Берт Хеллингер – Порядки любви (страница 2)

В этой книге дословно воспроизводятся фрагменты трех терапевтических курсов.

Первый курс, «Переплетения и решения», проливает свет на то, что в нашей семье и в роду вплетает нас в судьбы других их членов и становится причиной переплетений. Но в первую очередь он раскрывает законы, которые позволяют из них высвободиться.

При этом становится очевидно, что присущая всем членам семьи и рода потребность в связи и уравновешивании не терпит ничьего исключения. Иначе судьбу исключенного, сами того не осознавая, берут на себя и продолжают другие члены семьи, которые появляются в ней позже. Именно это подразумевается здесь под переплетением.

Если же оставшиеся признают принадлежность исключенных, то любовь и уважение уравновешивают совершенную по отношению к ним несправедливость и тогда никому не приходится повторять их судьбу. Именно это подразумевается здесь под решением.

Переплетения подчиняются магическому порядку, согласно которому плохое должно искупаться плохим, а невиновные «младшие» отвечают и расплачиваются за виновных «старших». Решение же следует порядку любви, который целительным образом удовлетворяет потребность в связи и уравновешивании.

Второй курс, «Порядки принадлежности», показывает, где хорошее место для детей, которые лишились одного или обоих родителей, и каковы последствия того, что родители отдают своего ребенка на усыновление или что чужие люди без необходимости усыновляют ребенка.

Третий курс, «Здоровье и болезнь», выявляет, что в связанном узами судьбы сообществе семьи и рода приводит к серьезным заболеваниям, несчастным случаям или самоубийствам и что все же может изменить такие судьбы.

В книге с буквальной точностью воспроизводится борьба за решение. Это обеспечивает читателю возможность такого участия, как если бы он сам присутствовал на курсе, и, может быть, дает шанс найти выход из собственного кризиса или путь к исцелению болезни, причины которой лежат на уровне души.

В ней излагаются и объясняются важные способы терапевтических действий. В первую очередь это относится к семейным расстановкам.

В семейной расстановке клиент выбирает из числа участников группы заместителей для тех членов своей семьи, о которых идет речь, например для отца, матери, братьев и сестер и себя самого. Затем он расставляет их в пространстве по отношению друг к другу. Внезапно заместители, ничего не зная о тех, кого они представляют, начинают чувствовать то же, что и эти люди. Далее путем перемещения заместителей можно найти для семьи тот порядок, при котором все будут чувствовать себя хорошо. Таким образом, семейная расстановка позволяет заглянуть в скрытые законы отношений и показывает, благодаря чему они могут сложиться благополучно.

Тот, кто, помимо этого, задастся вопросом о пути познания, ведущего к постижению описанных здесь порядков, читая книгу, сможет на собственном опыте узнать, что разрешающее и исцеляющее осознание, подобно молнии во тьме, внезапно вспыхивает и попадает в цель, рождаясь исключительно в сосредоточенном созерцании. Более подробно я описываю этот путь в главе «Порядки знания» в конце книги.

Семейные расстановки в каждой своей фазе описываются так, чтобы читатель мог проследить их шаг за шагом. Промежуточные главы поясняют способы действий и описывают повторяющиеся паттерны; иногда они рассказывают истории и собирают воедино рассыпанное по разным страницам.

Пусть чтение принесет вам радость, постижение порядков любви и упование на то, что со знанием этих порядков ваши любовь и жизнь будут благополучны.

Берт Хеллингер

Переплетения и решения

Первый день

Начало

ХЕЛЛИНГЕР: Добро пожаловать на наш курс! Мы начнем с того, что каждый коротко скажет:

• как его зовут;

• кем он работает;

• какое у него семейное положение;

• какой у него запрос.

Как только представится такая возможность, начнется поиск решений. При этом отдельные шаги будут открываться непосредственно в процессе работы или участия и проверяться на их воздействие. Если возникнут вопросы по методике, результатам или исходным принципам, я, насколько смогу, буду на них отвечать.

Усыновление опасно

КАРЛ: Меня зовут Карл, я живу с женой и нашим маленьким приемным сыном. У нас четверо собственных детей, им сейчас от двадцати шести до тридцати двух лет, они все уже живут отдельно. В свое время у нас под опекой было еще три девочки одного возраста и приемный сын, который живет сейчас с нами, – ребенок одной из них. По профессии я пастор, работаю с детьми и подростками с ограниченными возможностями и их семьями. Прошлогодняя встреча с тобой открыла мне глаза на то, что моя прежняя работа была близорукой – назову это так. Дело в том, что я всегда смотрел на подростка либо просто как на инвалида, либо, если речь шла о ребенке, живущем в системе с нарушенными отношениями, только как на отдельного человека. Теперь я вижу, что почти бессмысленно пытаться помочь ребенку, если я не могу работать еще и с его семьей и если у семьи нет того же понимания проблемы.

ХЕЛЛИНГЕР: Ты должен отменить усыновление.

КАРЛ: Отменить усыновление?

ХЕЛЛИНГЕР: Ты должен.

КАРЛ: Даже не могу себе такого представить.

ХЕЛЛИНГЕР: У тебя нет на него права. Усыновление – опасное дело, и тот, кто на него идет без сугубой необходимости, дорого за это платит – либо собственным ребенком, либо своим партнером. Он приносит их в жертву в качестве компенсации. Кто хотел усыновления?

КАРЛ: Мы с женой оба хотели.

ХЕЛЛИНГЕР: Почему ребенок не живет со своей матерью?

КАРЛ: Мать пришла к нам с четырехмесячным младенцем, и, поскольку она хотела жить со своими друзьями, она отдала нам его под опеку.

ХЕЛЛИНГЕР: Под опеку – еще ладно, а вот усыновление – это уже слишком. Оно выходит далеко за рамки того, что нужно ребенку. Оно вырывает ребенка из его системы отношений.

КАРЛ: Я пока не совсем понимаю: ведь отношения с родной матерью как были, так и есть.

ХЕЛЛИНГЕР: Отношения ребенка с родной матерью уже не такие же, как были, вот в чем беда. Ты забрал у матери ее права и ее ответственность. И у отца тоже. Кстати, что с ним?

КАРЛ: Его отец – турок, сейчас он женат вторым браком на турчанке. У него с ней есть еще дети, а от общения с этим ребенком он отказался.

ХЕЛЛИНГЕР: Почему ребенок не может быть со своим отцом? Ты боишься, что он станет мусульманином? И должен бы стать!

КАРЛ: И мог бы стать.

ХЕЛЛИНГЕР: Там для него самое лучшее место. Это мальчик?

КАРЛ: Да.

ХЕЛЛИНГЕР: Тогда ему нужно к отцу, это совершенно понятно.

КАРЛ: Мне нужно об этом подумать.

ХЕЛЛИНГЕР: Знаешь, как оно с этим «подумать»? Это как с тем пастором, который после напряженных молитв и поста сказал: «Черт подери, после всех этих духовных упражнений мне всегда нужно шесть недель, чтобы все вернулось на круги своя».

Предстать как визави

БРИГИТТА: Меня зовут Бригитта. Я психолог, у меня своя частная практика. У меня четверо дочерей от первого брака. Я развелась, а через какое-то время мой первый муж умер. Потом я снова вышла замуж, в этом браке у меня две падчерицы. Чтобы подкопить сил, я живу очень отстраненно от мужа, а здесь я для того, чтобы без особых усилий чему-то научиться.

ХЕЛЛИНГЕР: Здесь такое исключено. Итак, чего ты хочешь?

БРИГИТТА: Я хотела бы включаться лишь настолько, насколько я сейчас способна внутренне осилить.

ХЕЛЛИНГЕР: Для меня слишком рискованно позволить присутствовать здесь кому-то, кто не готов с риском для себя предстать тут как визави, потому что тогда он будет сдерживать свое интимное. Так что хочу тебя предупредить. То, чем мы здесь занимаемся, не только для наблюдения со стороны.

БРИГИТТА: Я и не хочу, чтобы это было понято таким образом. Но, поскольку я обучаю некоторых участников, а группа такая большая, мне хотелось бы держаться немного в стороне. Однако я готова делать все, что нужно для участия.

ХЕЛЛИНГЕР: Я назвал тебе правила, а ты их услышала. Так что для меня тут все улажено. Но я расскажу тебе одну историю.

Больше или меньше

В Америке профессор психологии вызвал к себе студента, дал ему две купюры – одну в один доллар, а другую в сто долларов – и сказал: «Иди в приемную, там сидят двое мужчин, дай одному из них один доллар, а другому сто». Студент подумал: «Наверное, у него очередной заскок!» Он взял деньги, пошел в приемную и дал одному мужчине один доллар, а другому сто. Но студент не знал, что до этого профессор по секрету сказал одному из них: «Позже ты получишь один доллар», а другому: «Позже ты получишь сто долларов», и по случайному совпадению дал один доллар тому, кто ждал один доллар, а другому, который ждал сотню, дал сто.

ХЕЛЛИНГЕР (посмеиваясь): Странно, теперь я задаю себе вопрос, к чему тут эта история.

Двойное смещение

КЛАУДИА: Меня зовут Клаудиа. Я психолог и работаю не только психотерапевтом, но еще и судебным экспертом по семейным делам, а кроме того, я веду курсы для людей, которых лишили водительских прав и которые теперь должны пройти психологический тренинг. Мое семейное положение: я разведена. В этом плане мне немного неловко, потому что я всего полгода была замужем и даже не знаю, можно ли это вообще считать браком и разводом.

ХЕЛЛИНГЕР: Ты была замужем, и этого уже не отменить. У тебя есть дети?

КЛАУДИА: Нет, детей нет.

ХЕЛЛИНГЕР: Почему вы расстались?