Блейк Крауч – Жуткое (страница 67)

Джим сделал паузу и продолжил:

– Они хотели очистить мою человеческую сущность величием окружающего мира, но им это не удалось. Сила моей надежды, любви и страха потрясла их. Они спросили меня, что я хочу испытать больше всего на свете. И я сказал им… – тут голос рассказчика дрогнул, – …что хочу увидеть жену. И они перенесли меня в мир, где ваша мать никогда не умирала. Где мы никогда не катились по склону горы. Где мы никогда не расставались. И вы оба привезли своих детей в эту хижину. Я играл с ними в догонялки на этой поляне. Мы плавали в пруду. Я напивался с твоей женой, Грант. И с твоим мужем, Пейдж. А летними вечерами мы все сидели на крыльце, и наш смех эхом отзывался в лесу. Я держал Джулию за руку. Вдыхать воздух того места, где твоя семья была счастлива, где она росла… это нечто… И я мог бы там остаться, остаться там навсегда… Но это было не мое. Куда бы меня ни заносило, что бы мне ни показывали, мое сердце понимало, что оно навечно здесь. В этом мире. Вместе с вами. Они не могли этого уразуметь. Ведь меня выбрали специально для подобного откровения. Хотели распахнуть передо мной вселенную. Они отделили мой дух от этой непрочной раковины с тем, чтобы я смог стать таким же, как они – энергией чистого разума, – а я хотел вернуться назад.

– Но почему? – спросил Грант.

– Почему? – Его отец рассмеялся. – Ты спрашиваешь меня: почему? Ты, человек у которого никогда не было детей? Да потому что я не разделим с вами. С обоими. С такими, какие вы есть. Для меня вы единственная реальная вещь во всей Вселенной. Вы оправдываете мое существование.

Младший Мортон махнул рукой в сторону спальни:

– А там что?

– Сейчас уже ничего. Я поглотил его.

– Хорошо, что там было?

– Вероятность вернуться, вновь занять мою физическую форму, – Джим взглянул на свои руки. – Эту антикварную штуковину… никогда не была стопроцентной. Ведь это значило не просто засунуть меня в мое старое тело. Та сущность была создана как канал коммуникации или карта памяти, если говорить понятным вам языком. И был необходим физический контакт между ней и моим телом, чтобы обеспечить успешную загрузку.

– А что, если бы ты действительно погиб в аварии?

– Они бы все равно забрали меня. Просто я не смог бы вернуться и вступить с вами в контакт. – Старик повернулся к Пейдж и похлопал ее по колену. – Милая, у тебя на лице то же выражение, которое на нем было, когда тебе было пять лет. Вижу, что ты ничуть не изменилась.

– Какое выражение, папочка?

– Как будто я тебя дурю.

– Ты хочешь сказать, что это ты находился под моей кроватью?

– Что-то с моим возвращением пошло не так. По моей вине. Я позволил, чтобы меня притянуло к себе твое энергетическое поле, а не моя оболочка в больнице. Осознал я себя на твоем заднем дворе. Эта сущность с трудом передвигается и плохо приспособлена к земной гравитации и атмосфере. Так что мне удалось только взобраться по ступенькам твоего дома. Я спрятался под кроватью, пока ты спала. И все недели, что я провел там, я медленно умирал. Отчаявшись найти способ соединиться с моей земной оболочкой.

– А я подумала, что ты призрак. Или демон. Ты хоть понимаешь, через какой ад мне пришлось пройти?

– Мне очень жаль. Я не хотел причинить тебе боль. Но я не мог общаться с тобой, Пейдж. По крайней мере, не так, как сейчас.

– Но ведь у тебя были сверхспособности. Иногда ты оказывался у меня в голове. Или в моих снах. Я не могла выйти из дома.

– Я пытался говорить с тобой. Не мог позволить тебе уйти, потому что ты была мне необходима. Я пытался достучаться до тебя единственным доступным мне способом – но делал это очень неловко, как будто ехал на велосипеде задом наперед и с повязкой на глазах. В той сущности, которую Грант принес сюда, я был невероятно слаб и уязвим. Мое время стремительно заканчивалось.

– А что ты сделал с этими мужчинами? – задала Пейдж новый вопрос.

– Смотри на это как на установку программы. И ты поймешь, для чего они были мне нужны.

– Они будут об этом помнить?

– Думаю, что с ними произойдет то же, что и с Грантом. – Джим взглянул на сына.

– Они как будто проснутся, – заметил тот.

– Вот именно. А с течением времени эти воспоминания исчезнут.

– Но ты заставил их ворваться в больницу, – напомнила Пейдж. – И это не останется…

– Без последствий? – Старший Мортон улыбнулся. – Неужели ты думаешь, что четыре мужика, которые использовали мою маленькую девочку, меня волнуют? Я готов был все отдать, чтобы вновь оказаться с вами.

– Но умер хороший человек, – подал голос Грант. – Дон.

– Я знаю, и от этого мне очень плохо. Другие оказались не способны к обороне. Их защита сдалась сразу же, как только я проник в их сознание.

– Что ты имеешь в виду?

– Часть мозга, расположенная позади левого глаза – боковой участок орбитофронтальной коры, отключается во время оргазма. А это центр регулирования эмоций и мотивации. Для меня это был шанс.

Пейдж побагровела и уставилась в пол.

– Я не знаю, что случилось с вашим другом. – Джим помрачнел. – Он неожиданно появился в комнате. Увидел меня. Я попытался заставить его уйти, но не смог проникнуть в его сознание. Это была только попытка захвата, но она его полностью уничтожила. Все это было очень непросто, и ничего не получилось так, как я рассчитывал. Но теперь мы снова вместе, правда? Как раньше.

– Эти способности у тебя остались? – поинтересовался Грант.

– Только в какой-то степени. Я еще приспосабливаюсь к жизни в этой шкуре. Она такая неудобная…

Пейдж сжала голову руками.

Она все смотрела в пол.

– Но откуда нам знать? – спросила она.

– Знать что?

– Что ты – это ты. Наш папа. За последние два дня нам пришлось пройти через ад. А для меня это продолжалось еще дольше. Я была перепугана до смерти. Думала, что схожу с ума. И вдруг неожиданно – все это?

– Я знаю, что тебе было нелегко, милая. И прошу меня простить. Но ты же знаешь, что это я, правда? Разве ты этого не чувствуешь? Разве сейчас ты не ощущаешь, что знала это все последнее время?

– А ты сам как думаешь, если все, что ты здесь сказал, правда? Ты что, думаешь, что после всего того, что ты испытал, ты сможешь взять и вернуться и все опять будет по-старому? Тебя не было тридцать лет.

– А для меня как будто прошел всего месяц. Я не знал, чего ожидать, Пейдж. И это правда. Но мне было все равно. Я просто хотел воссоединиться с вами. Чтобы у нас все опять было в порядке. – Вытянув руку, Джим дрожащими пальцами дотронулся до лица дочери. – Я не хотел для тебя такой жизни.

По ее щекам катились слезы, но на этот раз она не отвела взгляда.

– Ты ведь могла стать кем угодно, выбрать любое дело, о котором мечтала, Пейдж. А ты саморазрушаешься, сын, – повернулся старик к Гранту. – Я почувствовал это под кроватью. Эта твоя ярость. Твое одиночество. И страсть, с которой тебе хочется положить этому конец. Вы для меня все те же маленькие мальчик и девочка – и то, что я вижу сейчас, когда вы выросли… Это… это убивает меня.

– Нам было совсем не легко, – заметил Мортон-младший. – У нас никого не было.

– И что же будет теперь? – поинтересовалась Пейдж. – Как ты сказал, все пошло не по плану. Мы, папочка, здорово влипли.

– Знаю, но у меня есть способ все исправить.

Подсознательно Грант давно ощущал какой-то шум, но сейчас он понял, что слышит его в реальности.

Джим начал было что-то говорить, но замолчал, когда его сын поднялся на ноги.

– В чем дело? – удивилась Пейдж.

Грант быстро пересек комнату и подошел к одному из окон, выходившему на крыльцо и поляну за ним.

Звук протекторов, давящих гравий.

Из леса появился «Трейлблэйзер» Софи, который двинулся по вырубке в сторону хижины. А через пару минут Мортон-младший увидел еще и белый «Шевроле Каприс» с мигалкой на крыше.

На эмблему на дверях он даже смотреть не стал.

– Что там, Грант? – повторила вопрос Пейдж.

– Софи. И с ней полиция штата.

Глава 42

Камешки гравия стучали по днищу «Трейлблэйзера» Бенингтон, пока она подъезжала к черной «Хонде».

Брошенная постройка находилась прямо перед ней, окруженная пихтами.

Стекла в окнах были выбиты.

Внутри было слишком темно, чтобы понять, есть ли там кто-нибудь.

Софи выключила двигатель и проследила за подъезжающей сзади «Шеви». Когда она просила о подмоге, то ожидала увидеть больше одного-единственного представителя полиции штата. Правда, чего еще можно ожидать от этих тупоголовых?

Машина остановилась рядом с ней.

Бенингтон достала снаряженный магазин из перчаточного ящика и выбралась из «Трейлблэйзера».