Безбашенный – Арбалетчики в Вест-Индии (страница 20)

– Успокойся, я ей уже и сама высказала, что блондинка – это диагноз, – утешила меня Юлька, – Знаешь ведь, почему блондинкам нельзя играть в шашки? Потому, что они их в натуре едят, хи-хи! Представляешь, до чего она меня довела? В кои-то веки я наконец начала одобрять даже ТВОЙ выбор!

– Точно? Значит, это мне послышалось, будто кто-то – мы не будем называть, кто именно – буквально только что жаловался мне на Велию?

– Зануда ты, Макс! Но сейчас это хороший признак – значит, успокоился.

Способность соображать нормально и выражаться прилично – ну, относительно – ко мне и в самом деле вернулась.

– Так погоди, Юля! У Сереги же точно такой же аппарат, как и мой, – вспомнил я, – Точно такая же "Nokia E7", только понавороченнее, судя по цене. Я свою за семь штук брал, а он свою – говорил, что чуть ли не за восемнадцать. Так что всё, что есть у меня – у него тем более.

– Макс, это ж Серёга! Я не знаю, как он ухитрился свой телефон раскокать. ТАКОЙ – суметь же ещё надо! Это мой ронять на пол нельзя, а он свой трижды только на моей памяти ронял, и аппарату – хоть бы что!

– Да, агрегат крепкий – только если с размаху об стенку шваркнуть…

– Говорит, что пуля из пращи попала. Ещё там, в вашем первом походе. Проверяли уже – сдох полностью, мертвее не бывает. Ну не лузер ли? Вся надежда на твой – надеюсь, ты-то его по всем вашим походам не таскал?

– Вроде, нет, – проговорил я, уже поворачивая ключ в замке своего "сейфа", представлявшего из себя здоровенный сундук из твердющего и тяжеленного эбенового дерева, окованный бронзовыми полосами, – Но надо проверить. Выставь пока заряжалку в окно на солнечной стороне.

– Да заряжена уже! Вчера ещё под завязку дозарядили, пока ты тут воссоединением с семьёй наслаждался! Доставай уж, куркуль! – это она увидела, что в "сейфе" у меня ещё один ящичек, закрываемый уже на простую задвижку, из которого я и извлёк наконец свой коммуникатор. Подключили к заряжалке, включил – млять, хвала богам, в натуре работает! Юлька чуть было не завизжала от восторга, да Велия ей вовремя пальцем погрозила – в самом деле, нехрен ребёнка пугать.

– Ладно, держи. Ты, надеюсь, с охраной?

– А куда от неё денешься? Твой тесть, как я свою первую версию "прогнозов" – ту, что мы с тобой по памяти ещё восстанавливали – упорядочила на восковой раскладушке и перевела уже на греческий, прислал к нам переписчика с кипой папируса, и без охраны запретил даже нос из дому высовывать. На рынок теперь спокойно не прогуляешься – обязательно два вооружённых до зубов мордоворота следом топают. С одной стороны приятно такой важной птицей себя ощущать, но с другой – ты даже не представляешь себе, как иногда раздражает! Так это ещё что! Теперь и по ночам возле дома дежурят – можешь себе представить?

– Легко. Не у одной только тебя – привыкай. И это – я понимаю, что вам с Серёгой до хренища всякой всячины надо просмотреть и переписать, но выберите пока только самое важное – мне ж тоже не терпится. Так, и папируса ещё надо накупить побольше…

– Сдурел, что ли? Он же дорогой! Зачем на свои-то покупать? Я теперь, когда у нас кончается, переписчику твоего тестя говорю, и тот на следующий же день ещё здоровенную кипу притаскивает. А иногда и вовсе в тот же день с посыльным присылают. Я же теперь ему выжимку из Тита Ливия делаю – по Карфагену и Нумидии, по Испании, по римским делам, по греческим. Скажу – и тебе запас доставят.

– Так ты хочешь сказать, что мне Ливием можно не заморачиваться? Ведь если я его не осилил – это ещё не значит, что у меня его нет. Хотя – погоди, ты ведь его на греческом строчишь? А нам ведь надо и для себя – на нормальном человеческом…

– Не парься – выжимку я делаю по-русски, а потом уж на греческий перевожу и переписчику диктую. Все твои войны и прочие заварухи с политическими раскладами там будут, не переживай. Вы же с тестем – два сапога пара. Что тебе интересно, то и ему – оба милитаристы, империалисты, куркули-буржуины и политические интриганы, хи-хи!

– Ага, они самые…

Вот в этом вся Юлька. Раздраконила меня и убежала. А я теперь – жди как дурак, когда они там с МОИМ аппаратом наиграться соизволят. А у меня на нём, да ещё и на флэшке, СТОЛЬКО всего! Мыылять! Самое же обидное вот что. Солнечная заряжалка ведь и у меня была, причём – уж всяко получше этой наташкиной "AcmePower MF2010". Моя "раскладушка" от того же производителя – "AcmePower MF3020" – чуток покрупнее, но некритично, почти вдвое тяжелее и примерно вдвое дороже, зато втрое ёмче аккумулятор, но при этом – за счёт того, что две солнечных панели, да ещё и пошире – втрое быстрее зарядка от солнечного света. Ейную приблуду десять часов заряжать, так что в один день в наших городских условиях хрен уложишься, два надо, а мою – жалкие четыре часа. Есть разница?

Но вся беда в том, что моя "суперэлектростанция" так и осталась в тот день в номере отеля – не взял я её с собой на пляж. Ну откуда мне было знать, что понадобится? Я ведь на пляж хожу купаться и загорать, а когда я загораю, то медитирую, а не с телефоном играюсь. Хоть он у меня и натуральный мини-комп, даже клава нормальная физическая есть, если разложить, но это – для других случаев. Если на работе, допустим, выдалось вдруг спокойное и не загруженное ничем окошко, так залезть в интернет на форумы, чужие сообщения почитать, свои оставить, электронную почту проверить, а на пляже – исключительно средство связи. Чтоб самому куда позвонить, если вдруг приспичит, или чтоб мне немногие избранные могли звякнуть, если что-то экстренное, но случаи эти были нечастые, и не было в прежней жизни ни единого раза, чтобы мне на пляже заряда в аппарате не хватило. Так что купил я свою заряжалку, можно сказать, из чистой паранойи, так и не пригодилась реально ни разу, отчего и не выработалось привычки таскать её с собой, и в тот единственный раз, когда она была бы весьма кстати, у меня её при себе не оказалось. Закон подлости, млять!

Потерзавшись воспоминаниями и закатав губы обратно, я занялся куда более приятным делом – вознёй со своим потомством. Вот уж расстаралась Велия, угодила – слов нет. Всего месяц с небольшим карапузу, но крупненький, крепенький, эфирка плотная, да и сам спокойненький, не такой уж и плакса. Вчера-то, конечно, разревелся при виде непонятно откуда взявшегося здоровенного незнакомого дядьки, когда я на руки его взял, а сегодня – уже, смотрю, привыкает. Так, куксится только изредка, но как пальцем ему пузо пощекотал, так даже и развеселился. В общем – признал, и к матери на руки от меня уже не всякий раз просится. Тут Юлька права – весь в меня. Мне мать рассказывала, что когда я сам таким же был, то тоже ревел в основном только по веским причинам – когда проголодаюсь, обделаюсь или чего-то шуганусь. Тут, правда, у тёщи своё особое мнение – говорит, что и Велия такая же была, так что это маленький Волний в их породу пошёл. С бабами – даже правильно воспитанными – в таких вопросах спорить нежелательно, да я как-то и не шибко стремлюсь. Мне ж не шашечки, мне ехать, главное – сын у нас с супружницей получился, насколько можно судить по первому времени, как раз таким, как и надо. Для оставления за собой, как и положено, последнего слова я сообщил Криуле, что как раз такую мать для своего потомства и выбирал, и в этом у нас с тёщей разногласий не обнаружилось.

– Ну-ка, Волний Максимыч, иди-ка к папе, – я снова взял его на руки, – Ну тебя и упаковали! – бабы есть бабы. Спеленали пацана и навернули на него столько материи, что для полной ассоциации с почтовой посылкой не хватало только обвязки бечевой крест-накрест и сургучной печати. Куда столько – лето на дворе и ни разу не наше подмосковное, даже не испанское, а натуральное североафриканское! Сняв с него лишнее, я приподнял его… Уфф! Что ж ты творишь-то, хулиган – в усы мне вцепился! Ручонка-то мелкая, пальчики вообще миниатюрные, а хватка – будь здоров! Велия, хихикнув, помогла мне аккуратно освободиться от захвата. Я для порядка обозначил символический шлепок ему по попе, затем снова пощекотал ему пузо, отчего мой отпрыск тоже захихикал и вцепился мне уже обеими ручонками в складки туники – крепенько вцепился. Это напомнило мне Дольника – "Непослушное дитя биосферы", если кто не в курсах. Ради эксперимента я поддержал его левой рукой под попу, дал перехватиться повыше, убедился, что держится крепко, и начал постепенно ослаблять поддержку снизу, продолжая поддерживать правой рукой только его головёнку – это надо, тяжёлая она у мелких человеческих детёнышей, сами держать не могут. В остальном же они – обезьянята обезьянятами, что наш карапуз и продемонстрировал нагляднейшим образом. Велия забеспокоилась куда больше его самого, когда я совсем убрал поддержку под попу, а он лишь на миг нахмурился – скорее озадаченно, чем недовольно, а затем вполне уверенно повис на цепких ручонках и даже попытался подтянуться – тут уже и моя ненаглядная прикололась. То-то же! Любите книгу, она – источник знаний! Надо будет обязательно ещё разок Дольника перечитать, когда Юлька аппарат вернёт…

Потом этот мелкий приматёныш продемонстрировал ещё один врождённый инстинкт, обмочив мне тунику, и я, посмеявшись, передал его наконец в заботливые и надёжные материнские руки. Софониба, тоже прыская в кулачок, забрала у меня тунику и кинула в стирку, а мне подала новую. Велия тем временем уже снова спеленала маленького пачкуна в чистое и дала ему грудь, заняв его важнейшим на данном жизненном этапе делом. А накормив и укачав на руках, аккуратно уложила в кроватку – отдыхать от трудов праведных.