Безбашенный – Арбалетчики в Карфагене (страница 14)

Ещё один путь от Малого Лептиса шёл на восток – к Египту, через который можно было добраться до Нубии или к портам узкого Эритрейского моря. Но эти пути находились уже под контролем богатевшего на посредничестве птолемеевского Египта, и карфагенских купцов по ним не пропускали. Сам Египет получал по ним золото, слоновую кость и чёрное дерево из Нубии, а по Эритрейскому морю – аравийские благовония, живых слонов из Эфиопии и драгоценные тонкие ткани, самоцветы с жемчугом и пряности из Индии.

Но сухопутная торговля – вспомогательная, основной же грузооборот идёт по морю. Чёрное дерево, например, возят на кораблях. Чтобы не переплачивать за египетское, его приходится везти с запада, морским путём Ганнона.

Заодно перевозятся и целебные орехи из южных африканских лесов, и некоторые другие африканские товары, торговлю которыми ведут купцы из Тингиса. Из Гадеса везут железо и изделия из него, медь, готовую бронзу и олово для её выплавки. А кое-кто – тут Арунтий хитро улыбнулся – возит оттуда и драгоценную чёрную бронзу. Из Испании же поступают и самоцветы – аквамарины и изумруды, которые качеством уступают индийским, зато обходятся значительно дешёвле – тут от такой же хитрой улыбочки едва удержался я. Из Галлии через греков-массалиотов тоже доставляют олово с далёких Касситерид и солнечный камень с ещё более далёких северных морей. Из Греции – дорогая керамика и произведения искусства, наксосский наждак, инструменты из твёрдой лаконской стали и дорогая косская ткань. Из Александрии и подвластного Египту Тира идут льняное полотно, писчий папирус и драгоценные товары Востока – пряности, благовония и индийские ткани, стоящие ещё дороже косских. Тирийские финикийцы, пользуясь покровительством египетских Птолемеев, даже сами плавают в Индию, откуда в числе прочих индийских диковинок привозят даже живых павлинов. Карфагенским же модникам приходится покупать всё это уже у египтян, переплачивая втридорога.

Особое место в торговле занимает пурпур. Это эксклюзивный финикийский товар, который поначалу вообще был исключительной монополией Тира. Но с тирийскими эмигрантами секрет красителя попал в Карфаген, а упадок метрополии после её погрома Александром выдвинул Карфаген на первое место по его производству. И хотя при египетских Птолемеях Тир оправился от былого разорения, восстановить своё преобладание в торговле пурпуром уже не мог. Да и истощились в восточной части моря местообитания дающего драгоценную краску моллюска, а на западе они все принадлежат карфагенским добытчикам. Сам краситель иноземцу никто не продаст – продаётся только готовая окрашенная ткань или пряжа. И хотя секрет пуппура давно уже не тайна за семью печатями – и технология известна, и сам моллюск, и места, где его можно найти – с финикийцами в финикийском городе не очень-то поконкурируешь. Три финикийских клана в Карфагене сосредоточили в своих руках и поделили между собой все дела, связанные с пурпуром, и никого постороннего к этим делам не допускают. Хоть и не закреплена их монополия в законах, нарушать её – весьма чревато. Были нарушители, и немало их было, но все они кончили плохо. Нашёл "бесхозных" моллюсков, произвёл краситель – изволь продавать его только этим кланам-монополистам. Ну и какой смысл?

В числе этих трёх "пурпурных" кланов – и Ферониды. Торгуют они в основном с островами Эгейского моря, Малой Азией и Египтом. И хотя основные доходы они получают от пурпура, не брезгуют и "мелочами". На Кипр, например, возят олово и ливийских рабов, на Родос – африканские орехи и слоновую кость, в Египет – в основном серебро, которого на Востоке не хватает, а экзотическими товарами Египет и своими собственными завален. Экзотические товары Ферониды в Эгейском море островным грекам сбывают. В том числе вот и заморскими "снадобьями" Тарквиниев где-то спекулируют.

Мы с Васькиным старательно "законспектировали" на навощённых табличках рассказанные нам сведения о торговых делах Феронидов и взяли тайм-аут для "обдумывания". На самом деле, конечно – до момента, когда наше владение греческим будет признано удовлетворительным для личного участия в "командировке". Судя по намёку Арунтия, мы уже близки к удовлетворительной оценке, но пока ещё её не заслужили. Раз так – подождём…

Позже, когда наши собрались у меня на посиделки, возникло и ещё одно соображение. О моей догадке насчёт Египта мы с Хренио договорились помалкивать пока даже в нашей компании. Бабы есть бабы, будут судачить с соседками-аборигенками – могут запросто проболтаться. Особенно Юлька, жаждущая заделаться местечковой "светской львицей" и при этом изучавшая древнегреческий для чтения древней классики в подлиннике. Захочет крутость свою в виде причастности к тайным делам продемонстрировать, головой не подумает и сболтнёт лишнее. Не обязательно, конечно, но при таких ставках лучше перебздеть, чем недобздеть. Поэтому об Египте мы молчим как рыба об лёд, а говорим о Кипре, на который ведёт нащупанный след, и прочих греческих островах до кучи. Мелькает в разговоре и Кос – бабы есть бабы, и поболтать о красивых тряпках для них – святое. Наташка, обещавшая не рассказывать Юльке о шёлковом платье Велии, сдержала своё обещание весьма своеобразно. Имя Велии в её рассказе Юльке не прозвучало, вместо неё фигурировала вымышленная жена не менее вымышленного карфагенского вилловладельца, на землях которого мы якобы делали привал в пути, зато суть Наташка выложила Юльке полностью. В результате мне досталось куда меньше юлькиных шпилек, чем могло бы, а вот Серёга схлопотал по полной программе. За то, что не расшибся в лепёшку и не изыскал способа заделаться олигархом, из-за чего она вынуждена позориться, нося "рвань". Попытка Серёги напомнить ей, что большинство соседок одеты куда беднее её, успеха не возымели – Юлька ещё и дополнительно возмутилась сравнением с "этими нищими лахудрами", гы-гы! Впрочем, за прошедшие с тех пор несколько дней она малость поостыла, и истерика трансформировалась в идею-фикс – заставить нас продавить командировку на Кос, где по её мнению местный шёлк должен был стоить значительно дешевле. Сейчас же эта тема всплыла вот почему. Среди торговых интересов Феронидов фигурировал и Родос, а косским шёлком, как успели уже выяснить наши бабы, в Карфагене торговали как раз родосцы. И хотя нам с нашим испанским ментом на бабьи завидючие глаза как-то начхать, в целом идея представляется стоящей.

Нас ведь, русских, хлебом не корми, а дай порешать на кухне глобальные вопросы геополитики. А какая же геополитика без карты? Но если античная карта мира вызывала у нас смех, то карты небольших участков Средиземноморья получались у местных картографов куда лучше, и пользоваться их продукцией можно было вполне. А из карты южной части Эгейского моря вытекало, что от Родоса до Коса – рукой подать. Да и от Кипра, куда ведёт разведанный след табака с кокой, до Родоса тоже не так уж и далеко. Родос же в Эгейском море – нехилый центр транзитной торговли, эдакий эгейский Карфаген в миниатюре, и версия о запутывании Феронидами следов через Родос будет для нашего нанимателя вполне правдоподобна. А для нас – пожалуй, что и выгодна.

За те три дня отдыха на природе Наташка в конце концов показала нам и подходящего шелкопряда, а Велия и Велтур, не раз уже ездившие с отцом на подобные пикнички, подтвердили его достаточно широкую распространённость. В Испании его полно, а тут растительность в основном такая же, так что и распространённость его просто обязана быть такой же. Собственно, Наташка нам два вида показала – дубового и соснового, которые на мой дилетантский взгляд кроме диеты ничем больше друг от друга и не отличаются. Эти, в отличие от показанного нам ранее кучкующегося походного – одиночные, и в этом смысле не так удобны для обнаружения и сбора коконов, как походный. Зато волосатость у этих одиночных гусениц куда меньшая, и в коконе ядовитые волоски не остаются, а это гораздо важнее. Для выделки шёлка годятся оба, но кому-нибудь охота лезть на верхушку сосны за коконами соснового шелкопряда?

Поэтому, поразмыслив, я решил отдать предпочтение дубовому. Строго говоря, он не шелкопрядом, а коконопрядом по словам Наташки дразнится, если по научному, поскольку с тутовым шелкопрядом состоит в несколько более отдалённом родстве, чем дубовый походный и сосновый, а настоящий дубовый шелкопряд только на Дальнем Востоке обитает. Но мне-то не один ли хрен, шелкопряд он или коконопряд? Раз шёлк даёт – а нам он его даст, хрен куда от этого денется – значит, для меня будет шелкопрядом, и баста! А раз шелкопряд подходящий у нас, получается, есть, то самое время подумать об умеющих с ним обращаться трудовых ресурсах. О людях то бишь. Вот о людях мы и думаем – ага, крепостных бы нам теперь душ по триста, гы-гы! А если серьёзно – то пару-тройку сборщиков коконов и шелкопрядильщиц с Коса.

Обозвав меня в очередной раз сволочью, эгоистом и рабовладельцем, только о наживе и думающим, Юлька всё-же призадумалась над идеей и решила, что ничего нереального в этом нет. За столетие хоть какая-то часть индийских рабов, да освободилась. А что они умеют кроме выделки шёлка? Ровным счётом ничего. Вдобавок, эти кастовые индийские заморочки, по которым чем твой отец занимается, тем и ты обязан заниматься. В лучшие профессии тебя никто не допустит, там своих хватает, а в худшую ты и сам не перейдёшь – карма не велит. А семьи у индусов многодетные, наверняка размножились за столетие, и где на всех шёлковых коконов напастись на маленьком Косе? Наверняка найдутся согласные эмигрировать, просто хрен кто их просто так отпустит секрет косского шёлка по миру разносить, и главная проблема будет – вывезти работничков втихаря. Но мы мафия или где? Гангстеры или погулять вышли? А раз так – получается, что для нас прямой резон на Кипре "обнаружить" или "разгадать" родосский след тарквиниевских товаров, прогуляться по нему, в процессе вынюхивания "потерянного" следа зарулить на Кос, с которого "заодно" скоммуниздить и нужные нам шелкотекстильные кадры, а уж потом только "осениться гениальным озарением" об Египте. Переглянувшись с испанцем, мы понимающе подмигнули друг другу. Египет подождёт…