Бен Джонсон – Пьесы (страница 180)

Терпенье наше и в своем безумье Упорствовать? Где тот предел, который Ты в дерзости своей не перейдешь? Ужели ни военная охрана, Что ночью Палатин[244] оберегает, Ни городская стража, ни испуг Народа, ни стоящая у храма Толпа благонамеренных сограждан, Ни святость места, где сенат собрался, — Ничто тебя не может поразить? Ужели ты не видишь, что раскрыты Намеренья твои, а сам ты связан В любом своем движенье, ибо стало Про заговор уже известно всем? Не думаешь ли ты в собранье этом Найти людей, которые не знали б, — Уж если говорить начистоту, — Что этой ночью делал ты, что прошлой, Где был, с кем совещался, что решил? О времена, о нравы! Все, все видят Сенат и консул, а злодей живет! Живет? Не только. Он в сенат приходит И рассуждает о делах правленья, Меж нами взором жертву выбирая. А мы, коль посчастливится случайно Нам от его оружья ускользнуть, Мним, что тем самым родину спасаем. Но ведь когда-то были в Риме доблесть И граждане, которые умели Обуздывать преступного квирита Суровее, чем внешнего врага! Знай, Катилина, что уже издал Сенат против тебя постановленье.[245] Закон и власть — все есть у государства. За кем же остановка? Лишь за нами, Кто в консульскую тогу облачен. Вот уж двадцатый день ржавеет в ножнах Стальной клинок сенатского декрета, Хоть стал бы трупом ты, будь вынут он. А ты живешь и гнусную затею Не оставляешь, но осуществляешь. Отцы, желал бы я быть милосердным, Хотя опасность над страной нависла, Но мне, увы, тогда себя пришлось бы В преступном нераденье обвинить. Уж лагерем враги отчизны стали В ущелий, к Этрурии ведущем. Число их возрастает с каждым днем, А их главарь здесь, за стенами Рима, Меж нас, в сенате сеть злодейских ков Плетет открыто родине на гибель. Да если бы я даже приказал Тебя казнить на месте, Катилина, Меня скорей бы стали все винить В медлительности, чем в жестокосердье. Все, кроме тех, кто из того же теста. Но есть причины у меня помедлить С тем, что давно бы надо сделать. Тебя велю схватить я лишь тогда, Когда любой распутник и преступник, Ну, словом, человек, тебе подобный, Сочтет мое решение законным. Пока же хоть один среди живых В твою защиту выступить дерзает, Ты будешь жить, но жить, как ты живешь —