Бернард Вербер – Смех Циклопа (страница 64)

– Туда, где рождаются шутки. Не сюда ли рвался Тристан Маньяр? Мы прошли по его следам и делаем то же открытие, которое сделал несколько лет назад он.

Лукреция чуть не спотыкается об очередного мертвеца, но успевает через него перешагнуть.

– Довольно мрачное местечко!

– Прославленный закон парадокса, правящий миром. Возможно, именно это мрачное подземелье – месторождение шуток, заставляющих хохотать и стар и млад.

– Не ждала от вас лирики, Исидор.

– Тренируюсь в своем будущем ремесле романиста.

– Вы собираетесь это описать?

– Без малейшего стеснения.

– Ваша теория о том, что комики – на самом деле трагики, приобретает здесь неожиданно глубокий смысл. Источник юмора оказался форменной жутью.

– Не торопитесь с суждениями и тем более с выводами, Лукреция. Доверьтесь своим чувствам. Давайте попробуем отгадать секреты этого странного святилища. Похоже, мой роман о юморе в конце концов окажется… черным-пречерным детективом.

Лукреция Немрод высоко поднимает факел.

– Все признаки логова секты. Может, это и была секта смеха, но не забудем, что она устраивала дуэли ПЗПП.

– …и при этом собрала фантастически богатую библиотеку юмора! В жизни не видел столько книг с анекдотами… – благоговейно шепчет Исидор, водя факелом вдоль полок.

На корешке одного из фолиантов, похожих на колдовские гримуары, написано «Филогелос».

Лукреция тем временем читает надписи на стенах.

СМЕХ – ЭТО ПРОТЕСТ ЖИЗНИ ПРОТИВ НЕУМОЛИМЫХ СОЦИАЛЬНЫХ МЕХАНИЗМОВ, МЕШАЮЩИХ ЕЕ ПРОЯВЛЕНИЯМ. Анри Бергсон.

Я БЫ РИСКНУЛ РАССТАВИТЬ ФИЛОСОФОВ ПО ПРИЗНАКУ КАЧЕСТВА ИХ СМЕХА. Ницше.

– Уголок философов, – замечает она.

Исидор находит посвященные смеху труды Аристотеля, Платона, Декарта, Спинозы.

Продолжению подъема по хронологической лестнице мешает новый труп в комбинезоне и в маске.

Дальше журналисты натыкаются на другие, еще более древние книги заклинаний, на пергаменты под стеклом.

– Точно, секта! – повторяет Лукреция.

– Не совсем. Скорее тайное общество. Типа иллюминатов, тамплиеров, розенкрейцеров.

– Или франкмасонов?

Научный журналист освещает большой щит у них над головами.

– GLH… Эврика! Grande Loge de l’Humour[23].

– Кому понадобилось всех их перебить? Зачем уничтожать масонскую ложу, оберегающую юмор? – волнуется Лукреция.

– Вдруг не всем нравились их шутки?

В столь драматический момент эта реплика так вопиюще нелепа, что Лукреция не удерживается от нервного смеха.

Они вставляют свои факелы в держатели, и их взорам открывается весь зал библиотеки, усеянный разлагающимися телами. Внезапно Исидор замирает.

– Тихо! – произносит он одними губами, прикладывая к ним палец.

Он подходит к шкафу с книгами, освобождает одну полку и пытается что-то расслышать через деревянную перегородку.

– На помощь!.. – доносится откуда-то слабый голос.

85

1095 г.

Франция. Париж.

Не желая дальше мириться с гибелью в Сирии и Турции паломников, направляющихся в Иерусалим, папа Урбан III призвал 27 ноября 1095 г. к крестовому походу с целью обезопасить паломнический маршрут.

В ряды участников Первого крестового похода созывали под девизом «Этого хочет Бог!» Решение папы привело к формированию нескольких христианских армий, взявших 15 июля 1099 г. Иерусалим. Рыцарь Годфрид Бульонский, предводитель крестоносного воинства, провозгласил себя новым королем Иерусалима.

Через 20 лет, 23 января 1120 г., двое рыцарей-крестоносцев, Гуго де Пейн и Жоффруа де Сент-Омер, решили созвать специальное ополчение, которое заботилось бы о безопасности паломников из Европы, стремящихся в Иерусалим.

Они поставили своей задачей охрану всех святых мест и назвались Орденом бедных рыцарей Христа и храма Соломона, которые позднее стали известны как рыцари Храмового ордена, храмовники, или тамплиеры.

Орден был весьма успешен. Вступить в него мечтали все молодые рыцари, из-за чего один из предводителей ордена, Бернар Клервоский, составил список обязательных требований к новым членам. Ожидалось, что они будут:

– не моложе 18 лет,

– не обручены.

Кандидат не должен был:

– состоять в каком-либо другом ордене,

– иметь долги.

Он должен был:

– обладать отличным физическим и психическим здоровьем, иметь две руки и две ноги, не пытаться вступить в Орден Храма путем подкупа, быть свободным, а не крепостным или рабом, не быть отлученным от Церкви.

В 1201 г. у ордена тамплиеров появился Великий магистр – глава ордена, проживавший в Иерусалиме и главенствовавший над магистрами других стран.

Богатство ордена тамплиеров составляли священные реликвии: кусочки тернового венца Христа и деревяшки, считавшиеся осколками Его креста. Были здесь и более древние сокровища из храма Соломона.

Тамплиеры отличались от других рыцарей внешним видом: коротко стриглись, брили усы и бороды, носили белую накидку с красным лапчатым крестом.

Они возвели десятки крепостей на Ближнем Востоке и в Западной Европе и основали более семисот братств – школ для военного и религиозного обучения будущих братьев ордена тамплиеров.

Тамплиеры завели традицию собираться закрытыми капитулами для тайного комментирования священных текстов.

Они поддерживали множество военных походов и спасали от грабежа несчетные караваны паломников. Долгие века их деятельность и финансовая поддержка становились определяющими для побед сил Запада.

Чтобы выкупать у арабов заложников-христиан, они скопили огромные богатства – серебро, золото, архивные документы, – которые хранили в особом ларе.

Ларь прятали в Доме Храма в Иерусалиме.

В 1187 г. войска арабов под командованием Саладина захватили Иерусалим. Христиан убивали и изгоняли. Считая тамплиеров лучшими рыцарями-христианами, Саладин подверг мученической смерти триста пленных. Тогда тамплиеры перенесли свой храм и ларь в Сен-Жан-д’Акр. Но и этот город Саладин захватил в 1291 г. Снова тамплиеры бежали на ближайшую христианскую территорию – остров Кипр. С Кипра орден тамплиеров во главе с Великим магистром Жаком де Моле, выбранным во время бегства, вернулся во Францию.

Однако череда военных неудач помешала престижу ордена. Неспособные больше защищать христианских паломников, тамплиеры утрачивали самый смысл своего существования и превращались в глазах французского короля Филиппа Красивого в соперничающую экономическую и политическую силу, владевшую обширными землями и сокровищами легендарного ларя. К тому же король сильно задолжал тамплиерам, которым случалось ссужать деньги главам государств.

И тогда за дело взялся Гийом де Ногаре, министр юстиции.

Под предлогом вырванных у одного из тамплиеров признаний в сексуальных непристойностях Гийом де Ногаре уговорил Филиппа Красивого издать указ о поголовном аресте французских тамплиеров. Операция была проведена в пятницу 13 октября 1307 г. (отсюда суеверный страх пятницы 13-го).

Тамплиеры не сопротивлялись аресту, уверенные, что справедливый суд быстро установит их невиновность.

В Париже, Кане, Жизоре полиция бросала тамплиеров в тюрьмы, где их долго пытали, заставляя признаться в извращениях. Из 137 тамплиеров, схваченных в Париже, 38 умрут от пыток в первые же дни. Остальные сознаются во всем: и в отступничестве от Христа, и в регулярной содомии, и в поклонении идолу Бафомету. Только трое проявили стойкость.

Это были сам Великий магистр Жак де Моле и двое других магистров. Их заживо сожгли на костре на острове Сите 18 мар- та 1314 г.

«Бог отомстит за нашу смерть. Папа Клемент, король Филипп, рыцарь Гийом, не пройдет и года, как на вас обрушится кара за эту несправедливость. Все вы будете прокляты вместе с вашими потомками до тринадцатого колена». Таковы были последние слова Великого магистра тамплиеров.

После смерти Жака де Моле Филипп Красивый устроил систематический грабеж имущества ордена тамплиеров.