошее настроение даже через броню и до сих пор не произнёс ни слова, подходит к нему и говорит:

- Можно я вам помогу?

- Умеешь? – интересуется Саблин. И, не дожидаясь ответа, подвигает к нему патроны и один из магазинов.

- Попробую, - отвечает Михаил, берёт магазин и первый патрон… И Саблину понравилось, что парень не стал сразу пытаться уложить патрон на пружину, а сначала посмотрел, как это делает он. Посмотрел, перевернул патрон и положил его правильно. Саблин же укладывает патроны в магазин машинально, как автомат. Ловко, быстро… Раз, раз, раз… И всё, магазин снаряжен. Аким ударяет им о стол и кладёт его в сторону – готово. Миша с интересом смотрит, как он это делает, а потом произносит:

- А вы, господин казак, с дробовиком.

- Я штурмовик, мы работаем с дробовиками, – Аким берёт пустой магазин и вываливает из упаковки ещё патронов на верстак.

- А почему не с винтовками? - спрашивает мальчишка и начинает укладывать очередной патрон.

Саблин достаёт из подсумка один патрон для дробовика. Жакан. Ставит его на стол. Берёт один винтовочный патрон, ставит его рядом:

- Какой сильнее ударит?

- Ну этот, - говорит парень и указывает на жакан. – Он толще.

- Да, толще, пороха в два раза больше, жакан в два раза тяжелее пули, – соглашается Саблин. – Штурмовые работают на короткой дистанции, из-за щита; когда добрался до вражеского окопа, нужно разить врага с одного выстрела. Ударил над щитом в шлем, и чтобы от шлема забрало отлетало, или в ногу ударил, и чтобы все привода на колене или ступне разлетелись… Ну, иной раз выстрелом и щит из руки у врага можно вырвать. Даже если в кирасу бить, и то удар такой силы получается, что вся электроника в броне перегружается… Да и человеку, чтобы в себя прийти, тоже пара секунд требуется… ну, чтобы отдышаться после удара… А пуля… - тут он берёт винтовочный патрон, - она на дистанции хороша, для прицельной работы. Понятно?

- Угу, - кивает Миша.

- Не «угу»! А «так точно, товарищ прапорщик!», – поправляет его Саблин, прячет жакан в подсумок и снова берётся за патроны и магазины.

Миша тоже продолжил снаряжать магазин, а Аким и интересуется:

- Значит, теперь домой поедешь?

- Поеду, - отвечает парень.

- А к кому? Есть кто у тебя?

- Да нет… Родителей давно нет, я у тётки Тамары живу. Раньше в доме нашем жил, один, но там стёкла побили… Жить там нельзя больше… Но Тамара бедная, им с Маринкой, дочкой её, самим огорода не хватает. Да и не родная она мне. Так, приютила. Я туда мыться к ней больше хожу. Я на давилке иной раз живу. При Иване хозяине. Помогаю ему, – рассказывает Михаил.

- Рыбу, значит, давишь?

- Если Иван скажет, то да. Он человек хороший, меня не прогоняет, – продолжает мальчишка. – Говорит, спи тут, если больше негде. Вот я рыбакам и помогаю, рыбу там донести или масло в мотор налить… Или лодку помыть. По-всякому помогаю. Они мне что-нибудь дают. Хоть улиток или ещё что, – он наконец набивает магазин. И так же, как и Аким, перед тем как положить его, стучит коробкой по столу. «Утрамбовывает» патроны.

- А за рыбой тебя не берут? – вся упаковка патронов снаряжена в магазины, Саблин бросает обрывки пластика в коробку, магазины начинает раскладывать в подсумок.

- Не-е… На рыбалку никто не берёт, отец тоже не брал, я тогда ещё маленький был, а когда вырос, так он к тому времени в болоте сгинул.

- Аким! – это уже доносится из наушников. СПВ. Кульков.

«Управился наконец!».

- Приём, – откликается Саблин.

- А ты где?

- В ДЗОТе.

- Иду.

- На углах мины, по следам иди.

- Принял, – заканчивает Николай.

И Саблин тут стал думать о том, что не первый раз уже встречается с подобным. Вот и Кульков как раз тому подтверждение. Человек в бою ведёт себя безупречно, может быть абсолютно хладнокровным, да и грамотным, умелым. Но вот что касается службы, повседневной военной работы, так тут выясняется, что он малость… раздолбай. Да, Аким уже видел таких. За ними глаз да глаз. Такому приказ отдал, так потом обязательно нужно проверить выполнение. И вот этот случай, с этой Полиной. Ну не может вменяемый человек так неразумно себя вести… Ан нет, оказывается, может…

«Раздолбай!»

2 Глава 2

- Я смотрю, ты там уже окоп отрыл? – замечает Кульков, заходя в ДЗОТ и закрывая бронированную, не сразу поддающуюся дверь. И, оглядевшись, добавляет: – А неплохо они всё здесь устроили…

- Осмотрись тут, - коротко говорит ему Саблин. Прапорщик как раз думает, что этот ДЗОТ и здания на островке строили не бандиты. – Это твой участок.

- Есть осмотреться. Пулемёт рабочий? – Николай снимает кожух. – О, не старый ещё, – он включает панораму и водит стволом пулемёта вдоль амбразуры. – И камера неплохая, - потом откидывает крышку, заглядывает в механизм. И вдруг говорит: – Слушай, Аким, ты не злись на меня… Просто баба приятная больно… У меня давно… никаких таких не было… Я же даже на девок из чайной не смотрю. А тут вдруг сама такая предложила… Говорит, отблагодарить вас хочу. Спасли, мол.

- Вши у неё, - замечает ему Саблин. – У них здесь у всех чесотка. И микроклещи… Ты их руки, лица видел? Тут и медиком быть не нужно; и без соскоба ясно, только по красным пятнам понятно – сто процентов они клещом кожным заражены… Вот запустишь себе клеща под броню… да вместе с чесоткой… Будет тебе тогда благодарность за спасение.

- Да я почему так долго… - объясняет Николай. – Я же мылся потом, и инсектицидом облился… Я, как вернёмся, ещё в лазарет схожу. Проверюсь. Всё в порядке будет.

- Ну, про «всё в порядке», то дело не моё, это ты потом жене своей про это расскажешь, а вот то, что ты всякой хренью занимаешься, пока я окопы копаю… За это, казак, как твой командир, я имею право высказать тебе своё неудовольствие.

- Принял к сведению, товарищ прапорщик, - официально отвечает Кульков. Хотя они сейчас и не в призыве, а в рейде.

А Саблин ещё и добавляет:

- И чтобы к кубрику в лодке близко не подходил. Я не хочу потом чужую лодку от клеща и чесотки из-за тебя дезинфицировать.

- Есть не подходить к кубрику, – отвечает Николай.

- Пошли, - говорит Саблин и берёт винтовку, - покажу, где мины расставил, – когда они вышли, мальчик собирался идти с ними, но Аким говорит ему: – Михаил, в дом иди. Посиди там. Погулял – и будет.

Они обошли остров, Саблин показал Николаю, где стояли мины и где он поставил ещё. И пока обходили, Кульков, понимая, что Аким зол, старался его хоть как-то разговорить:

- Думаешь, этот Глаз приедет свой товар отбивать?

- У него тут куча пленных, не считая замороженных трупов… - отвечает Аким нехотя. – Не знаю, сколько ему за это заплатят… В общем, Бог его знает, – Саблин надеется, что Чиёншох всё-таки заявится отбивать свой «товар».

- Слушай, а кто же ему платит? – продолжает спрашивать Кульков.

- Да откуда мне знать… Переделанные, наверное… - рассуждает Аким. - Дадут ему меди, – тут они подходят к мостушкам, что уходят в болото на несколько метров. И прапорщик говорит: – Я фугас там в воду уложил, – он указывает перчаткой на конкретное место. - Детонатор у меня.

- Может, на вибрацию его поставим? Чтобы во время боя не заморачиваться. Пусть фугас сам работает, – предлагает Кульков.

- Так и сделаю, – отвечает Аким. С ручного детонатора можно было выставить на взрывателе любой режим срабатывания.

- А этот Глаз, он, прежде чем на островок этот заявиться… - продолжает тогда Николай, – он, наверное, дрон кинет, посмотреть что тут да как.

- Я бы так и сделал, - они теперь идут вдоль западного берега островка, тут за зарослями бузины – сплошной кустарник, колючая стена. Здесь бандитам высадиться будет сложно. Конечно, сегодня Аким и Николай вышли на сушу почти в таком же месте, почти через такие же кусты. Но на их стороне был эффект неожиданности… Но казаков, ожидающих атаку, врасплох застать не получится. Моторы они услышат, сразу поймут, откуда пойдёт накат. А тех, кто вылезет из воды и полезет через кусты, один прижмёт к земле огнём, второй закидает гранатами. Дело для пластунов обычное. А может быть, с такой задачей и один управится.

- Вот тут и тут… - Саблин указывает те мины, что поставил за домом. – Вроде все показал.

- Значит, ждём дрон, – подытоживает Кульков. – Может, я тогда ракетницу возьму.

- Бери, – соглашается Аким. – Только сразу дрон валить не нужно, пусть он нас увидит, пусть поймёт, что нас тут мало. Они, конечно, и через камеры это видели… Но пусть будут уверены… А то, если будут сомневаться, ещё плюнут да повернут обратно. А нам нужно, чтобы они сюда высадились.

- Есть не валить его сразу, - говорит Кульков.

А Акима тут и осеняет, и он останавливается.

- Вот чёрт!

- Чего? – Кульков остановился тоже.

- Дрон прилетит и рассмотрит, что лодки нашей у мостков нет, – поясняет Саблин. – Поймёт Глаз, что мы её в засаде где-то поставили. Начнут вокруг острова рыскать – осматриваться, и Дениса могут найти, и лейтенанта… Поймут, что засаду мы им устроили, и уйдут.

- Обязательно уйдут. Шкура, она подороже всякого товара будет, - соглашается Николай. – И что делать будем?

- Надо Мирона с Денисом звать, - решает Саблин. – Пусть до тех пор, пока дрон не прилетит, лодку у мостушек поставят. Чтобы Глаз её видел и не волновался.

Кульков с ним полностью согласен. И Аким включает рацию; хоть и не хочется ему, да придётся выходить в эфир.