Ах, нет, нет!
Я не могу любить испанца.
Вот как!
Не выношу их с тысяча пятьсот
Восемьдесят восьмого года,[132] сэр,
Хоть родилась я на три года позже.
Но вам придется полюбить его,
Иль будете несчастны. Выбирайте.
Да убедите же сестру — иначе
Быть ей торговкой фруктами.
А может,
Еще ужасней — рыбною торговкой:
Сельдь разносить, макрель!
Тьфу! Тьфу!
Чертовка!
Изволь любить, а то как пну ногой!
Я сделаю, как вы велите, братец.
Смотри! А то и по уху получишь!
О, сэр, к чему же быть таким свирепым?
Не надо, пылкий юноша! Сестра
Смирится. Сколько наслаждений
Она изведает, графиней став!
Ухаживать за ней начнут...
Ласкать
И целовать...
В укромном уголке.
Она являться будет в полном блеске...
Достойном звания ее и сана...
И голову пред нею обнажать
Поклонники ее ретивей будут,
Чем на молитве.
Будут ей служить
Коленопреклоненно.
Заведет
Она пажей, привратников, лакеев,
Карету...
Шестернею.
Нет, восьмеркой...
И как помчит по Лондону — то в лавки
С фарфором, то на Биржу, то в Бедлам.[133]
А горожане, на нее глазея,
Ее наряды будут восхвалять,
И роскошь ваших лент, милорд, когда
С сестрою прокатиться захотите.
Чудесно! — Только откажись попробуй,
И ты мне не сестра.
Не откажусь.
Que es esto, senores, que no venga? Esta tardanza me mata![134]
А вот и граф. Вооружась наукой,
Наш доктор предсказал его приход.
Галлантна леди! Дон! Галлантиссима!
Por todos los dioses, la mas acabada hermosura, que he viste en mi vida![135]
Ого, какой галантный диалект!
Прелестный. Не французский?
Нет, испанский.
Схож с языком французских дипломатов,
Весьма изысканным, как говорят.
Сэр, слушайте!
El sol ha perdido su lumbre, con el esplandor que trae estaj dama! Valgame dios![136]
Он очарован вашею сестрой.
Не надо ль реверанс ей сделать?
Что вы!
Поцеловать его, знакомясь, надо —
Таков обычай у испанских дам.
Да, сэр. Его науке все известно. 
