Бет О'Лири – Неудавшееся свидание (страница 5)
И тут он кладет руку Джейн на поясницу и нежно целует ее в щеку.
Нежный поцелуй, поцелуй парня и девушки. У него это выходит так непосредственно, так легко, что Джейн только и удивляется вспышке желания, пронзающей тело, когда его губы касаются ее щеки.
Джозеф раньше никогда до нее не дотрагивался. Ни разу. При знакомстве они не пожимали друг другу руки, они даже не обнимались при встрече. Он никогда не придерживал ее за локоть, когда они пробирались через толпу. Ей это нравится: он не стремится к тактильному контакту, и эта дистанция, отсутствие флирта позволяют чувствовать себя в безопасности.
Но еще это означает, что она не имела ни малейшего понятия, как отреагирует тело, когда ощутит его губы на своей коже. До этого самого момента. Ее сердце до сих пор трепещет, ей жарко, губы приоткрыты. И все это от мимолетного контакта.
Мортимер провожает Джозефа вглубь магазина и предлагает присесть вместе со всеми. Сердцебиение Джейн постепенно приходит в норму. Она наблюдает за остальными. Кира пялится на Джозефа с открытым ртом – Джейн замечает, что между зубами у нее застряло что-то зеленое. Констанс сидит, выпучив глаза, явно сбитая с толку – похоже, Кира вчера поделилась новостями и своими выводами. Губы Джейн непроизвольно растягиваются в улыбке. Все же приятно всех в кои-то веки удивить.
– Мне так жаль, Джейн, – шепчет Джозеф ей на ухо, пока все рассаживаются по местам, образуя неправильный круг среди мусорных пакетов и коробок, захламляющих заднюю комнату. – Я надеюсь загладить свою вину.
На его лице читается беспокойство: он хмурит брови и морщит лоб. Но Джейн видит только его губы. Никогда прежде не обращала внимания на их цвет – матовый и красновато-коричневый. Это губы романтика. Такие губы точно знают, что надо делать.
– Все в порядке, – уверяет она.
– Нет, не в порядке. Я тебя подвел.
Джозеф начинает свой рассказ, развлекая присутствующих. Он разбил телефон, потом тащился в пробке следом за погрузчиком (Джейн могла только догадываться, что это какая-то спецтехника), потом у него сломалась машина, а водитель погрузчика помог ему отбуксировать ее в безопасное место, и эвакуатор так долго не приезжал, а он сам не мог вспомнить номер телефона Джейн…
Минут через пять им удается вдвоем вырваться на кухню, чтобы налить кофе. Само помещение больше походит на шкаф для посуды, древняя вытяжка на стене хрипит, как кашляющий курильщик, но здесь они могут остаться наедине.
– Хоть что-то из этого правда? – спрашивает у него Джейн. – Машина, подъемник, эвакуатор?
На мгновение Джозеф прикрывает глаза и вздыхает. Он часто кажется взвинченным и задерганным, когда приходит куда-то, словно сбился с ног, пытаясь оказаться в нескольких местах одновременно. Но сегодня вид у него скорее измученный, нежели задерганный.
– Нет. Ну, кое-что правда, но не все.
Джейн кивает, глядя на чашку. Раньше она пила черный кофе, но сейчас добавляет молоко, а иной раз и сливки.
– Я подвел тебя, Джейн. Пожалуйста, посмотри на меня.
Она поднимает глаза, и взгляд вновь задерживается на его губах. Она не может на него сердиться за то, что произошло вчера вечером, потому что мозг полностью занят тем поцелуем, той долей секунды, когда ее защита пала и она позволила Джозефу внести сумятицу в мысли.
Не то чтобы она никогда не думала о свидании с ним. В конце концов, он очень привлекательный мужчина и, насколько Джейн известно, не женат – даже о девушке никогда не упоминал. Скорее, она упорно подавляла этот импульс, зная, как бесконечно глупо рассматривать Джозефа в такой роли – тогда бы ей пришлось полностью вычеркнуть его из своей жизни. Но благодаря его поведению ей легко держать дистанцию: он так осторожен, словно чувствует, что Джейн может пуститься наутек, как пугливая лань, если подойти слишком близко.
– У меня вчера был очень, очень плохой день. – Глядя в пол, он проводит рукой по волосам. – Если бы я только мог… вернуться в прошлое и поступить иначе.
Если не хочешь пускать человека в свое сердце, не обращай внимания на его вранье. Не обращай внимания вообще на все, что он тебе говорит. С Джозефом это ей дается сложнее, чем должно. Джейн была недостаточно осмотрительна.
– Ладно… – откликается она через секунду.
Джозеф молча ерошит волосы, внимательно глядя на нее. В этом разница между Джозефом-который-только-что-пришел и Джозефом-который-уже-здесь. Стоит ему перевести дух, как он начинает слушать, по-настоящему слушать, с таким вниманием, какое большинство людей обычно лишь имитируют.
– Честно? – спрашивает он.
– Да, честно. Ты сделал мне большое одолжение, пообещав прийти на помолвку моей коллеги и притвориться моим парнем. Довольно странно было даже просить тебя о таком.
Ее лицо заливает румянец. Эта идея пришла им в голову на последней встрече книжного клуба: она кое-что рассказала ему о той лжи, что придумала для коллег, и о том, как эта ложь все сильнее разрасталась и как неловко ей будет, если на вечеринке все узнают, что никакого парня у нее нет. Он тогда сказал: «Ты всегда можешь взять меня с собой. Из меня выйдет отличный фальшивый приятель. И это прекрасный повод, чтобы надеть смокинг».
– Ты… – Он слегка качает головой. – Тебе бы стоило наорать на меня.
Сейчас, когда не надо разыгрывать представление перед ее коллегами, вид у него совсем изможденный – морщинки в уголках его ореховых глаз кажутся глубже, чем несколько дней назад, кожа сухая и посеревшая. Приглядевшись, она замечает синяк около брови.
– Ты не похож на человека, которому нужно, чтобы на него орали, – замечает Джейн, размышляя, не будет ли грубостью спросить о синяке.
– Похож, – с жаром парирует он. – Я заслуживаю настоящего скандала. Я… Черт!
Джейн смотрит на него вопросительно.
– Я знаю, почему ты не злишься на меня, – продолжает Джозеф, хлопая себя по лбу. – Потому что ничего хорошего ты и не ожидала.
– Прости, что?
– В твоей картине мира люди всегда бросают тебя в беде, и я только что это подтвердил, так ведь? Ты не злишься, потому что даже не удивилась.
Вообще-то, вчера Джейн была немного удивлена, но потом всю ночь ругала себя за наивность. Ей просто еще раз напомнили, почему она оставила все попытки завести друзей.
– Я слишком многого от тебя хотела, вот и все, – с легкой улыбкой говорит Джейн. – Но ты не волнуйся. Я делаю много ошибок, но стараюсь не совершать одну и ту же ошибку дважды.
Миранда
Миранда успевает вскарабкаться на середину дуба, когда Картер звонит в первый раз. На самом-то деле она пропускает с десяток звонков от него, поскольку телефон лежит на дне рюкзака. И тому есть причина: если бы он лежал в кармане, у нее бы так сильно чесались руки ответить, что в итоге она залезла бы в телефон, даже вися вниз головой.
Сегодня Миранда решительно настроена на позитив. Она съела очень большую тарелку каши на завтрак, помыла голову и напомнила себе, что есть куча поводов для радости. Может, она чуть-чуть сорвалась на Эй-Джея, когда он начал задавать вопросы о ее «свидании за ланчем», жестом показав кавычки, но ведь этот парень и святого из себя может вывести. Но прямо сейчас она парит над землей, ее обдувает гуляющий в кроне дерева ветер, и день просто замечательный. Любой день хорош, если только присмотреться.
Миранда как раз принимается за стрижку кроны, когда у подножия дерева, на котором она сидит, появляется Картер с большой охапкой цветов. Как только она внизу его замечает, дыхание перехватывает. Такого она никак не ожидала: как он вообще мог оказаться здесь?
– Картер?!
– Привет! – кричит он в ответ – Мне так жаль! Я пришел извиниться!
– Ты… – Миранда неотрывно смотрит вниз, потом приходит в себя и осознает, что уже наполовину отпилила ветку. – Убирайся из-под дерева, Картер!
Куда, черт возьми, подевались остальные? Оглядевшись, она замечает Трея и Спайкса возле измельчителя, а вдалеке разъяренного Джейми, направляющегося к дубу вместе с Эй-Джеем и Рипом.
«Вот дерьмо». Ей срочно надо вниз, пока они не спустили с Картера шкуру за то, что он разгуливает по объекту.
Она торопится. Она нервничает. Она не выспалась.
И это все причины того, что, собравшись спускаться, Миранда разом перерезает и страховочную, и спусковую веревки.
Понимает, что наделала, лишь ощутив легчайшее скольжение веревки по ноге. Она сидела на корточках на развилке двух веток, и ни одна из веревок не удерживает вес ее тела, так что она могла вообще не заметить, что произошло. Когда же остаток спусковой веревки падает ей на колени и соскальзывает вниз, Мирнада поднимает взгляд к страховочной веревке и осознает всю катастрофу положения.
Бензопила вибрирует у нее в руке. Она только что… перерезала обе веревки. И теперь… Теперь Миранда Россо застряла на дубе, в пятнадцати метрах над землей без какой-либо страховки.
– Миранда? – доносится снизу голос Картера.
– О нет… – почти шепотом произносит Миранда.
Где-то внизу кричат Джейми и Эй-Джей – предположительно, на Картера. Миранда проверяет, сколько веревки у нее осталось, – явно недостаточно, чтобы спуститься. Подъем был не из легких, и без веревок не слезть. Это будет гарантированным самоубийством.
Миранда переносит вес тела с одной ноги на другую. Удерживать равновесие было проще простого, пока она знала, что есть страховка, а сейчас от осознания опасности кружится голова.