Борис Бедный – Девчата. Полное собрание сочинений (страница 204)
Потом пришел замполит Петр Сергеевич – наметить предварительные пункты вызова на соревнование соседней лесозащитной станции. А затем стали уже являться прямо парами: заведующий нефтебазой Гвоздев пришел с закадычным своим другом дедом Матвеичем, сторожем гаража.
Полмесяца назад Гвоздев был выбран председателем рабочкома, но до сих пор никак не мог выкроить времени для чтения бумаг, поступивших из обкома союза леса и сплава, и решил сегодня заняться профсоюзными делами. Дед Матвеич приплелся просто так, за компанию, – почему же и не сходить с хорошим человеком в контору?
Вслед за первой парой показалась вторая: старший агролесомелиоратор Валентина Михайловна и участковый механик Сорокин, прибывший в город за культиваторами для своего участка. Валентина Михайловна вошла в мокрых ботах, раскрасневшаяся от быстрой ходьбы, молодая.
Наталья ласково кивнула головой Валентине Михайловне и сердито отвернулась от Гвоздева. Но такой прием не смутил заведующего нефтебазой. Он выдвинул стул на середину кабинета, уселся, скрутил махорочную цигарку и задымил.
«Как дома!» – осудила Наталья, но промолчала: побаивалась острого языка Гвоздева.
Заметив грязные сапоги деда Матвеича, которые тот старался спрятать под стул, уборщица не выдержала:
– Господи, и чего это вы заявились? Не дадут полам высохнуть… Ведь воскресенье же сегодня, выходной!
– Не сидится дома, – объяснила Валентина Михайловна. – Больно уж солнце припекает…
– Весна включила пятую скорость! – сказал участковый механик Сорокин.
После них еще приходили и попарно, и поодиночке. Весна подступила вплотную, а у каждого сотрудника лесозащитной станции были свои недоработанные вопросы. Беспокойство за порученное и не до конца готовое дело тянуло лесозащитников в контору – в то место, где сходились все нити их труда.
– Можно открывать производственное совещание, – пошутила Валентина Михайловна, когда число пришедших работников ЛЗС перевалило за десяток.
– Подождем директора и Павла Ивановича! – сказал Гвоздев, и все рассмеялись, так как директор со старшим механиком никак не могли быть здесь: они выехали в дальний колхоз.
Сотрудники разошлись по своим комнатам, сели за столы. Привычный шум работы наполнил контору: трещали арифмометры, шелестела бумага, Лидия Ивановна перестала стесняться Натальи и громко застучала на счетах. Все было как в обычные будничные дни, один лишь телефон молчал.
– Увольте меня от работы со школьниками, – попросил кладовщик Валентину Михайловну, – не умею я с малышами обращаться. Вчера опять скандал был. Принесли ребята семена: акация хороша, а желуди мороженые. Я желуди не принял, так школяры чуть не в слезы. Спорят, доказывают. А один, самый маленький, саботажником обозвал!.. Взял я у них желуди, отдельно ссыпал…
– А ко мне садовник частенько захаживает, – сказал Сорокин. – Лет ему уж за семьдесят, лично с Мичуриным был знаком. Просится к нам на работу.
– Да, весь народ поднялся! – воскликнула бухгалтер Лидия Ивановна и покраснела: больно уж восторженно у нее получилось.
Замполит в своей комнате закончил вступительную часть проекта договора о соревновании с соседней ЛЗС. Он перевернул лист в старом служебном блокноте, который напомнил ему райком партии, где еще совсем недавно Петр Сергеевич работал секретарем по кадрам, написал: «Берем на себя следующие обязательства» – и поставил две точки. Но дальше замполиту писать не пришлось. Неожиданно в соседней комнате зазвонил телефон. «Кто бы это мог звонить?» – полюбопытствовал Петр Сергеевич. Он закрыл блокнот и вышел из комнаты.
– Павел Иванович! – уверенно сказал Гвоздев, снимая трубку.
Заведующий нефтебазой не ошибся: по телефону вызывал ЛЗС старший механик. Он спрашивал с дальнего участка трассы, прибыл ли насос для перекачивания горючего.
– Нету, – виновато сообщил Гвоздев. – Нету насоса, еще не прибыл. Извещение есть, а насоса нет! Плоскую цистерну мы залили самотеком, а как с круглой быть – ума не приложу. Бочку на нее не закатишь!..
«А ты приложи свой хваленый ум, приложи», – мысленно посоветовала Наталья.
– Насос надо где-то раздобыть, – настойчиво сказал Павел Иванович. – Иначе не успеем по зимней дороге горючее со станции вывезти: солнце, видите, как шпарит! Поищите насос в других организациях. К нам ведь все хорошо относятся, помогут…
Гвоздев обиженно покосился на телефонную трубку: он и сам не хуже старшего механика знал, что им никто не откажется помочь. Беда была в том, что все насосы в городе, какие Гвоздев только мог учесть, были заняты. Свободный насос имелся лишь в автоколонне, но после постановления облисполкома о передаче лесозащитникам одного из служебных помещений автоколонны туда, кажется, бесполезно было обращаться за помощью.
Для очистки совести Гвоздев принялся звонить во все предприятия, имеющие тракторы и автомашины. Но перед весенней распутицей повсюду усиленно заливали горючее, и никто не мог выручить ЛЗС. Наиболее сердобольные сочувствовали Гвоздеву и советовали обратиться все в ту же автоколонну.
– Автоколонна не даст! – категорически заявил завхоз. – Они тоже самолюбие имеют: обжились в своем помещении, устроились, а теперь уходи.
– А если все-таки попробовать попросить? – предложила Валентина Михайловна.
Завхоз безнадежно покачал головой:
– Технорук там еще ничего себе – человек покладистый. Ну а директор – не подступись, над каждой гайкой дрожит.
– Дайте я поговорю с директором автоколонны. – Гвоздев придвинулся к телефону.
– Не надо! – взмолился завхоз. – Его вам не пронять. Если договариваться, так только с техноруком.
Решительно крякнув, Гвоздев снял трубку с телефона:
– Автоколонна?
– Да, – отозвался густой недовольный голос. – В чем дело?
– Позовите технорука к телефону.
– В чем дело? – переспросил густой голос.
– Это вы, Кирилл Семенович?
– Да в чем дело, я вас спрашиваю?!
Завхоз шепнул Гвоздеву:
– Говори смелей. Сегодня же воскресенье, директора в конторе нет.
Гвоздев, стараясь говорить не очень заискивающе, чтобы в случае неудачи не слишком уронить честь лесозащитной станции, изложил просьбу насчет насоса.
– Мы дело проведем шито-крыто, директор ваш ничего и не узнает! – заверил он.
– Я и есть директор, – спокойно сказал густой голос.
Гвоздев похолодел.
– Ну что ж, извините за беспокойство! – произнес он с достоинством и осторожно положил трубку телефона.
В кабинете стало очень тихо. Все услышали размеренный ход маятника стенных часов и звон капель за окном.
Сердито зазвонил телефон. Завхоз с опаской взял трубку и, как все люди, мало говорившие в своей жизни по телефону, оглушительно закричал:
– Да никуда он не ушел, здесь стоит!.. Что, передать ему трубку?.. Передаю!..
– Куда же вы запропастились? – спросил директор автоколонны у Гвоздева. Густой голос его был укоризненно-спокоен. – Насос надолго вам нужен?
– Дня на четыре, – робко сказал Гвоздев и услышал, как на другом конце провода вздохнул директор автоколонны.
– Присылайте сейчас человека за насосом, а в четверг, в семь часов утра, насос должен быть у нас. Хорошо?
– Отлично! – крикнул Гвоздев. – Я сам приеду!
Заведующий нефтебазой схватил шапку и выбежал из кабинета. Замполит, стоявший у окна, видел, как Гвоздев, все еще с непокрытой головой, вприпрыжку пересек улицу. Наперерез ему по ледяной дороге, залитой водой, лихо промчался на коньках мальчишка в мокрых валенках, спеша взять свое от уходящей зимы.
– Когда поедем соседнюю ЛЗС на соревнование вызывать? – спросил замполита участковый механик Сорокин.
– Дня через три, – ответил Петр Сергеевич, – как только вызов на общем собрании утвердим.
Дед Матвеич неожиданно засмеялся:
– Ну и здорово же будет!.. Гармошку взять, с флагами нагрянуть – попрячутся дорогие соседушки. – Сторож презрительно махнул рукой. – Куда им до нас!
Наталья с признательностью посмотрела на старого Матвеича и даже грязные сапоги ему простила.
– У меня вот только сомнение насчет экономии горючего… – нерешительно сказал Сорокин. – Трудно будет на нашем участке экономить: овраг у нас на овраге. Я в прошлое воскресенье ходил в поле, прикидывал… – Механик запнулся, боясь, как бы его слушатели не решили, что он сам себя расхваливает. – Сто метров пахать, а потом километр объезжать: напрямик овраг не осилишь – стенки круты…
«Этот горючее сэкономит, раз уж сейчас прикидывает, как пахать!» – уверенно подумал замполит.
– О приживаемости пункт в договоре обязательно должен быть, – предложила Валентина Михайловна. – Это главный наш показатель. Но и тут надо хорошенько подумать.
– Не более восьмидесяти процентов надо писать, – сказала осторожная Лидия Ивановна.
– А если поставить сто, а потом за выполнение драться! – воинственно выпалил завхоз, мало сведущий в вопросах лесоводства.
Валентина Михайловна только головой покачала, а замполит раскрыл свой райкомовский блокнот и стал продолжать проект договора с того места, на котором прервал запись.
Присутствующие в кабинете сгрудились за спиной замполита и наперебой выдвигали все новые и новые пункты договора. И Петр Сергеевич записывал о круглогодовом ремонте машин в полевых условиях, о сборе семян, о технической учебе на участках, об организации звеньев высокого качества…
Петр Сергеевич прочитал вслух все записанное. Не забыли ли чего?