Беар Гриллс – Грязь, пот и слезы (страница 28)

Глава 52

Я аккуратно сложил свои вещи в шкафчик, завел будильник в наручных часах и постарался заснуть. Никогда я так не волновался.

Все поднялись рано, задолго до рассвета. Каждый солдат прибыл сюда с одной целью: доказать, что в состоянии выполнить марши в установленные нормативом сроки. Все, что мы перенесли до этого, было лишь подготовкой к этой «недельной проверке».

Теперь мы были освобождены от утренних кроссов, отжиманий и уборки барака. Они уже не требовались. Вопрос, пригодны ли мы для службы в САС, будет решаться по итогам этой недели.

В конце ее САС пополнится еще одной небольшой группой солдат, которые впоследствии станут профессиональными служащими этого элитного подразделения.

В столовой я заставил себя целиком съесть завтрак – сегодня мне понадобится каждая унция этих калорий.

В объявлении, вывешенном на доске, указывалось, какой вес нашего вещмешка должен быть в этот день. Мы должны были сами взвесить свои мешки и в должное время выстроиться в шеренгу. Здесь с нами не нянчились, все было построено на дисциплине и сознательности.

В 4:55 мы уже стояли на построении, все в стандартном обмундировании, за исключением обуви и головных уборов, которые нам разрешалось выбирать по своему вкусу.

Специальной авиадесантной службе требовались индивидуальности, поэтому здесь всегда поощрялись любые проявления этого рода.

Прежде чем оказаться сейчас в этой шеренге, каждый солдат пролил немало пота и заслужил право выбрать себе более удобную обувь. Это касалось и меня.

Мы стояли вольно, зеленые рюкзаки лежали на земле и давили на ноги своим тяжелым грузом. Дежурный офицер спокойно проверил и взвесил вещмешки, после чего отправил нас за оружием на склад. Нам выдали одинаковые старые самозарядные автоматические винтовки, но с одной особенностью: скользящий затвор и рабочие части были не внутри, а снаружи.

«Удобная штука», – отметил я про себя. Затем мы разместились по автомашинам, выехали из гарнизона и направились в горы. Было еще темно. Я не имел представления, куда мы направляемся, и ужасно нервничал.

Наконец грузовики остановились, скрежеща тормозами. Я выглянул наружу и сразу понял, что нас привезли в эту отвратительную болотистую местность. Мог бы догадаться и раньше.

После полутора часов езды, сопровождаемой выхлопами едких газов, меня стало подташнивать. Я спрыгнул на землю, и меня вдруг вырвало. Я расстроился, что остался без калорий, которые мне так нужны.

Пока я сидел на земле и ждал, когда меня вызовут и вручат первую карту с координатами моего маршрута, уверенности у меня сильно поубавилось. На меня нахлынули прежние сомнения.

Я вдруг почувствовал себя совершенно опустошенным, отчетливо осознав себя неопытным новичком. Вставая в шеренгу, я сделал глубокий вдох. «Соблюдай спокойствие!» Мне не терпелось поскорее приступить к делу.

Глава 53

Вскоре я вышел на дистанцию.

Поднялся и спустился с первой горы, в долине пересек реку и стал взбираться на следующую гору.

Спустя несколько часов я прошел мимо Тракера, который тоже лез вверх. Он кивнул мне и улыбнулся. Видно было, что идет он хорошо.

Я поднимался по крутому склону, цепляясь за влажную болотистую почву.

Вскоре я добрался до места, после которого, как я надеялся, начнется последний отрезок на обратном пути. Он был длиной всего в шесть миль, но потом я ошибся в направлении и оказался у топкой трясины с высокой травой.

Пришлось пересекать бесконечные теснины глубиной в тридцать футов с бешеными потоками и покинуть твердую почву и высоту, чтобы хоть как-то продвинуться вперед.

Чтобы не тратить с таким трудом выигранное время, я решительно двинулся через болото и вскоре увидел внизу, в долине, ожидающие нас грузовики. Я едва успел уложиться в отведенное время, сбросил с ноющих плеч тяжеленный рюкзак и рухнул на дно кузова, довольный, но уставший, как собака.

В тот день все ребята столкнулись с такими же проблемами. Маршрут и был составлен с этой целью. Но мне удалось выдержать дистанцию.

На следующий день нам снова увеличили вес рюкзаков и опять привезли к болотам, только на этот раз они находились в той части гор, где мне еще не приходилось бывать.

Стоя в цепочке холодным зимним рассветом в ожидании, когда нас станут отправлять в путь с двухминутным интервалом, я хлопнул по плечу впереди стоящего рекрута и спросил его об этой местности. Он сказал, что хорошо ее знает. За полминуты он рассказал мне о коварных местах и о том, как можно срезать путь.

Отличный парень, его советы были неоценимы. Тем отбор и хорош, ведь это не состязание. Если отбор пройдет вся наша группа, инструктор первым будет этому радоваться. САС не ограничена в количестве новобранцев, только нормативы строго соблюдаются.

Дождавшись своей очереди, я быстро двинулся вперед. К этому моменту я уже столько отшагал по болотам, что немного привык к их неровной, кочковатой почве.

Тот день я закончил удачно, несмотря на непрерывный и мощный ливень. По дороге в лагерь я лежал на дне кузова и болтал с товарищами. Я чувствовал себя более уверенно и спокойно.

Утром следующего дня я заметил, что грузовиков подали меньше; значит, уже отчислено довольно много рекрутов. Кто-то из них заблудился, кто-то не вынес тяжести рюкзака, кто-то пришел позже установленного времени.

Уследить за отчислением было трудно, но на доске объявлений каждый вечер вывешивался список оставшихся, и пока что в их числе было и мое имя.

Я поставил себе цель работать как можно более стабильно, без провалов, но и не зарываться. А просто каждый день стараться выполнить задание и уложиться в заданное время, чтобы остаться в списке.

Глава 54

Наша все убывающая группа рекрутов забралась в большие металлические грузовики, которые вновь направлялись к болотам.

Сегодня нам предстояло идти по тем же местам, где пол год а назад я потерпел поражение. Настало время расправиться с этой дистанцией.

Чтобы не повторить прежнюю ошибку, я понемногу подкреплялся остатками от завтрака, которые спрятал в карман, и регулярно отпивал по глотку воды.

Но не успел я обрести уверенность, что на этот раз все идет как надо, как по беспечности допустил просчет.

Я слишком рано спустился с возвышенности и вскоре снова оказался на самом тяжелом болотистом участке. Топкая и вязкая почва под ногами хлюпала и засасывала, каждый шаг давался с огромным трудом, под тяжестью рюкзака подгибались колени. К тому же высоко над собой я видел на фоне неба отдаленные фигуры рекрутов, которые опередили меня.

Скоро я настолько вымотался, что вынужден был остановиться, передохнуть и хотя бы на минутку снять с плеч тяжеленный рюкзак. Пошарив в карманах, я съел все до последней крошки. Теперь еды не осталось. А мне явно не хватало энергии.

Я проверил карту и оценил свое положение. Нужно было срочно придумать, как выбраться из этой проклятой трясины.

Я круто повернул и стал взбираться на плато, с которого только что спустился. Это означало сделать крюк, мне следовало спускаться вниз, но идти здесь было гораздо легче, чем снова сражаться с болотистой почвой. Один раз я уже пытался ее одолеть и проиграл.

Как нарочно, поднялся сильный ветер, он дул мне навстречу, с плато. Я опустил голову и, не обращая внимания на то, что лямки рюкзака больно впились мне в ноющие плечи, упорно продолжал лезть вверх.

Я не хотел проиграть игру в этой богом забытой дыре.

Добравшись до верха, я бросился бежать. Бежать по топкой почве, с весом восьмилетнего ребенка на спине – то еще удовольствие. Но меня охватил азарт, и я продолжал отыгрывать время и расстояние.

Я бежал, пока не оказался у последнего контрольного пункта, и только потом рухнул на землю, совершенно обессиленный. Офицер как-то странно посмотрел на меня и усмехнулся.

– Хорошо поработал, – заметил он, потому что видел, как я бежал последнюю милю с небольшим по этим кочкам.

Мне удалось уложиться во время.

Я выиграл, и адреналин бушевал в моей крови.

До окончания «недели испытаний» оставалось выполнить три марша, самых тяжелых и страшных. Первый из них проходил в Брекон-Биконсе. Маршрут длиной в двадцать миль проходил между тремя высокими вершинами, а три кемпера безжалостные офицеры расположили только на обратном пути, на дне каждой долины.

Вес наших рюкзаков был серьезно увеличен. Я даже лишний раз посмотрел на доску объявлений, чтобы убедиться, что не ошибся. Каждое утро, в ожидании инструктажа, нам стоило огромного труда взвалить на спину тяжелый и громоздкий рюкзак. Лучше всего оказался вот такой способ: присесть на корточки, просунуть руки под лямки, а потом кто-нибудь тянул тебя за руки, помогая встать на ноги.

А уж если ты встал, то надо было стоять с рюкзаком весь развод. Вес рюкзака больше всего ощущался в начале и в конце маршрута, и труднее всего давались первые два часа марша.

Как только рюкзак оказывался на спине, стертые в кровь лопатки сразу отзывались болью. Затем ты как-то отвлекался от нее, зато к концу марша начинала заявлять о себе нестерпимая боль в плечах, которые резало и жгло будто огнем.

Покрытые волдырями и растертыми в кровь ссадинами, местами заклеенные пластырем поясница и плечи рекрутов говорили о многом, так что, казалось, в душевом блоке моются солдаты с передовой, поступившие в полевой госпиталь.