Богдана Забурская – Цена (страница 1)

Богдана Забурская

Цена

ЦЕНА.

Часть I АЛЕСЬ.

Глава 1. Пепел и мел.

Пепел.

Бетонная тьма блиндажа пахла порохом, сырой землей и холодным металлом. Алесь сидел на ящике из-под снарядов, вытянув усталые ноги, облепленные затвердевшей грязью. Взгляд его застыл на маленьком огоньке газовой горелки, которой они пытались обогреть помещение, но видел он в этот момент не огонек, а что-то совсем другое.

У него не было ее фотографий, ни одной. Только память, которая, словно старая лента, прокручивала последние кадры из ее профиля в сети. Кася на тех снимках была воплощением успеха и утонченности: вот она в эстетской кофейне с какой-то книгой на столике, вот — в элегантном бежевом платье на фоне галереи. Казалось, ее мир был наполнен светом, запахом дорогого парфюма и безопасностью, мир, в которм самой большой заботой был выбор цвета штор или сложность новой пьесы для фортепиано. Именно так думал Алесь.

Мужчина устало прикрыл глаза, и холод блиндажа на мгновение отступил, уступая место воспоминанию двадцатилетней давности.

Двадцать лет назад.

Май.

В классе царила духота. Солнце безжалостно заливало парты, заставляя пыль танцевать в воздухе. Это был их последний учебный год. Математичка что-то монотонно объясняла про логарифмы, но Алесь ее не слышал. Он смотрел на Касю.

Она сидела впереди, идеально ровно держа спину — эта осанка всегда выдавала в ней какую-то прирожденную аристократическую гордость. Гибкая, утонченная, с огромными голубыми глазами, она напоминала парню фарфоровую статуэтку. Только, вот характер девушка имела далеко не фарфоровый, Кася была бунтарем, которого невозможно было сломать мелкими школьными правилами. Пока весь класс пытался спастись от гнева учителя, она спокойно рисовала в тетради сложные графические узоры, игнорируя цифры и графики. Ей было скучно. Она жила в каком-то своем мире искусства и истории, где каждое движение имело значение, а алгебра была для нее лишь неприятным фоном. Девушка казалась чужой для этой серой будничности — необычной, гордой, недосягаемой. Но как же она раздражала его и других одноклассников этой своей необычностью, своим взглядом сквозь них, своим нежеланием объяснять собственные же поступки, даже когда ей что-то выговаривали учителя или директор. Алесь не понимал: как вести себя с девушкой, которая одновременно могла не путать между собой Мане и Моне и курить за школьным забором, прямо на глазах классной, делая все это так, будто бы так и должно быть, с видом настоящей аристократки.

Сейчас

Резкий звук далекого взрыва встряхнул землю, и с балок на плечи Алеся посыпался песок. Он открыл глаза, возвращаясь в свою реальность. «Опять началось» — подумал он. Здесь, в его мире, не было места для искусства и долгих раздумий либо красивых разговоров. Здесь была вселенная серой грязи, рваного железа и постоянного ожидания смерти, которая могла прилететь с любой стороны.

— Алесь, собирайся, надо идти, — услышал мужчина голос ротного, — отдохнули и хватит.

Так случилось, что сейчас его мир — это грубые мозоли на руках, острый запах гари и тяжесть автомата, который стал продолжением тела. Ее — это тихие вечера, блеск хрусталя и безупречная эстетика каждого дня. Они с Касей существовали в разных измерениях, которые больше не пересекались. Она, успешная и все такая же красивая, а он... Он здесь.

Алесь знал: скоро будет новый штурм. Но пока у него были эти минуты, он держался за образ той девушки, рисующей замки вместо задачек.

Его мозг не хотел возвращаться в блиндаж, к холоду, грязи и запаху крови, которые царили в нем, словно хозяева. Мозг несся дальше, по волнам воспоминаний.

Глава 2. Восемнадцать лет до...

Речка и цветы

Отметить, свой последний звонок они решили на природе.

Вечер был теплым и шумным. Класс отдыхал на берегу реки, кто-то уже открыл бутылки пива, кто-то пытался петь под гитару, другие разошлись небольшими компаниями вдоль берега. Алесь, который и так среди сверстников чувствовал себя хозяином положения: высокий, сильный, знающий, что сказать и как себя поставить. Сегодня был в ударе, много шутил и развлекал одноклассников. Но, отдыхая и развлекаясь, парень все время старался держать Касю в своем поле зрения. Кася... Эта девушка была его «слабым местом». Стоило ей оказаться рядом, как вся его уверенность куда-то исчезала, оставляя чувство неловкости.

Наконец Алесь, подкрепив свою уверенность небольшим количеством алкоголя, решился.

Он нашел Касю у воды. Девушка сидела на огромном камне. Вместо того чтобы долго собираться с мыслями, Алесь просто подошел и протянул ей цветы. Это были не розы в пленке — обычные полевые цветы. Кася приняла их так, будто бы это был самый обычный поступок со стороны Алеся. Он уже хотел обидеться, но их глаза встретились, Кася смотрела на него с нежностью, такой взгляд он видел у этой девушки впервые, и Алесь, который обычно ни перед кем не отводил взгляд, первым посмотрел в сторону. А потом суматоха, творившаяся вокруг, поглотила их. Тогда Алесь ей ничего так и не сказал.

Книга и табачный дым

Выпускной бал закружил всех в вихре музыки, разговоров и танцев, но Алесь искал глазами только одну фигуру. Он нашел ее на крыльце ресторана в начале третьего часа ночи. Кася стояла с Лесей и Ганей, их одноклассницами, поправляя подол длинного платья.

— Вообще не спала, — долетел до него голос девушки. — Вчера взяла читать... — парень не услышал названия книги, — и пока не закончила — не смогла закрыть глаза, — рассказывала она.

Леся усмехнулась:

— Неужели делать больше нечего? Книжка хоть интересная была?

В ответ Кася пожала плечами.

Алесь остановился в тени. Он видел, как она, продолжая обсуждать книгу, совершенно естественно достала сигарету и затянулась. Это действие не выглядело попыткой казаться взрослой или, как это говорят, крутой. Наоборот, в этом была какая-то странная органика: интеллигентная девушка с хорошим вкусом и эта тонкая нить дыма. Алесю тогда показалось, что в ней живут два разных человека, и они оба ему нравятся.

Парень хотел дождаться, пока она останется одна, чтобы поговорить, но, к сожалению, Кася ушла с крыльца первой, оставив одноклассниц.

Когда они отправились встречать рассвет, Каси уже не было. Когда она исчезла, Алесь не знал. Больше он ее не видел никогда.

Калейдоскоп

После бала всё закончилось быстро. Жизнь начала стирать в Алесе юношеский задор, сменяя его взрослой реальностью. Денег не было, перспектив дома — тоже, не помогло даже неплохое образование. Начались странствия в поисках лучшего. За эти 18 лет он успел многое: выучился, попробовал работать в разных сферах, уехал из страны, пытался «зацепиться» за семейную жизнь. Был брак, родился ребенок, но быт, нехватка средств, да и неготовность что его, что жены к семейной жизни разделили всё на ноль. Развод оказался единственным выходом.

Бывшая жена давно снова вышла замуж. Сына растил отчим. Жена сама просила: Алеся не видеться с ребенком: «Не надо портить малому жизнь, — говорила она, — считает он отчима отцом и ладно».

Мужчина остался сам по себе. Недостатка в женщинах у Алеся не было, но как-то не складывалось, так же было и с работой.

И вот, несколько лет назад, Алесь решил, что хватит бегать, не мальчик уже, нужна какая-то стабильность. Служба в армии стала для него логичным выходом. Там всё было понятно: форма, расписание, зарплата, которая позволяла не думать о завтрашнем дне, жилье. Он впервые за долгое время почувствовал, что его жизнь стала спокойной и устроенной. Стабильность стала для него главной ценностью.

Земля в махорке

А, потом, пришло то, чего никто не ожидал. И сейчас, сидя в блиндаже, Алесь понимал, что вся его «стабильность» была дешевой иллюзией, которая сгорела в первом же бою. Единственное, что на самом деле было стабильным в его жизни — воспоминания о Касе. Вот странная вещь: за все эти 18 лет, через все неудачные попытки заработать и ссоры с бывшей женой, образ Каси на крыльце ресторана остался самым отчетливым воспоминанием. Это был единственный момент в его жизни, где всё было, кажется, по-настоящему.

Он потер лицо грязными руками. Интересно, читает ли она сейчас кому-нибудь ту самую книгу, названия которой он тогда не услышал?

— Алесь, твою мать, хватит спать, — толкнул его в плечо Крот, — на том свете отоспишься.

Глава 3. Сделка

Холодный расчет

Мир закончился внезапно, батальон Алеся, не готовя, даже толком не предупредив, перебросили через ленточку. Сейчас он был здесь — на чужой земле, среди грязи и постоянного ожидания прилетов.

Алесь стал хорошим солдатом. Он не чувствовал ярости или слепого гнева, которые часто затуманивали разум другим. Наоборот, он работал холодно, расчетливо и очень точно, профессионально выполняя то, чему его научили. Это было ремесло: чистить оружие, держать позицию, выполнять приказы без лишних эмоций. Мужчина считал так: если уж что-то делаешь — делай ответственно, иначе не нужно и начинать. Такой холодный расчет и помогал ему выживать во время очередного штурма.

Тень блиндажа

Вокруг него были разные люди. Парни в блиндаже часто повторяли хлесткие лозунги, которыми их старательно «кормили» со всех сторон, злились или жадно считали деньги с выплат. Это окружение давило сильно, ежедневно, вынуждая принимать такую реальность. Алеся это раздражало, но он молчал, кивал, соглашался. Мужчина трезво понимал, что и почему происходит на самом деле, красивые слова его не впечатляли и не трогали. Но что было делать? Уйти отсюда просто так было невозможно, он же не самоубийца, да и куда? Где он был еще нужен? Алесь так и слышал в голове голос матери: — «Не набегался еще? Когда ты опомнишься?» — поэтому и сделал единственное, что считал разумным, если только в этом положении вообще могло быть что-то разумное. Это была его сознательная сделка с совестью: закрыть глаза на всё вокруг, чтобы просто выжить. Ведь логика войны проста и безжалостна: либо ты, либо тебя.