Белякова Ивелина – Хрюндель и тайна потерянного храпа (страница 3)

– Ты чего? Храпы хотят быть громкими, это же их природа!

Но было поздно. Хрюндель уже выкрикнул эти слова в Ухоглотон. Аппарат загудел, засветился разными цветами, и по залу разнеслось гулкое эхо:

«ЛЮБИТЕ НАС ПРОСТО ТАК… ЛЮБИТЕ ПРОСТО ТАК… ТАК… ТАК…»

И тут из дальнего угла зала, где стояли самые обиженные звуки, вылетел знакомый шарик. Он был фиолетового цвета, слегка лохматый и обиженно вибрировал. Шарик подлетел к Хрюнделю и ткнулся ему в щеку.

– Дедушкин храп! – обрадовался Хрюндель. – Ты прости нас! Мы тебя любим любым: и громким, и тихим, и даже когда ты «пшикаешь»!

Шарик перестал вибрировать, засветился теплым светом и аккуратно залетел Хрюнделю в рюкзак.

– Ура! – закричал Коська. – Получилось! – и от радости он так громко свистнул, что сам испугался. Свист получился чистый и звонкий, как никогда. – Ой! – удивился заяц. – Я научился!

Но радоваться было некогда. Зеваки окружили их плотным кольцом и начали зевать прямо в лицо. Глаза друзей слипались, ноги подкашивались.

– Только не спать! – крикнул Хрюндель, но голос его прозвучал как сквозь вату.

Он уже проваливался в сон, как вдруг в голове у него зазвенел беззвучный колокольчик, подаренный Совой. Дзынь-дзынь-дзынь – звенело в мозгу, не давая уснуть окончательно.

– Рюкзак! – закричал Хрюндель. – Доставай рожок!

Коська, шатаясь, расстегнул рюкзак, вытащил бабушкин рожок и дунул в него из последних сил.

И рожок заиграл.

Но на этот раз не «ку-ку», а настоящую, громкую, бодрую побудку. Бабушкино заклинание сработало: в экстренной ситуации рожок выдавал экстренный сигнал.

Звук разнесся по всему залу. Зеваки от неожиданности подпрыгнули, перестали зевать и разбежались кто куда, как нашкодившие коты.

– Бежим! – скомандовал Хрюндель.

И они побежали.

Они выбежали из Зала Обиженных Звуков и помчались по коридору, не разбирая дороги. За ними никто не гнался, но адреналин в крови делал свое дело – ноги несли сами.

Остановились они только тогда, когда поняли, что оказались в совершенно незнакомом месте. Вместо мягких стен и подушек под ногами теперь был твердый кафель, а вокруг стояли белые двери с табличками.

– Где это мы? – отдышался Коська.

Хрюндель огляделся. На одной из дверей висела табличка: «КОМНАТА СТРАШНЫХ СНОВ. Вход только для сотрудников. Посторонним не входить, иначе заикой станете».

– Ой, – сказал Коська. – Давай отсюда быстрее.

– Давай, – согласился Хрюндель. – Только куда идти? Выхода я не вижу.

– Может, спросим у кого-нибудь?

– У кого тут спрашивать? Тут же ни души.

И тут из-за угла раздалось тихое бормотание. Кто-то читал стихи, но очень странные:

– Баю-баюшки-баю, не ложися на краю… А то свалишься в кровать, будешь вечно там лежать…

Друзья выглянули из-за угла и увидели странное существо. Это был Кошмар. Самый настоящий. Он выглядел как большой лохматый паук с добрыми глазами и в вязаной шапочке. В лапах он держал книжку и пытался сочинять страшные истории, но получались у него только колыбельные.

– Здрасьте, – вежливо поздоровался Хрюндель. – Вы не подскажете, как отсюда выбраться?

Кошмар поднял глаза от книжки, посмотрел на ёжика и зайца и грустно вздохнул:

– А зачем вам выбираться? Оставайтесь. Я вам такую страшную историю расскажу… ну, попытаюсь хотя бы. У меня что-то не очень получается пугать. Все говорят, что я слишком милый для кошмара. Дискриминация прямо.

– Понимаете, – начал объяснять Хрюндель, – мы нашли дедушкин храп, и нам надо срочно вернуться домой, пока дедушка совсем не загрустил.

– Храп? – оживился Кошмар. – А, знаю, знаю. У нас тут все звуки проходят через Комнату Контроля. Чтобы выйти из Страны Невыспанных Снов, надо получить разрешение у Главного Хранителя Снов. А он как раз сегодня принимает посетителей. Я провожу, если хотите.

– Хотим! – хором ответили друзья.

Кошмар отложил книжку, поправил шапочку и засеменил по коридору на своих восьми лапах. Хрюндель с Коськой двинулись за ним, стараясь не отставать и не слишком пугаться его вида.

– А вас как зовут? – спросил Коська, чтобы поддержать разговор.

– Меня? – удивился Кошмар. – Меня зовут Шушундра. Мама назвала. Она тоже была кошмаром, но очень добрым. Пугала детей только тем, что показывала им пустые холодильники. Представляете, какой ужас?

– Жуть, – вежливо согласился Хрюндель, хотя не очень понял, почему пустой холодильник – это страшно. Наоборот, можно же всё съесть.

Они подошли к большой двери, украшенной звездочками и полумесяцами.

– Пришли, – сказал Шушундра. – Там Главный Хранитель Снов. Но учтите: он любит загадывать загадки. Если не отгадаете – не выпустит. А если отгадаете – отпустит. Удачи, мне пора колыбельные дописывать.

И Шушундра уковылял по своим делам, оставив друзей перед дверью в неизвестность.

Дверь открылась без скрипа, что было даже подозрительнее, чем если бы она заскрипела. За ней оказалась комната, до потолка заваленная подушками, одеялами и мягкими игрушками. В центре, на огромном кресле-качалке, сидел Главный Хранитель Снов.

Это был старый-престарый медведь с седой бородой и в ночном колпаке с помпончиком. В одной лапе он держал кружку с чем-то дымящимся (наверное, с медом и ромашкой), а в другой – волшебную палочку, похожую на зубную щетку.

– А-а-а, гости, – прогудел медведь басом, который совсем не вязался с его уютным видом. – Давно ко мне никто не заходил. Все боятся, что я их спать уложу. А я, между прочим, не кусаюсь. Только зеваю иногда.

– Здравствуйте, уважаемый Хранитель, – начал Хрюндель, стараясь говорить уверенно. – Мы нашли дедушкин храп и хотим вернуться домой. Нам сказали, что нужно ваше разрешение.

– Правильно сказали, – кивнул медведь. – Порядок есть порядок. Даже в стране снов. Вы, значит, храп нашли? Покажите-ка.

Хрюндель открыл рюкзак. Фиолетовый шарик осторожно выглянул наружу, увидел Хранителя и спрятался обратно.

– Хм, – задумчиво произнес медведь. – Действительно, ваш. Обиженный был, вижу. Но теперь вроде успокоился. Молодцы, что угадали его желание. Мало кто догадывается, что звуки хотят любви, а не громкости.

– А загадка? – напомнил Коська. – Нам Шушундра сказал, что вы загадки загадываете.

– Ах да, – усмехнулся Хранитель. – Загадка. Слушайте внимательно:

Что можно найти в конце сна,

Но нельзя потрогать руками?

Оно есть у каждого, кто просыпался хоть раз,

Но спрятано под веками.

Хрюндель и Коська задумались. Коська начал перебирать варианты:

– Морковка? Нет, морковку можно потрогать.

– Подушка? Тоже можно.

– Одеяло? Трогается.

– Утро? Утро не потрогаешь, но оно не в конце сна, а после.

Хрюндель молчал и думал. Он вспомнил, как просыпался утром, как открывал глаза, и как первое, что он видел – это солнечный свет из окна. Но свет тоже не потрогаешь. Или потрогаешь?

– Это… это воспоминание о сне? – неуверенно предположил он.

Хранитель покачал головой.

– Почти, но нет. Воспоминания можно потрогать? Нет, они в голове.

– Это… – Коська наморщил лоб так, что уши зашевелились. – Это то, что снится, но не снится? Я запутался.

– Время поджимает, – сказал Хранитель и зевнул. От его зевоты у друзей снова начали слипаться глаза. – Если не отгадаете, придется вам у меня в гостях остаться. На веки вечные. Места много, подушек хватит.