Бернард Корнуэлл – Война волка (страница 34)

– Дорогу вы не пропустите, – заверила нас Вибург и оказалась совершенно права.

Шли мы быстро. Погода благоприятствовала, земля обсохла после сильного дождя. Наш тыловой дозор не поднимал тревоги, и я уже надеялся, что нам удастся оторваться от отряда Скёлля. Быть может, мы не будем даже искать убежища в Мамесестере, а снова повернем на восток и поскачем в Беббанбург.

Тут показался один из высланных вперед разведчиков. Из-под копыт его коня взлетали комья сырой земли.

– Господи помилуй, – едва слышно промолвил Финан, наблюдая за приближающейся фигурой.

– Может, заметили мужа Вибург, возвращающегося домой, – предположил я. Объяснение казалось вполне разумным. Мы знали, что даны из Долины братьев ушли в набег на окрестности Мамесестера, и я почти ожидал встретиться с ними на обратном пути.

Эдрик, привезший новости, натянул поводья.

– Беда, господин! – сообщил он. – Всадники в миле или около этого впереди. Сколько – нам не ведомо.

В голосе его не слышалось ни тревоги, ни восторга. Прозвучало так, словно поджидавшие нас трудности были как неизбежными, так и неотвратимыми.

– Скольких вы видели? – спросил я.

– Всего с дюжину, господин. Но думаю, среди деревьев их больше. – Эдрик повернулся в седле и посмотрел на север. – Дорога идет по краю леса, и в тамошних чащобах можно целую армию спрятать.

– Скот с ними был?

– Господин, я не заметил, но у всех щиты и копья.

Он говорил о том, что перед нами воины. Те, кто идет в набег за скотом, редко стесняют себя тяжелыми щитами. Они предпочитают ехать налегке, уклоняясь от схватки.

– Вас они заметили? – спросил Финан.

– Заметили, – ответил Эдрик. – Место открытое. Они показались, когда мы выехали из-за гребня.

Дорога впереди нас шла немного на подъем, а по словам Эдрика, лес, где укрывались чужаки, располагался в миле или около того за гребнем.

– Скёлль? – спросил я.

Эдрик не был уверен.

– Господин, ни одного из серых волчьих плащей я не видел. Это могут быть его люди или кто угодно другой.

Проклятье, неужели Скёллю удалось как-то опередить нас? Если у него есть люди, знакомые с этими местами, это вполне возможно. В таком случае у них за плечами отчаянная скачка. Я посмотрел на восток и на запад, но по обе стороны долины тянулись невысокие голые холмы. Если мы попытаемся скрыться от поджидающих впереди, нас обязательно заметят, когда мы будем пересекать гребень.

– А если это друзья? – предположил Эдрик.

– Единственный наш друг – это Сигтригр, – ответил я. – А это явно не он. Знамени у них не было?

– Я не видел, господин, – сказал разведчик.

– Нам их не избежать, – заявил я. – Так что пойдем и встретимся с ними.

Если это враги, что скорее всего, то, быть может, одной численности нашего отряда хватит, чтобы заставить их убраться с дороги. При условии, что нас больше, чем чужаков. В противном случае придется либо поворачивать вспять, либо скакать на восток. Всадники впереди могут оказаться людьми Скёлля, но инстинкт нашептывал мне, что вряд ли. Я был по-прежнему уверен, что Скёлль у нас за спиной, так что поворачивать нельзя, тогда как попытка уйти на восток или на запад послужит новым врагам приглашением устремиться за нами в погоню. По временам инстинкт – это единственное, на что нам приходится полагаться, и я устал убегать.

– Идем дальше, – скомандовал я.

– А если их слишком много? – поинтересовался Финан.

– Выясним, – процедил я и, пришпорив Тинтрега, махнул рукой, давая воинам знак идти вперед.

Возможно, дюжина чужаков, которых видели люди Эдрика, – это все, что нам противостоит. В таком случае мы сметем их и пойдем своей дорогой. А возможно, чутье меня подвело, и таинственные воины впереди – это союзники Скёлля, причем в количестве достаточном, чтобы окружить нас и перебить.

Я миновал невысокий подъем на дороге. Долина расширялась, воловья тропа шла прямо на юг между равнинными пастбищами. Поселений видно не было. В миле или около этого дальше дорога слегка забирала к востоку, вдоль поросшего лесом хребта, и именно в этом месте нас поджидали всадники.

– По-прежнему дюжина, – заметил Финан.

Всадники – где-то с десяток воинов – стояли неподвижно, преграждая дорогу. Теперь они наверняка увидели, сколько нас, и, если их тут всего дюжина, им самое время развернуться и обратиться в бегство. Но они не побежали.

– Следует занять позицию на гребне, – сказал я Финану. Гребень представлял собой высоту, а в любом бою выгодно располагаться выше противника. – Но не сейчас, – добавил я.

Если среди деревьев затаились еще воины, нужно заставить их думать, что мы намерены держаться дороги. Занять позиции на высоте я предпочитал в последний момент.

Их действительно оказалось больше. По мере того как мы приближались, из леса появлялись новые воины, одетые в серые кольчуги и серые шлемы. Но серых плащей ульфхеднар я нигде не замечал. Я попытался сосчитать прибывающих из густых зарослей всадников. Двадцать, тридцать, сорок, а они все добавлялись.

– Что у них на щитах? – обратился я к Финану, глаза у которого были намного лучше моих.

– Господин, пока не могу сказать. Но мне они кажутся саксами.

И я ощутил прилив облегчения. Почему? Как нортумбриец, я видел в саксах врагов. Это саксы перемалывали северян, это их амбиции призывали подчинить каждого дана и норманна и создать христианский Инглаланд. Саксы принесут в Нортумбрию свой закон, который изгонит древних богов.

– Это саксы! – воскликнул Эдрик.

Теперь я это и сам видел. Северяне любят яркие цвета и наряды, тогда как перегородившие дорогу люди были одеты в неброскую одежду.

– Семьдесят четыре, – закончил подсчет Финан. – И кресты на щитах.

– И священники, – добавил Эдрик.

Он был прав. Среди облаченных в кольчуги всадников виднелись по меньшей мере два человека в черных рясах.

– А флага по-прежнему нет, – произнес Финан озадаченно. Я видел, как он положил руку на эфес меча. – Господин, хочешь, чтобы мы поднялись на гребень?

Я покачал головой, так как не видел причины, почему военный отряд саксов должен искать драки со мной. Если честно, я даже обрадовался, потому как саксы были врагами норманнов, а враг моего врага – мой друг. Еще я ощутил досаду.

– Мы ведь в Нортумбрии, – напомнил я.

– Неужели? – спросил Финан.

– Уверен, – ответил я.

И тем не менее сильный отряд христиан с крестами на щитах и священниками в рядах оказывается далеко в глубине территории Нортумбрии. На земле страны, которую саксы хотят завоевать, и не только потому, что ею правит норманн Сигтригр, но поскольку верят, будто бы их священный долг – сокрушить язычество и заменить его почитанием пригвожденного бога. Я же мечтал о том, чтобы люди в Британии могли поклоняться тем богам и богиням, какие им нравятся, и никто не склонял бы выю перед прихотями и алчностью епископов и аббатов. В то же время я рассматривал этот засоренный священниками отряд, вторгшийся в мою страну, как возможное спасение. Если только, конечно, возглавляет его не Этельхельм Младший. Впрочем, красных плащей, в которых щеголяли дружинники Этельхельма, не наблюдалось, да и находились мы далеко от родного для него Уэссекса.

Враг моего врага должен быть мне союзником, но христиане явно готовились к бою. Воины сошли с коней, чтобы построить «стену щитов», а мальчики отвели коней обратно к деревьям.

– Они хотят драться с нами? – в некотором удивлении спросил Финан. Мы численно превосходили их, если в лесу, конечно, не прятались еще люди.

– Похоже, принимают нас за норманнов.

Подобно саксам, мы не показывали флага, а в этом далеком северном краю воины по преимуществу были язычниками, потому нас и приняли за врагов. К тому же даже мои саксы, уподобляясь северянам, носили шлемы с гребнями и плюмажами. Половину из моих дружинников составляли христиане, но выглядели они как язычники.

– Если не с нами, то с ними, – буркнул Эдрик, указывая назад.

Я обернулся и заметил неровную линию всадников на невысоких холмах к востоку. Их было человек двадцать, и они находились довольно далеко, но галопом гнали коней на юг. А потом в западной части горизонта обрисовались силуэты других всадников.

– Скёлль, – ровным голосом произнес Финан.

Конечно он, больше некому, и, наблюдая за конными, я заметил наших разведчиков, спешащих по воловьей тропе вслед за нами. Итак, Скёлль нас догнал. Его разведчики выдвигались на каждом из флангов на юг, тогда как основные силы наступали, видимо, вдоль долины. За спиной у нас находился опасный враг, а впереди «стена щитов» начала стучать мечами по ивовым доскам щитов.

– Саксы решили, видимо, что мы люди Скёлля, – предположил я.

– Если бы они так думали, им впору было бы улепетывать как зайцам, – сказал Финан. – Их очень мало!

Пусть и слабые числом, христиане явно выказывали желание драться. Они продолжали молотить клинками по разрисованным крестами щитам, бросая нам вызов подойти поближе и попробовать крепость их «стены».

Внезапно «стена щитов» расступилась, из нее выехали и направились к нам два всадника в черном. Одним из них был священник, а другой, в черном плаще поверх серой кольчуги, воином. И я узнал его.

Первым заговорил Финан. Мой старый друг в изумлении смотрел на воина, потом осенил себя крестом, так как решил, что видит призрака.

– Господин, – обратился он ко мне шепотом, – это же король Альфред!