Борис Громов – Беззаконные края (страница 30)

– «Вал»!

Похоже, относится парень к этому малошумному автомату с изрядным пиететом. К сожалению, вынужден его восторг слегка поумерить:

– Нет, не угадал. АММ это, модернизированный «Вихрь»[38]. Видишь, и пистолетная рукоять немного другой формы, и цевье сильно длиннее и из другого материала, штурмовая рукоятка на цевье, опять же. В общем, похож, да не он.

– Так ведь он вроде еще круче? – У Вани глаза прямо загорелись.

– Да не сказал бы, что сильно. Просто модернизация, ну и поновее. «Вал» ведь в середине восьмидесятых на вооружение приняли, при Союзе еще. И при всех своих плюсах кое-какие недостатки у него были. Вот на «Точмаше» и провели работу над ошибками. Глушитель тут съемный, можно и без него стрелять, как из «Вихря». Штурмовая рукоятка – сразу в комплекте, не нужно никакие кольца на ствол крепить, как на «Вал» раньше. Магазин, опять же… Можно и старыми, двадцатизарядными, от «Вала» или «Вихря» пользоваться, а можно и новым, на тридцать патронов. На малую емкость магазина «Вала» в спецуре давно бухтели потихоньку. А в остальном… Боеприпас по-прежнему один и тот же, и магазины взаимозаменяемые. А то, что короче стал и вроде как дальность стрельбы из-за этого сократилась… Так спецназ что с «Валом», что с АММ не в окопах сидел, на переднем крае, а по большей части здания штурмовал да зачищал. А в коридорах да комнатах уменьшение прицельной дальности с трехсот, скажем, до двухсот пятидесяти метров – не страшно совершенно, все равно дистанция боя редко когда выше десяти-пятнадцати метров, а то и меньше. Ну, порой до сотни было, но уже очень редко. А то, что тут ствол сантиметров на пять короче стал, так в помещении оно, наоборот, только в плюс. Чем оружие габаритами меньше, тем разворотистее. В общем, бойцу-«срочнику» из ВДВ, морпехоты или армейского спецназа или разведки – какая разница? А для настоящих профи из спецподразделений ФСБ или того же СОБРа вполне можно вместо «Валов» эти самые АММ заказать.

Иван, выслушав мою лекцию, совсем приуныл, но в сторону «малошумки» все равно «косил лиловым глазом» так, что я стал за его здоровье опасаться. А ну как косоглазие заработает пацан?

– Ладно, можешь взять пока. Но! Беречь пуще жизни и применять только в самых крайних случаях. Для всего остального тебе и «семьдесят четвертого» хватит за глаза. Кстати, Ваня, Яна, оставшиеся два АКСа – ваши. Миша, на тебе пулемет. Прямо сейчас, пока я вас караулю, чистим, пусть даже и на сухую, масло в Кирове купим, до него два-три дня пути, не заржавеет железо. Снаряжаете магазины и ленты набиваете, достаете из рюкзаков «разгрузки»… Короче, с этой минуты все по-взрослому, а то гуляли тут как туристы под присмотром егеря-экскурсовода…

Ребятня кинулась выполнять мои указания, весело при этом галдя и деля автоматы и предстоящую работу, а я занялся последним, довольно увесистым пакетом. А вот это вообще кучеряво! Рация! И автомобильный аккумулятор, новенький, сухозаряженный, и стеклянная бутылка, обернутая в толстый слой старых газет. Думаю, не ошибусь, если предположу, что в ней электролит. Предусмотрительные ребята тайник готовили. Жаль, не довелось с ними познакомиться, а теперь и не доведется уже… Кстати, есть мысль!

– Яна, а ну-ка пойди сюда.

– Что такое, Сан Саныч? – Девушка уже отобрала себе автомат, я слышал краем уха, «самый симпатичный», ей-богу, так и сказала: «Ой, „Северок“!»

– Угу, – поддакиваю я. – Вот только не говори, что у вас не предусмотрена возможность радиосвязи со своими, на самый крайний случай. Иначе зачем вот это здесь?

– Ну, связаться можно, даже вот сегодня, время сеанса не прошло еще, частоты я знаю, – не стала пытаться отвертеться она. – Но зачем?

– Мысль у меня одна есть. Ваши же от Нижнего на северо-восток подались или даже на северо-северо-восток, так?

Янка молча потупилась и надулась, став похожа на недовольную и очень серьезную, но дико симпатичную мультяшную эльфийку.

– Можешь не отвечать, там больше уходить просто некуда. Да мне оно и не важно. Я просто не очень уверен, что хорошая это идея – сидеть в болотах с детьми и ранеными. Ладно, сейчас тепло. Но какое лето будет? А потом – вообще осень… На болоте-то…

– А у вас есть какие-то варианты? – Девушка внимательно смотрит на меня.

– Есть, – не стал скромничать и прибедняться я. – Запоминай, что передать: там буквально в сотне километров от вас, чуть ниже Кинешмы по течению Волги, есть местечко одно – Мерский залив. Через «с», не улыбайся. Там река Мера в Волгу впадает. И живут там весьма неплохие, как я успел понять, люди. Они, конечно, слегка сектанты, но такие, без лишних загонов и фанатичного пламени в глазах, дела с ними вести можно. Я с их старшим общался недавно, умный мужик, вменяемый. Так он мне интересную вещь тогда сказал: к себе они берут только тех, кто все потерял, всего в этой жизни лишился. Мол, таким к Богу прийти легче… И если это не про ваш анклав, то я уже и не знаю, про кого тогда. Да и кое-какое «приданое» у ваших есть, не приживалками нищими проситься будут. Опять же, от меня пусть передают привет Арсению Витальевичу, это как раз «гуру» тамошний. Мы с ним вроде вполне поладили… Пусть пошлют туда кого-нибудь из выздоравливающих раненых, глядишь, и договорятся. И не придется вашим родным с детьми под дождем на гнилой болотной кочке сидеть…

Яна глубоко задумалась.

– Сан Саныч, а сколько отсюда до Нижнего? По прямой, не по дороге?

Тут уже пришлось крепко почесать репу мне.

– Километров двести сорок – двести пятьдесят, не больше.

– Хватит, – уверенно мотнула челкой она. – В смысле, дальности хватит. Только нужно симметричный наклонный вибратор натянуть. С высотой подвеса метра четыре и лучами метров по двенадцать…

Я громко прыснул и чуть не заржал в голос. Ну да, когда при тебе молодая и симпатичная девушка говорит о симметричном вибраторе… наклонном да еще четырехметровом… В общем, не сразу удается сообразить, что она про радиосвязь. К счастью, Яна наши циничные и пошлые времена почти не застала и причин моего веселья не поняла.

– Хорошо, – отдышавшись, говорю я. – Антенну поставить тебе ребята помогут, тут все в комплекте есть, как я вижу, а я пока аккумулятор электролитом заправлю. Такой аккум – штука хорошая, храниться может много лет, но есть и минусы: в работу его пустить можно будет часа через три, не раньше.

Яна кивнула и повернулась, собираясь поднимать на работу парней, которые только начали набивать автоматные магазины патронами.

– Так, внимание все, – решаю я сразу расставить все точки над «е». – Мужчины, оружие беречь, холить и лелеять. Когда контракт отработаем и вернемся, я все забираю в качестве оплаты. Вполне справедливо по сумме выходит.

– А не много? – выражает сомнение Миша, уже вскрывший цинк пулеметных патронов и начавший сноровисто набивать звенья ленты.

– Нормально, – не соглашаюсь я. – Во-первых, учитывай неизбежную амортизацию оружия в пути. Это сейчас оно все новое, только со склада, а потому – дорогое. А сколько вы из этих стволов по дороге к Ебургу настреляете – одному богу известно…

– А во-вторых? – иронично интересуется Яна, подождав примерно с полминуты и поняв, что продолжения у моей фразы не будет.

– А во-вторых, – вздыхаю я, – давайте сначала вернемся. Ходил я уже в Пустоши. Вернуться оттуда живым – та еще задачка.

Вот тут ребятишки примолкли. Это пока наш путь больше похож на вполне спокойную прогулку (ну, за исключением неприятного инцидента со Шлыком). Вот только обжитые и относительно спокойные земли кончатся уже после Кирова. А дальше неизбежно начнутся проблемы. И дойдем ли мы до цели? А если и дойдем, то сможем ли вернуться? И все ли уцелеют? Похоже, именно эти невеселые мысли в молодых головах и крутятся сейчас. Ну и ладно. Пусть немного подумают. А то развеселились, как в парке аттракционов.

– Все, закончили беседы на отвлеченные темы. Яна, руководи этой бандой, пусть они тебе антенну ставят, а то разгалделись. До сеанса связи, кстати, сколько осталось?

После этого вопроса девушка развила бурную активность и погнала пацанов на улицу. Ага, наклонный вибратор подвешивать… Четырехметровый…

Засаду на нас мне сдали все те же птицы. Это когда я почти месяц назад, сразу после болезни, налетчиков с Пустошей выслеживал, птахи божьи ко мне привыкнуть успели. И немудрено – почти трое суток я у того оврага провалялся, изображая старое трухлявое бревно. Те граждане, что сейчас готовят нам «теплую встречу» (а кому еще тут, в стороне от торных дорог и троп, кроме нас, ошиваться?), такой форы по времени не имели. Да и к лесу явно не так привычны, как охотник за головами с почти восьмилетним стажем.

В общем, дело к вечеру, все дневные пернатые давно должны угомониться и готовиться к отбою, но нет – кружат вокруг густых зарослей трескотливые сороки, видно, гнезда у них там. Да и прочие птахи, размерами помельче, надрываются на разные голоса. Короче, опытному человеку все видно издалека. Хотя это опытному. Вот «детский сад» мой не напрягся совершенно и спокойно потопал бы дальше, не останови я их коротким энергичным жестом и матерным шепотом сквозь зубы:

– Замерли, мля! В траву рухнули и ни звука!

Вот чего не отнять у них, так это понятливости и дисциплины. Сказано им: «рухнули», они и рухнули как подкошенные. Мгновенно, молча и не задавая вопросов. Некоторое время неподвижно лежу и наблюдаю, пытаясь понять, засекли нас или нет. Так, вроде тихо все, не заметили нас засадники. В принципе, логично: дело к вечеру, мы с запада идем, клонящееся к закату солнце у нас за спинами им прямо в глаза светит, да и далековато, вот и проглядели. Еще метров пятьдесят, максимум – сто, и все, заметили бы. Но в очередной раз повезло. Ну и мои скромные познания и личный опыт тоже роль свою сыграли. Главное, чтобы детвора моя сейчас ненужной самодеятельности не устроила. Для молодого, не имеющего пока реального боевого опыта бойца дисциплина в таких ситуациях куда важнее умения, например, метко стрелять. Сколько их, зеленых-неопытных, в землю легло, даже раза в сторону противника не выстрелив… А все потому, что не успели вовремя и без раздумий выполнить приказ кого-то бывалого. «Как это – упасть? Там же грязь!» Мысль о том, что еще и стираться потом придется, додумать обычно уже не успевали. Прилетевшая со стороны противника пуля ставила в размышлениях жирную кровавую точку. А мои – ничего, молодцы. Обернувшись, по лицам вижу: ни фига не поняли, но лежат в траве, даже не пытаясь приподняться и разглядеть, что ж там Сан Саныча так сильно напугало, что он решил на пузе поваляться. Еще один плюс ребятам.