Бернард Вербер – Смех Циклопа (страница 56)
Исидор помогает всем четверым встать и усаживает их рядом с горящими свечами, зажженными как будто в предвидении этого момента.
Кюре прижимает платок к разбитой губе.
– Вы ведь из их числа? – спрашивает он.
– Не поняла, – говорит Лукреция.
– Вы из тех, других? Вы не принадлежите к GLH? Вы из другого лагеря?
Молодая журналистка подходит ближе.
– Вопросы задаю я! – Она хватает кюре за воротник. – Что такое GLH?
– Это охрана… охрана BQT.
– Что такое BQT?
Четверо удивленно переглядываются. Лукреция снова хватается за пистолет.
– Облик и поведение некоторых из нас вводит в заблуждение, – говорит Исидор Каценберг, желая ее успокоить. – Мы – журналисты, репортеры из «Геттёр Модерн». Мы расследуем смерть Дариуса Возняка.
Исидор запускает руку в рюкзак Лукреции и достает синюю шкатулку с буквами BQT и надписью «Не смейте читать».
Четыре лица выражают ужас.
– Vade retro, Satanas![21] – кричит кюре и крестится, зажмурив глаза.
Остальные трое отворачиваются, как при виде адского отродья.
По подсказке интуиции Лукреция подскакивает к звонарю и сует шкатулку ему под нос.
– Говори, или я ее открою!
Никогда еще она не видела такого смертельного ужаса на человеческом лице.
– Не делайте этого! – умоляет кюре. – Он ни при чем, он ни в чем не виноват. Он не заслуживает такого наказания. Я сам все скажу.
Вдали снова грохочет мартовский гром.
75
«У самца лягушки депрессия. Он звонит ясновидящей, надеясь, что она его ободрит.
Ясновидящая пророчит:
– Вы встретитесь с очаровательной девушкой, которая захочет все о вас узнать.
– Отлично! Когда это произойдет? В праздник у нас на болоте?
– Нет, в следующем семестре, на уроке биологии».
Из скетча Дариуса Возняка «Друзья наши звери».
76
Ноги вязнут в грязи, из ноздрей валит пар.
Все шестеро идут по пустоши под моросящим дождем. Впереди вырисовываются шеренги мегалитов.
– Нам неизвестно, что такое BQT. Мы знаем одно: три буквы GLH обозначают тайное общество, члены которого называют себя «стражей BQT». А про само BQT мы знаем только, что это «смертельный яд для ума».
– Расследование становится интересным, – бормочет Исидор.
В небе опять перекатывается гром, гроза возвращается.
Они идут среди валунов, кажущихся при всполохах молний ожившими великанами.
– За кого вы нас приняли? – спрашивает Лукреция.
– За врагов GLH, Лукреция! – торопится Исидор. – Какая вы невнимательная! Делайте записи. Нас приняли за тех, кто хочет разоблачить BQT. Ваша агрессивность подтвердила их опасения. Не забывайте, что они идут с нами потому, что боятся, как бы вы не открыли шкатулку.
Она борется с желанием заткнуть ему рот.
Кюре указывает на взъерошенное ветром поле сорняков.
– Здесь мы видели Тристана Маньяра в последний раз. Тогда мы еще не знали, что это он. Потом, после статьи в газетах, Гислен сказал: «Это же тот самый, кто выяснял, откуда берутся шутки!»
– Ну и откуда они берутся?
Все смотрят на звонаря, тот колеблется, а потом, переглянувшись с остальными и видя, что те доверяют двум парижанам, бормочет:
– Оттуда.
Он указывает на дольмен из трех огромных камней, образующих подобие гигантского стола. Снизу в камне проделана дыра.
– Вот здесь, в ржавой железной банке, лежал по утрам в субботу полиэтиленовый пакет, а в нем – анекдот на листочке.
– И давно? – спрашивает Лукреция.
– Я приходил сюда за анекдотами с девятилетнего возраста, – объясняет как ни в чем не бывало звонарь. – До меня этим занимался мой отец, до него – дед.
– Кто же их писал?
– Этого никто никогда не знал. Отец мне наказал: «То, что ты там найдешь, ты должен отдавать кюре». Как он мне велел, так я и поступал.
Лукреция Немрод снимает памятник своим новым фотоаппаратом.
– Вы привели сюда Тристана?
– Да, мсье. Он остался, чтобы сидеть здесь и наблюдать день и ночь. А потом он пропал.
– Куда он мог уйти? – спрашивает Лукреция.
И снова Исидор Каценберг опережает звонаря с ответом:
– Он нашел того, кто оставлял здесь анекдоты, и последовал за ним.
Франсуа Тилье азартно кивает в знак согласия.
– Что было потом? – торопится Лукреция.
– После исчезновения Тристана Маньяра анекдоты продолжили появляться в банке по утрам в субботу. Но кое-что изменилось, возникли проблемы…
Ветер завывает все сильнее.
– Что за проблемы? – продолжает допрос Лукреция.
Кюре Легерн поднимает к небу глаза.
– Понаехали парижане с вопросами о Тристане Маньяре. Куда, мол, он подевался…
– Они вам и сказали, что он боролся с GLH. А GLH – это, дескать, тайное общество, стерегущее BQT, – выпаливает Исидор.
– И дескать, если BQT распространится, то это будет как «атомная бомба для ума». Поэтому эту угрозу надо устранить любой ценой.