Бернард Вербер – Зеркало Кассандры (страница 44)
«В этом вся проблема буржуинов, они непрочные».
«Мне казалось, что малявка, она другая».
«Ты, Барон, во всем виноват! Зачем притащил сюда девчонку? Это была с твоей стороны большая гадость!»
«Неужели? А кто придумал волшебный напиток? Не жирная рыжая корова?»
«На себя посмотри, мешок дерьма!»
«Может, я и мешок дерьма, но не я травлю маленьких девочек».
«Да, я знаю, ты колошматишь их мамашек».
«Возьми свои слова обратно, или я выдеру твой сорочий клюв, который осмеливается пищать!»
«Еще одно слово, и мы посмотрим, кто кому клюв выдерет!»
Напраз поднялся с колен и покачал головой.
«Мы не можем ее так бросить. Ее нужно похоронить, иначе ее сожрут крысы», – сказал Орландо.
«Найдется у нас мешок ей по росту? Думаю, что на семьдесят литров подойдет», – предложил практичный Ким.
«Я пальцем не шевельну. Не я ее приводила, не я ее убивала, не я ее буду хоронить. Или, мужики, у меня на лбу написано, что я тетка-уборщица?»
«Да мы знаем, что на тебя не стоит рассчитывать, Герцогиня».
«Раз ты, Барон, все знаешь и умеешь, иди и вырой яму в южной зоне. Только и делов».
«Ее можно положить в какую-нибудь морозилку. Чем не металлический гроб? Никому и в голову не придет туда заглядывать», – предложил Ким.
«Сколько сил потратили, чтобы ее у нас обустроить, и все напрасно! – огорчался Напраз.
«Что будем делать с ее домом? Я могу его взять себе», – заявила Эсмеральда.
«А мне такая пышность не нравится, – заметил Напраз. – Отдает нуворишами».
«Можем приспособить под салон-курительную», – предложил Орландо.
Они снова наклонились над Кассандрой, лежащей с широко открытыми глазами.
«А что, если ее ищет полиция? Или родители?»
«Ты что, не помнишь, что она нам рассказывала? Она сирота. Родители погибли при взрыве».
«Может, у нее родня есть? Тети, дяди?»
«Полиция вполне может ее разыскивать. Хоть она и сирота, о ней есть в полиции сведения».
«Если ее не похоронить, через три дня она завоняет и будет кишеть червями».
«Все! Я понял! Буду рыть глубокую яму, и мы туда опустим морозильник!»
Искупленцы сгрудились вокруг Кассандры и молча смотрели на нее.
«Подумать только, а ведь Золушка побывала в будущем! А со своим распрощалась навсегда», – заметила Рыжая.
На приоткрытый рот Кассандры уселась муха и принялась разгуливать по нижней губе.
«В любом случае ничего, кроме неприятностей, мы от нее не поимели», – объявила Эсмеральда в качестве эпитафии.
Муха осторожно полезла в розовый влажный рот, будто в колодец. Или в пещеру. И замерла, уцепившись за преграду зубов.
«Ну, так что будем делать?»
«Я возьму ее за руки, ты за ноги, и засунем в самый большой пластиковый мешок для стройматериалов, чтобы крысы запаха не почувствовали».
«И куда положим?»
«К куклам», – распорядилась Эсмеральда.
Они погрузили Кассандру на тележку, и процессия молча двинулась в путь в сопровождении ворон и мух.
Искупленцы вырыли порядочное углубление в горе из кукол и поместили в него Кассандру в пластиковом мешке, заклеенном скотчем.
Напраз взял на себя прощальную речь.
– Мы не знаем, Принцесса, кем ты была, откуда пришла и почему пришла к нам. Мы даже не знаем, почему ты умерла. Спиртное, оно ведь очищает. Оно лечит, а не калечит.
– Полезно для сердца, – подсказал Орландо.
– Укрепляет душу, – дополнила Эсмеральда.
– Ты, наверное, была слабачкой. Значит, правильно, что ты умерла, потому что избавилась от страданий. Теперь, Принцесса, ты среди принцесс. Куколка среди куколок. Аминь.
И в пластиковом мешке Кассандра лежала с открытыми глазами.
По очереди искуплецы клали на мешок кукол, выбирая самых красивых. И вот уже над мешком гора кукол, в мешке стало темно, и Кассандра подумала:
Красный цвет, затем оранжевый, затем желтый. Зеленый. Синий. Черный. И снова красный. Вспышки оранжевого. Оранжевый растекается и заполняет все пространство.
Перед глазами настоящий калейдоскоп.
В животе закипает лава, проникает в вены, пульсирует в висках. Кровь густеет. Сердце гонит светящуюся тяжелую лаву к мозгу. Цвета застыли тремя лентами: светло-зеленой, темно-зеленой и синей. Лужайка, лес и небо.
На лужайке старшая Кассандра. Она сидит на золотом троне и читает книгу «Превратности судьбы Кассандры Каценберг». Увидела, что к ней подходит Кассандра, и отложила книгу.
– Мы, ясновидящие, так чувствительны, – сказала она. – Все оказывает на нас огромное влияние – мечты, время, наркотики, любовь, истина. И спиртное тоже.
– Что там с будущим? – спросила Кассандра Каценберг.
– О каком ты спрашиваешь? Своем? Моем? Их? Будущем завтрашнего утра? Будущего года? Будущего века?
– Своем, конечно. Я умру?
– Разумеется. Все умирают. Как сказал бы твой друг Ким, который любит исчерпывающие формулировки: «Жизнь – это фильм с плохим концом».
– Я умру сейчас?
– Сейчас все решает твое тело. Исход пока не ясен. Но ясно одно: яд не бывает полезным для здоровья.
– Я выпила вовсе не яд.
Старшая Кассандра улыбнулась: