Безбашенный – Арбалетчики в Вест-Индии (страница 19)
– Получается, я должен благодарить Кулхаса за его наступление на Кордубу? Ведь иначе "ваших" римлян не перебросили бы туда в такой спешке, и ты уж точно не досталась бы мне. Выходит, судьба?
– Судьба, господин… И… спасибо Кулхасу…
После этого у нас снова как-то не обнаружилось разгногласий, чем бы нам ещё таким заняться… Наутро, к счастью, не одним только нам было тяжеловато продрать глаза. Матросня нашего купца, да и не только евонная, расслабилась вечером так, что ни о каком утреннем отплытии не могло быть и речи. Торгаши визжали и брызгали слюной, но поделать с этим стихийным бедствием ничего не могли. Поэтому отплыли только около полудня и лишь к вечеру безо всяких приключений прибыли в Абдеру. Следов штурма город не носил, да и странно было бы – в кулхасовско-луксиниевском мятеже Абдера не участвовала. Но Софониба, сама того не желая и совершенно к тому не стремясь, таки сумела пробудить во мне интерес к некоторым специфическим тонкостям. Ради этого интереса я навёл справки и выяснил любопытную картину.
Будучи ещё в границах Дальней Испании, но не поддержав охватившего большую часть провинции восстания, этот финикийский город не дал римлянам повода для военного подавления – нечего было подавлять. Тем не менее, без репрессий чисто полицейского характера не обошлось и здесь. Наводя порядок в провинции, римляне и в Абдере ухитрились "обнаружить" карфагенских шпионов Ганнибала и их многочисленных пособников – общей численностью свыше двух сотен. Приговор – продажа в рабство вместе с семьями – нас почему-то уже абсолютно не удивил. А на улицах города мы обратили внимание, что оккупационная солдатня ведёт себя ещё наглее и бесцеремоннее, чем даже в Малаке. Как-то раз, во избежание вооружённого столкновения с особо охреневшими от безнаказанности италийцами, когда Бенат уже ждал от меня только знака, чтобы покрошить этих уродов фалькатой, мне пришлось даже достать и предъявить их старшему проквесторский "аусвайс", при виде которого тот мигом сдулся и долго извинялся, моментально "вспомнив" даже скверный, но вполне понятный финикийский. В результате нам – в целях недопущения подобных инцидентов в дальнейшем – дали текущий гарнизонный пароль, и пару раз в тот день он нам пригодился. Так то мы, а каково приходится тем, кто не имеет ни блата, ни "ксивы" и не знает пароля, нам довелось понаблюдать собственными глазами.
– У нас перед восстанием творилось то же самое, – тихонько сообщила мне моя бастулонка, – Такое впечатление, будто эти мерзавцы нарочно подбивают горожан на бунт. Тебе не кажется, господин?
– Мне – не кажется. Я в этом давно уже уверен, – ответил я ей на русском языке, который она понимала уже практически полностью, – Думаю, что в Барии будет так же или даже ещё хлеще.
– Из-за того, что ближе к Новому Карфагену? – въехал в мою логику Володя.
– К его рудникам, – поправил Васкес.
В Барии, где была следующая стоянка, я не стал проверять нашей догадки, а сразу же предъявил "аусвайс" первому встречному римскому патрулю прямо в порту и получил от римлян пароль. Но уже и в самом порту мы увидели такой беспредел римлян по отношению к беззащитным местным финикийцам и бастулонам, что гулять по городу нам как-то расхотелось. Млять, скорее бы уж домой – в Карфаген…
6. Дела в Карфагене
– Макс, ты хоть знаешь, кто ты есть? – ехидно поинтересовалась Юлька.
– Знаю. Сволочь и эгоист. А ещё – рабовладелец, эксплуататор, латифундист и вообще буржуин недорезанный. Дикарь и мясник. Ещё – бессовестный циничный политикан. Всё, вроде? Ах, да – ещё и похабный солдафон.
– Хи-хи! Тебе виднее! Похабным солдафоном я тебя, кажется, ещё не троллила!
– Это я предвкушаю заранее – будешь. Когда тебе заложат, чем мы в Испании занимались – буду у тебя и похабным солдафоном, а иногда даже, наверное, и графом Аракчеевым.
– Да ну тебя на фиг, Макс! Какой из тебя в задницу Аракчеев! Как был ты Канатбаевым, так Канатбаевым и остался! Чурбан ты стоеросовый, вот ты кто! А ещё – замшелый патриархальный домашний деспот!
– О! Вот это уже наконец-то что-то новенькое! Рассказывай наконец, что ли?
– А чего рассказывать? Пока вы там развлекались своими страшно секретными и наверняка страшно тёмными делишками, мы тут встали на уши и до сих пор на них стоим. А твоя дикарка могла бы запросто поставить нас с ушей обратно на ноги, но упёрлась рогом и ни в какую – говорит, ты запретил.
– Погоди-ка. Что именно я запретил?
– Ну, короче, нам тут позарез твой телефон понадобился. По делу сгодился бы и Васькина, но евонная Антигона – вообще "здравствуй, дерево", по-русски – почти ни бельмеса, и толку от неё не добьёшься, а твоя-то, хоть и дикарка, но уже вполне соображает. Ну, я к ней, растолковала, что надо до твоего "сейфа" добраться, объяснила, что именно нужно, она всё прекрасно поняла, но упёрлась – типа, ты запретил туда лазить без спросу, и пока ты не вернёшься – хрен кто туда залезет. Представляешь? Мы тут на ушах, а твоя мне лекции о патриархальных домашних устоях читает!
– Правильно сделала – нехрен в мой сейф без меня лазить.
– Ага, в полном соответствии с замшелыми реакционными обычаями! Хорошо ты её "Домострою" научил! Ну и кто ты есть после этого?
– Ну, Велию-то как раз, в отличие от некоторых – заметь, пальцем не тычу – приучать к "Домострою" и не надо. Для неё это естественный порядок вещей. А кто я есть после этого – ты мне уже разжевала. Ага, именно он и есть – в чистейшем и рафинированном виде, гы-гы!
– Да фиг с тобой, Макс! Нравится тебе быть патриархальным домашним тираном, устраивает это твою – будь сколько влезет, мне без разницы! Но указания для особых случаев на время твоего отсутствия ты ей мог оставить? Мы же тут с ума сходили! А если бы ты вообще не вернулся?
– Да ладно тебе – что со мной сделается?
– Да с тебя-то, конечно, что ни случись – всё как с гуся вода. Но всякое ведь бывает – вы же там не на компе в войнушку играли, а живыми солдатиками. Я твою спросила – не со зла, а просто в раздражении брякнула – слава богу, она всё поняла правильно. Так знаешь, что она мне ответила? Что если судьба сложится так, то вот ключ, а вот тот, кто воспользуется им, когда достигнет совершеннолетия – и кивает мне на вашего кроху-груднячка. Класс?
– Правильно сказала – именно так всё и было бы.
– А нам, значит, пришлось бы ждать, пока он вырастет? Лет пятнадцать минимум? А он – сосёт себе мамкину сиську и спокоен как удав, ноль внимания на наши муки. Весь в тебя, короче.
– Ну, ты уж до такой-то степени не утрируй. Насчёт моей заначки на чёрный день я Велии указания на всякий пожарный оставил. А о свёртке с моими прибамбасами из нашего мира – правильно, речи не было. Это же теперь просто статусные цацки, которыми наши потомки будут гордиться. Чего их таскать туда, сюда? В сейфе – сохраннее для пацана будут.
– Так в том-то и дело, что телефон твой позарез нужен. Ага, статусная цацка! У тебя на этой статусной цацке много чего полезного имеется, а главное – есть разъём под флэшку…
– Стоп! – я выпал в осадок, – Вот теперь – подробнее. Можешь даже по слогам, если я туго соображаю. Серёга что, "багдадскую батарею" где-то надыбать ухитрился?
– Ты сам-то понял, чего сказал? Чтобы мой говнюк и неудачник, да ещё и смог хоть чего-то ухитриться! Он только языком трепать, да падать и набивать шишки на ровном месте ухитряется!
– Но ведь насчёт флэшки ты, надеюсь, не просто так ляпнула?
– Для чёрного ты поразительно догадлив, Канатбаев! Именно об этом я тебе и толкую! Мы ведь тоже думали, что всё, халявы не будет, все мозги иссушили, чтобы вспомнить хоть что-то полезное. А теперь – сюрприз. Полюбуйся-ка, скептичный ты наш! – Юлька достала свой самсунговский смартфон и демонстративно включила его, показывая, что он РАБОТАЕТ. Не как телефон, конечно, а как мини-комп. Мыылять!
– А теперь – смотри, ЧТО Наташка нашла в своей сумочке, когда рылась в ней!
Я вторично выпал в осадок, когда Юлька продемонстрировала мне маленькое зарядное устройство с солнечной батареей. А потом – долго и старательно громоздил этажи родной русской словесности, и прекратил это лингвистическое упражнение лишь тогда, когда от хохота Юльки, Велии и Софонибы скуксился и разревелся мой наследник. Тогда я убавил громкость и начал постепенно разбавлять свою матерщину приличными словами. Ну, Наташка! Ну, клуша! Ладно последние месяцы, у беременных баб мозги вообще набекрень, так что простительно, но раньше-то! Ведь два года держала заныканной вместе с сумочкой эту свою солнечную заряжалку, которая могла бы реанимировать наши аппараты, и хрен о ней вспомнила! Мы ведь до нашей командировки не единожды и не дважды башку ломали, нельзя ли чего с электричеством замутить. Я из Испании целую котомку хороших крупных кусков магнитного железняка приволок – исключительно чтоб железяки намагничивать. Прежде всего для компаса, конечно, который рано или поздно понадобится, но были и совсем уж наполеоновские планы – поэкспериментировать и попытаться соорудить ну хоть какой-нибудь примитивный электрогенератор. Ага, сооруди его тут, когда в античном мире обыкновенная медная проволока, годная для электропроводки – задача нетривиальная. Думали и об известных в Месопотамии и Египте "багдадских батареях", но их точного устройства мы не знали и склонялись даже к мысли заказать в Египте готовые – ну, в светлом будущем, когда позволят финансы и дойдут руки. На телефонах-то, а точнее – на флэшках, она была и у меня, и у Серёги, как и много чего ещё бесценного в нашем положении, но хрен ли толку от дохлых телефонов, как раз для оживления которых то электричество и нужно. Замкнутый круг, млять! Разные варианты перебирали – вплоть до того, что на полном серьёзе обсуждали вопрос о ловле электрических скатов, о которых Юлька припомнила, что грекам и римлянам эти плоские акулы с электрошокером были известны, а значит – в Средиземноморье они однозначно водятся. Правда, мы понятия не имели, как снимать и запасать эту рыбью электроэнергию. Даже устройство простейшего аккумулятора в конце концов с Серёгой вымучили, хоть и совершенно не представляли, зарядится ли он не от нормального постоянного тока, а от кратковременного импульсного электрического разряда, выдаваемого скатом. А у этой бестолковой курицы всё это время валялась безо всякой пользы нормальная человеческая солнечная заряжалка, о которой она благополучно запамятовать изволила! Ну и откуда тут – ага, после всего этого – прикажете набраться приличных слов для её характеристики? Вольт-амперной, млять!