Безбашенный – Цивилизация (страница 96)

– Делай, что должен, свершится, чему суждено?

– Вот это ты хорошо сказал.

– Это не я сказал, а человек помудрее меня.

– Кто-то из учёных греков?

– Из римлян, но тоже учёный не хуже тех греков, – я не стал уточнять, что Марк Аврелий ещё не родился, и до его рождения не дожить ни нашим внукам, ни правнукам. К чему это Априлису, уж всяко не философу – как и я, впрочем?

Из-за спины доносилась поступь дерущихся, их тяжёлое дыхание, лязг клинков, а затем звук падения и гвалт зрителей. Оборачиваемся – противник Адермелека лежит на земле, раскинув руки и колотя по ней кулаком от досады, его фальката валяется от него в трёх шагах, а сам шурин Бената стоит над ним, приставив к его шее остриё клинка. Дал нам разглядеть и осмыслить увиденное, выпрямился, вложил фалькату в ножны – и тут же протянул побеждённому руку, помогая встать. Тот морщится – то ли ногу подвернул при падении, то ли ушибся, но терпит – что такое боль по сравнению с досадой от поражения?

– Ты нашёл достойного бойца, блистательный, и мне нелегко было справиться с ним. Не порицай его за проигрыш – он не виноват в том, что я – Адермелек, сын Идобала, сына Сирома.

– Сын Идобала? – переспросил Априлис, – Тогда понятно. Это судьба, а против судьбы я бессилен, – он картинно воздел руки к небу, – И где ты только берёшь ТАКИХ людей, досточтимый? – это он уже мне.

– Ну, вообще-то – везде, где они мне такие попадаются. Труднее всего найти и подобрать первых, и с этим мне крупно повезло, а дальше оно уже и само так выходит – подобное тянется к подобному.

– А почему у меня так не получается? Нужен какой-то особый нюх на таких?

– Да собственно, не обязательно нюх, блистательный. Наверное, смог бы и ты. Но вот что обязательно – это уметь ЦЕНИТЬ таких людей и ТЕРПЕТЬ то, что в своём деле они ПРЕВОСХОДЯТ тебя самого и не умеют, да и не очень-то хотят скрывать это. Это нелегко, это надо пересиливать самого себя – кто-то это может, а кто-то и нет…

– Проклятие! Не могу! Вот знаешь, что самое обидное? Умом – даже понимаю иногда, а где не понимаю, там ЧУВСТВУЮ, что где-то в чём-то вы правы. Но – не могу! Никогда такого не было – ни при отцах, ни при дедах, ни при прадедах! Да где же вообще такое слыхано?

– В том-то и беда, блистательный, что нигде. ПОКА – нигде. А НАМ нужно – чтобы У НАС стало так. А для этого нам нужны именно такие люди, и чем больше – тем лучше. Их мало, но они есть – даже у вас есть, но вы с ними обращаться не умеете, и для вас они бесполезны – только раздражают вас самим фактом своего существования. Ну так и избавьтесь от них – зачем вам зря расстраиваться, глядя на них? Спровадьте их к нам, уберите с глаз и забудьте о том, как они вас раздражали.

– Есть у меня такие, – проворчал Априлис, – И ты прав – одно расстройство от них! Не ищи – сам их к тебе пошлю…

20. В замке у шефа

– Чем твоя пружинная бронза отличается от той драгоценной чёрной, которой мы торгуем? – задал вопрос в лоб Волний-старший.

– Кроме цвета – ничем, досточтимый, – признался я абсолютно честно. Я ведь упоминал уже, что врать Тарквиниям не советовал бы никому, кто дружит с головой?

– А почему тогда так велика разница в цене?

– Вся разница – в цене камней, досточтимый. Для чёрной бронзы нужны очень дорогие синие камни цвета морской воды, которые и придают ей чёрный цвет. Чем глубже и насыщеннее их синева, тем чернее бронза. А мне разве цвет нужен? Мне нужны только свойства металла. Поэтому я могу применять камни того же состава, но не драгоценные – самые обычные бесцветные бериллы, годные разве только на недорогие поделки. Металл получается ничем не хуже по свойствам, но не чернеет, а имеет цвет червонного золота. Жаль, что он слишком лёгок и твёрд – не получится выдать его за золото и продать по его цене, – все присутствующие Тарквинии с их ближайшим окружением рассмеялись от моей шутки, – Зато я имею из этой бронзы очень хорошие и не слишком дорогие пружины.

– Но ведь ты же делаешь уже очень хорошие пружины из железа. Разве они не дешевле этих бронзовых?

– Дешевле, досточтимый, но в жарком климате они ржавеют, а ещё сильнее они ржавеют от морской воды. Ведь не просто же так гвозди и заклёпки для морских кораблей делаются из бронзы, а не из железа?

– Это верно, Максим, и я бы ничего не говорил тебе по этому поводу, если бы речь шла об ОБЫЧНОЙ бронзе. Но ты и сам признаёшь, что от ЧЁРНОЙ она отличается только цветом, а по свойствам ничем не хуже, зато во много раз дешевле. Вот это мне как раз ОЧЕНЬ не нравится…

Ещё бы, млять! Я ведь рассказывал о нашей с Васькиным давней командировке в Гребипет, хоть и имевшей несколько иную основную цель, но косвенно затронувшей и торговлю означенной "чёрной" бронзой? Из-за применения в её выплавке драгоценных аквамаринов одна только себестоимость её, если кто запамятовал, пятикратный вес золота составляет. Ну, тут есть свои нюансы, позволяющие с камешками смухлевать и недурно на этом нажиться. Я ведь рассказывал уже об этой "теневой экономике", в которой и сам немножко поучаствовал? Дело это давнее, и я с ним давно завязал, и совершенно незачем об нём знать Тарквиниям. Да и не в этом суть, а в том, что и раньше-то – ещё в Карфагене – Тарквинии сбывали её тамошнему посреднику за семикратный вес золота, зарабатывая на ней таким манером двукратный, а теперь, после той нашей командировки, в которой мы вышли в Гребипте на конечных покупателей и выкинули из цепочки перекупщиков как карфагенского посредника, так и птолемеевскую казну, сбывают гребипетскому храму Баст уже за десятикратный, имея пятикратный вес золота чистой прибыли! Очевидно, что при такой цене металла высококачественная замена подешевле покупателей однозначно заинтересует, и ТАКИМ бизнесом рисковать Тарквинии не намерены.

– Вот поэтому, досточтимый, я и хочу перенести это производство на Острова.

– Лучше бы ты его вообще свернул. Тебе дать золота для золочения железных пружин, чтобы они не ржавели? Я, пожалуй, соглашусь и на это – мы рискуем потерять во много раз больше, если о твоей бронзе узнают те, кому не следует о ней знать.

– На это мне золота не нужно, досточтимый, – успокоил я главу клана, – Есть и другой способ сделать железо нержавеющим, даже лучший, чем золочение, и хотя он для нас технически труднее, я пошёл бы на эти трудности, будь проблема ТОЛЬКО в них, – я имел в виду нержавейку, то бишь сталь, легированную хромом и никелем, которую уже и так производил для других целей.

– А в чём ещё?

– Эта бронза нужна мне не на одни только пружины. Она ещё и очень хорошо скользит по железу – гораздо лучше, чем любой другой материал, а ещё лучше – по такой же бронзе. Это нужно для наших новых машин, чтобы они служили долго и не требовали частой замены изношенных деталей, – я говорил о подшипниках скольжения.

Я ведь упоминал уже, кажется, о том, что даже самые обыденные для нашего современного мира шариковые и роликовые подшипники качения в античных условиях – практически неподъёмный хайтек? И хотя на моих мануфактурах условия уже не совсем античные, а в чём-то и совсем не античные, всё-же далеко им пока-что и до привычных по прежней жизни современных, и подшипники качения – как раз один из тех самых случаев. Реально мне доступны только подшипники скольжения, если найдётся из чего их сделать. Для механизмов с небольшими нагрузками годится и вест-индский бакаут, отчего я им и заинтересовался, будучи на Кубе, но серьёзные нагрузки вроде станочных и двигательных требуют и материалов посерьёзнее. Фрицы в ту самую войну от своей лютой нищеты и безнадёги ближе к её концу, с разбомбленными союзниками подшипниковыми заводами и даже не имея в достатке хрома на нормальные шарикоподшипниковые стали, баббит в подшипниках скольжения применяли и кое-как худо-бедно выкручивались, но ну его на хрен, такой геморрой! При интенсивной работе – в металлорежущем станке, допустим – баббитовый подшипник вместо нормального шарикового едва выдерживал нормальную рабочую смену, после чего требовал замены. Значительно лучше в этом плане втулки из оловянисто-цинково-свинцовой бронзы или из оловянисто-фосфорной, но и с ними есть свои проблемы – они ведь чисто литейные, и обработке пластической деформацией не поддаются – хрен их перекуёшь или прокатаешь, а главное – то и дело в них попадаются неметаллические включения типа песчинок. Попадётся такая под резец – и резцу звиздец, и детали. Ну и сами антифрикционные свойства у них хоть и не хуже баббитовых, а их износостойкость, как уже сказал, гораздо лучше, всё-же весьма далеко им до таковых у бериллиевой бронзы, идущей в нашем современном мире, несмотря на дороговизну – везде, где качество важнее цены – на самые ответственные подшипники скольжения.

В прежней жизни – где-то за год до попадания сюда – мне доводилось читать о буржуинских исследованиях сплава Alloy 25, идентичного по составу нашей бериллиевой бронзе БрБ2, так там у буржуинов получалось, что при трении по нержавеющей стали и смазке обычным веретённым маслом заметного износа не было даже при нагрузках от семидесяти до девяноста процентов от предела текучести того из двух металлов пары, у которого он ниже, и ещё лучший результат выходил при трении бериллиевой бронзы самой по себе. И это – ага, для сравнения – существенно выше, чем у большинства других пар, реально применяющихся в подшипниках скольжения, включая и навороченные специальные сплавы, а уж по сравнению с нержавейкой по нержавейке – вообще почти в двадцать раз. Ну так и хрен ли тут думать, спрашивается, когда означенная бериллиевая бронза известна и производится хоть и в узком, но доступном для меня кругу?