Байки Гремлинов – Неудержимость VI (страница 4)

Я закурил трубку, решив переговорить с гномом на тему Старосты в следующий раз, и принялся рассказывать, что мне требуется на этот раз:

– Я, собственно, чего зашёл? Мне надо, чтобы в кратчайшее время портал был закрыт от посторонних глаз. Постройте там амбар вокруг него. А этого Запора Падагру, вечного пьянчугу, надо где‑нибудь запереть, чтобы он никому не рассказал, что портал работает. Пусть в башне стражей на крыше теперь служит. Да‑да…

Я поднял руки вверх, останавливая готовый сорваться с губ Дикея вопрос, и продолжил:

– Да. Со вторым городом всё удачно. Поэтому я в ближайшие дни и буду пользоваться порталом, прыгая туда‑сюда. Я наладил взаимоотношения с варварами, так что даже рабочих туда слать не нужно… Вы, кстати, не в курсе, Изабелл вернулась уже?

Почему я внезапно вспомнил о ней? Видно, мысли, связанные с наёмниками, напомнили мне о ней, так как тех я хотел послать в Сломанный Меч. А, возможно, и пошлю. Но дождавшись отрицательного ответа от Старосты, так как он также должен вести дела с ней, я продолжил:

– У меня, кстати, тут две девушки появились. Возможно, уже видел? Я их направлял тебе в помощь. Мелкая будет тебе очень полезна. А вот с Илгой будь поаккуратней – она слишком строптивая. Себе на уме. Дальше… Хотел узнать, откуда молодцы‑то такие у тебя в охране?

Дикей поморщился – видимо, не очень‑то он и хотел распространяться на их счёт, но проскрипел:

– Да-а-а… Старые связи в Вакисе помогли. Антимаги.

И это был весь его ответ, но я не стал подавать виду, что удивился столь короткому и неохотному пояснению, и быстро перевёл разговор на другую тему – пускай думает, что я удовлетворился:

– Понятно. А у вас какие вопросы ко мне есть?

Мэр, держащий наполовину полный бокал в руке и долго рассматривающий карту будущего города перед собой, оторвался от неё и задумчиво посмотрел на меня, а затем спросил:

– Вы ведь завтра на суд в город отправитесь? Ко мне тут Баронет Кирсик захаживал. Рассказал про ваш конфликт с ним. А ещё… Что вы как‑то замешаны в убийствах баронской семьи… Мне стоит беспокоиться?

Я хищно улыбнулся, показав свои заострённые зубы. Дед явно нарывается на конфликт. Но моя улыбка проняла его, отчего он с мимолётным испугом в глазах поёжился и скрыл своё смущение на лице за бокалом виски, став отпивать из него. Что же с тобой происходит, Дикей? Такая сильная перемена в личности… Возможно, это связано с тем, что он выходит на сцену? Боится за свою жизнь. Ведь до этого времени он тихо и мирно жил тут в тени, притворяясь больным на голову Старостой. Не убирая улыбки с лица, я ответил ему:

– Не беспокойся. Я никоим образом не связан с тем, что происходило в городе. Да я даже не представляю, что там произошло. Слышал лишь, что пару обывательниц нашли расчленёнными у себя в домах.

– Господа. Могу ли я перевести тему на более насущную? – это молодчина Морбар вовремя остановил меня.

Уж не знаю, что со мной происходит. Сначала я чувствовал гнетущую усталость от Галь, теперь – раздражение на Дикея. Я убрал зубы и посмотрел, как и Мэр, на гнома. Морбар, не шевелясь в кресле, продолжил:

– Насчёт банка. Мы с господином Мэром сошлись в том, что лучше всего будет построить главное здание в городе, а не там, где… кхм… Кизяк изначально хотел. На том месте мы построим клановый замок гномов, но сам банк будет располагаться неподалёку от академии Магов. Выбор этот обусловлен тем, что золото везти через лес из города к замку слишком накладно, тем более, когда оно будет циркулировать внутри города. Да плюс и близость к аукционному дому, где, я так понимаю, будут крутиться совсем не маленькие суммы. Почему же не на самой банковской улице, спросите вы? Всё дело в хранилище. Я считаю, что оно должно быть расположено обособленно от всего остального. В данном случае я согласен с мыслями… кхм… Кизяка. Поэтому его лучше расположить на территории академии. В том месте, что мы выбрали с господином Мэром, все здания и тем более подземные коммуникации расположены на достаточном удалении. Вдобавок есть одна гномская технология, называется «Куб», которую мы применим; это позволит избежать вторжений с подземной стороны. И как раз для этого и требуется отдалённость от любых зданий.

Я прикрыл глаза, пытаясь догадаться, что это за «куб» такой. Похоже, они создают пустое пространство между стенами здания под землёй и самой землёй. Это единственное, что приходит мне на ум так сразу. Хотя кто знает? Я покивал головой, соглашаясь с гномом, да и, в принципе, мне было всё равно, что и где они строят. Главное, чтобы трущобы не создавали. Грёбаный гоблин! Я посмотрел на Дикея, теперь понимая его опасения и причину, почему он сразу начал с этой темы, и сказал:

– Уважаемый Морбар, в данном вопросе я полностью полагаюсь на вас. Что же до гоблинов, я буду конкретней в данном вопросе. Грыз должен привести около пятидесяти-ста гоблинов, таких же, как он сам, более разумных. Причём с условием, что они все будут учиться тому, как вести себя в нормальном обществе. Тут бы я добавил, что вероятней мы получим проблемы от орков, нежели от мелких ушастиков, так как те более свирепы и не собираются приспосабливаться к окружению, а даже, наоборот, хотят жить по собственным исконным правилам. Поэтому дома для гоблинов следует строить по человеческим меркам, но, как я и сказал до этого, лучше дождаться их.

Дикей кивнул мне и отпил из бокала. Руки он всё время продержал скрещёнными на своей груди. Поняв, что больше тем для обсуждения нет, я ударил ладонями о подлокотники кресла и, опершись на них руками, поднялся со словами:

– Ну что же, господа. Если тем для обсуждений больше нет, я бы хотел откланяться. Вернусь завтра после суда и обязательно поведаю вам всё в мельчайших подробностях.

Ещё раз оглядев присутствующих, что попрощались со мной в ответ, я вышел из кабинета, закрыв за собой дверь. Что же гном рассмотрел в Маге? Надо будет при возможности срочно переговорить с ним.

– Уже закончили? – я повернулся на голос Галь, что сидела на лестнице, кутаясь всё в ту же простыню.

– Да. Но только я. Слишком много дел, не успеваю везде. Я даже не помню, когда я в последний раз спал, – ответил я ей, вызвав натянутую улыбку на её грустном личике.

Перестав вглядываться в бесконечность, она перевела уставший взгляд на меня:

– Вот и я думаю… Куда я попала? Не ожидала, что тут развернётся нечто грандиозное, что заставит Дикея… В общем, неважно.

Взгляд её расфокусировался, и она стала смотреть сквозь меня, вяло проговаривая:

– И вот теперь, после всех озвученных вариантов, я думаю… а может… и вправду… забыть всё. Ведь этого же я хотела? Верно?

Она снова вернулась в реальность, посмотрев на меня, но уже ожидая моего ответа.

Я пожал плечами:

– Если я приму решение за тебя, то это будет моим решением, а не твоим. Даже если я выскажу своё мнение, сейчас со стороны это будет выглядеть подталкиванием тебя к определённому действию. Я не хочу так поступать. Мне до сих пор вообще не по себе… И прости. Я виноват…

Неожиданно в моих глазах слегка защипало, а губы задрожали, и мне пришлось помедлить пару мгновений, ожидая, когда это чувство схлынет, чтобы, не сорвавшись в голосе, продолжить начатую фразу:

– …Перед тобой, что ты сейчас стоишь перед данным выбором… Что всё произошло не так, как ты ожидала…

Ну нет, слёзы так и наворачиваются. Ненавижу подобный момент слабости, особенно когда он возникает перед глазами других людей. Я опустил голову, пряча глаза и снова ожидая, когда чувства отхлынут. Что со мной происходит? Опять какая‑то бесконтрольная эмоциональность во мне. Ещё несколько секунд ушло на то, чтобы унять чувства вины и… Нежности? Чёрт знает что.

Я поднял голову, продолжив говорить:

– Если бы…

В мои губы впились горячие губы девушки, а её ладонь легла мне на щёку, вытирая большим пальцем несдержанную слезу на ней. Вкус напористых губ смешался с её чарующим запахом. Она была сладкой, но терпкой, словно розовое вино, была успокаивающей, но затем приходило опьянение, дурманящее, распаляющее разум.

Она неохотно оборвала поцелуй, отведя своё лицо, но не руку от моей головы, и, с нежностью посмотрев мне в глаза, прошептала:

– Я знаю, ты добрый. У тебя мягкое сердце, хоть ты и прячешь его. И пускай даже если ты будешь скрывать его под толщей непроглядной тьмы, пускай ты окружишь его неприступной колючей бронёй, остальные, все, кто вокруг тебя, всё равно смогут разглядеть его свет. У тебя настоящее сердце чемпиона. Тебе больше не стоит беспокоиться обо мне. Я сама решу. Просто… – она замялась, отведя смущённый взгляд в сторону и наклонив голову, но затем скороговоркой ещё тише прошептала: – У меня примерно осталось часов пятнадцать… И я ещё не решила. Но будь завтра во второй половине дня здесь, в деревне. Я сама тебя найду, если… решу так поступить. Хорошо?

Она с надеждой посмотрела на меня, но это подразумевало собой, что я нужен ей рядом больше для моральной поддержки, нежели она и вправду решилась на что‑то конкретное. И я кивнул. Она убрала руку с моего лица и отступила на шаг назад, не став больше проявлять каких‑либо чувств. Ещё раз быстро взглянув на меня, Галь резко развернулась и побежала к лестнице, потерев себе лицо внутренней частью кисти.