Бернард Вербер – Революция муравьев (страница 42)
Поскольку Жюли молчала, он решил побаловать ее анекдотом. «Гуляют по Парижу, по Елисейским Полям, три муравья, и вдруг рядом останавливается «Роллс-Ройс», а в нем сидит стрекоза, вся в золоте и мехах. «Привет, друзья!» – говорит она, опустив стекло. Муравьи глядят удивленными глазами, как стрекоза поедает черную икру и запивает ее шампанским. «Привет! – отвечают муравьи. – Послушай, судя по твоему виду, у тебя все в шоколаде!» – «Еще бы, в шоу-бизнесе неплохо платят в наше время. А я звезда. Хотите икорки?» – «Гм, нет, спасибо», – говорят муравьи. Стрекоза поднимает обратно стекло и велит водителю ехать дальше. Лимузин уезжает, ошарашенные муравьи провожают ее взглядом, и тут один из них озвучивает то, что они все подумали: «Какой же дурак этот Жан де Лафонтен!»
Таксист рассмеялся один. Жюли изобразила некое подобие одобрительной улыбки и подумала: чем ближе кризис человечества, тем охотнее люди шутят. Какой тут может быть разговор!
– Хотите еще один анекдот?
Водитель знай себе трепался, приговаривая, что выбирает якобы кратчайшие пути, которые, уверял он, ведомы только ему одному.
Главную магистраль Фонтенбло перекрыла демонстрация фермеров, требовавших увеличить дотации и сократить импорт мяса из-за границы. «Спасем французское сельское хозяйство!», «Смерть импортным свиньям!» – кричали их плакаты.
Демонстранты захватили грузовик со свиньями из Венгрии, собираясь облить бензином клетки с животными. И уже чиркали спичками. Свиньи, сгоравшие заживо, подняли истошный визг. Жюли никогда не думала, что они способны так визжать. Они вопили совсем как люди! В воздухе стоял невыносимый запах горелой плоти. В предсмертной агонии свиньи, казалось, кричали, что они родня человеку.
– Умоляю, давайте уедем отсюда!
Свиньи визжали без умолку, и Жюли вспомнила, как на уроке биологии учитель сказал, что свинья – единственное животное, чьи органы годятся для пересадки человеку. Ей вдруг стало невыносимо видеть, как гибнут ее неизвестные сородичи. Свиньи взирали на нее с мольбой. Кожа у них сделалась розовой. Глаза налились кровью. Жюли хотелось как можно дальше и быстрее бежать от этого жертвенного места.
Она сунула таксисту купюру, выскочила из машины и пустилась наутек.
Вконец запыхавшись, она наконец добралась до лицея и направилась прямиком в репетиционную, надеясь, что ее никто не заметит.
– Жюли! Что вы здесь делаете? У вашего класса сегодня утром нет уроков.
Философ заметил краешек розовой ночнушки у нее под воротником черного плаща.
– Вы же замерзнете.
Он предложил ей выпить чего-нибудь горячего в кафетерии, и поскольку рядом не было ни души, она согласилась.
– Вы хороший человек. И совсем не похожи на математичку. Она только и знает, что меня унижать.
– Видите ли, учителя такие же люди, как и все. Среди них есть хорошие и не очень, умные и не очень, добрые и не очень. Дело в том, что учителя имеют возможность ежедневно оказывать влияние по меньшей мере на три десятка юных, а стало быть, податливых созданий. Огромная ответственность! Мы садовники завтрашнего общества, понимаешь?
Он вдруг перешел на «ты».
– Лично я ни за что не пошла бы в учителя, страшновато, – заявила Жюли. – Когда я вижу, как издеваются над «немкой», меня пробирает дрожь.
– Ты права. Чтобы учить других, нужно не только хорошо знать свой предмет, но и быть хорошим психологом, помимо всего прочего. Между нами говоря, почти у всех учителей поджилки трясутся при мысли о том, что им предстоит встретиться лицом к лицу с целым классом. Поэтому некоторые надевают на себя властную маску, другие рядятся в умников или ведут себя с учениками запанибрата, как я.
Он отодвинул свой пластмассовый стул и протянул ей связку ключей.
– У меня сейчас урок, но, если ты хочешь отдохнуть или немного подкрепиться, вот, держи, я живу тут неподалеку, на углу площади. Четвертый этаж налево. Так что можешь пойти ко мне, если пожелаешь. После беготни человеку необходимо тихое пристанище.
Жюли сказала спасибо, но от его предложения отказалась. Вот-вот должны объявиться ее товарищи по рок-группе, и уж кто-нибудь из них наверняка сможет приютить ее у себя.
Учитель смотрел на нее открытым, радушным взглядом. Жюли чувствовала, что должна его чем-то отблагодарить. Кое-что сказать. И она заговорила не ртом, а скорее разумом.
– Это я подожгла мусорные баки.
Ее признание как будто не очень удивило учителя философии.
– М-да… Ты выбрала себе не того противника. Дальше собственного носа ничего не видишь. Лицей не конец, а середина. Так пользуйся им, а не терпи его. Нынешнюю школьную систему как-никак придумали вам в помощь. Образование делает человека сильнее, сознательнее, крепче. Тебе еще повезло, что ты сюда попала. Даже если тебе плохо в этой школе, она делает тебя богаче. Пытаться уничтожить то, чем не можешь воспользоваться, – величайшая ошибка!
Через глубоченный овраг тринадцать муравьев перебираются по ветке. Дальше они продираются через заросли одуванчиков. Потом спускаются по отвесному склону, поросшему папоротниками.
Внизу они замечают инжирину, упавшую с дерева и лопнувшую. Вокруг этого взорвавшегося сахарного вулкана, брызжущего яркими красками: фиолетовыми, зелеными, розовыми и белыми, – уже беснуется мошкара. Муравьи решают передохнуть, а заодно и полакомиться. Ведь плоды – такая вкуснятина!
Пальцы давно перестали задаваться некоторыми вопросами. Например: почему плоды вкусные? Или почему цветы красивые?
103-я принцесса думает, что однажды какой-нибудь Палец, как и 10-й, возьмет на себя труд изготовить зоологический феромон – копилку знаний о муравьях. С его помощью она смогла бы им растолковать, почему плоды вкусные, а цветы красивые.
Случись ей повстречаться с таким Пальцем, она скажет ему: цветы красивые и благоухают потому, что таким образом они завлекают насекомых. Ведь насекомые разносят цветочную пыльцу, помогая цветам воспроизводиться.
А плоды своим восхитительным вкусом притягивают животных – они их переваривают, а от твердых косточек или семечек избавляются вместе с экскрементами. Изощренная стратегия растений: семена плодовых деревьев не просто распространяются, но и обогащаются за счет плодородного компоста.
Все плоды тягаются меж собой за то, чтобы их съели: только так они и могут распространяться по всему белому свету. Развиваться для них означает стать еще вкуснее, красивее и ароматнее, а те, кому это не по силам, обречены на вымирание.
Впрочем, 103-я видела по телевизору, что Пальцы умеют выращивать и плоды без косточек: бессемянные дыни, арбузы или виноград. Пальцам просто лень выплевывать или переваривать косточки, вот они и обрекли на бесплодие целые виды. 103-я дает себе зарок: в следующий раз, когда ей представится случай поговорить с Пальцами, она посоветует им оставлять семена в плодах, если уж им невмоготу их выплевывать.
Во всяком случае, инжирине, которую они поедают с такой жадностью, не пришлось долго ждать, когда ее съедят и переварят. Тринадцать муравьев купаются в ее сладком соке. Они с головой зарываются в мягкую инжирную плоть и плюются друг в дружку инжирными семенами, увязая в студенистой инжирной мякоти.
Набив переваривающие и общественные желудки фруктозой, муравьи трогаются дальше. Они движутся тропами, обрамленными цикорием и шиповником. 16-й то и дело чихает. У него аллергия на пыльцу шиповника.
Вскоре они замечают вдалеке серебряную линию: это река. 103-я принцесса поднимает усики и безошибочно ориентируется на местности. Они находятся к северо-востоку от Бел-о-Кана.
По счастью, река течет с севера на юг.
Они добираются до чернопесчаного пляжа. При их приближении стаи божьих коровок пускаются наутек, бросая недообглоданные трупики травяных вшей.
103-я никогда не понимала, почему Пальцы считают божьих коровок симпатягами. Они же хищницы и поедают всяких там вшей да тлю. Впрочем, Пальцам свойственна и другая чудинка: они считают, что клевер полезен, хотя любой муравей знает, что клеверный сок ядовит.
Разведчики движутся по песчаному берегу.
Кругом, за стройными камышами, таятся жабы, оглашающие воздух своим заунывным кваканьем.
103-я принцесса предлагает спуститься вниз по реке в лодке. Но двенадцать разведчиков не имеют ни малейшего понятия, что значит «лодка», хотя догадываются, что это, должно быть, какая-нибудь штуковина, которую придумали Пальцы.
103-я принцесса показывает, как можно перемещаться по воде на листике, используя его как плавучую опору. Когда-то она переплывала реки на листьях незабудки, но в этих краях незабудки не растут. Она водит глазами и усиками по сторонам в поисках нетонущего листика. И тут замечает кувшинки. Они плавают по воде спокон веку – лучшего непотопляемого приспособления не сыскать!
Отряд забирается на маленькую бело-розовую кувшинку, вяло покачивающуюся у самого берега. У нее вытянутые черешчатые листья овальной формы. Снаружи она представляет собой подобие круглой зеленой площадки, гладкой и будто покрытой лаком, поэтому с нее легко стекает вода. Под главным листом у нее располагаются молоденькие листья – они пока еще свернуты в трубочки и находятся под водой. Черешки гибкие, к тому же они прорезаны множеством канальцев, заполненных воздухом, что придает ей еще большую плавучесть.