Байки Гремлинов – Неудержимость VI (страница 12)

Поэтому после праздничного ужина в стенах академии, само собой, безалкогольного для нас, но не для гостей, пожелавших на нём побывать, я взял всех наших ребят, и мы наконец отправились на экскурсию в столицу графства. Естественно, подавляющее большинство парней были из других графств и ни разу, как и сам я, не бывали в Тизэйне. И хочу подметить, что игры проходили в нашей академии, так как мы долгое время не побеждали в играх. А по правилам для всех Королевств, соревнования должны были проходить у самой проигравшей академии внутри своей страны в прошлом году. Так, по мнению составивших регламент, было более честно, мол, родные места помогают, а раз вы неудачники, то вам и этого будет недостаточно. Уж не знаю, почему великая и лучшая академия в нашем королевстве никак не могла выиграть на протяжении уже нескольких лет.

До города, путь к которому занял около нескольких часов, нас довезли повозки, приготовленные устроителями данного мероприятия специально для победителей. Надо ли говорить, что Тизэйн нас встречал ещё хлеще, чем были овации на трибунах, так как люди в нём прознали, что победила команда именно из их графства? И что провожающие взгляды других учеников нашей академии, тем более у старших ребят, которые не получили этот приз, были преисполнены зависти, ненависти и обещаний нам ничего хорошего?

Но когда мы пересекли главные ворота города, все тут же забыли обо всём на свете. Все предыдущие семь лет в одночасье полностью канули в пропасти сознания, и мы погрузились в неимоверное веселье, благо нам выделили хоть какое-то денежное довольствие. Но как выяснилось в дальнейшем, оно нам и не было нужно – нас чествовали и угощали везде бесплатно, а женщины чуть ли не дрались, чтобы затащить нас в койки. Праздник длился ровно три дня, пока за нами не объявилась специально отряжённая команда по отлову. Я же уже был готов и дожидался ровно там, где и была обусловлена точка сбора, поэтому наблюдал за теми, кого приводили или приносили. Кто‑то был абсолютно невменяем от пьянства, кого‑то привели полностью голым, что лишь мог прикрываться руками, а кого‑то и лупили дубинками в попытке утихомирить. Уехал я на первой же телеге с этими тремя бедолагами. Ну как бедолагами? Считай, этим ещё повезло – вовремя будут в академии. Что будет с остальными, я даже и не представлял. И пока эта тройка медленно приходила в себя, я размышлял о своих похождениях в городе.

Во‑первых, как только я смог выбраться под утро из влажных объятий пяти девушек, что никак не желали меня отпускать, пока я не удовлетворю каждую (причём я был не в борделе, а в каком‑то знатном доме зажиточного господина, а в постели были не только его дочери), я первым делом отправился на поиски местной воровской гильдии.

Во‑вторых, выйдя на контакт и отыскав их логово, я там повстречал некую Адану и надеялся, что не ту самую. Девушка крутилась в тех кругах, будучи юркой воровкой, что могла вскружить любому голову, и, возможно, являлась рядовым членом местной воровской гильдии «Галаго». Очень миловидная, пышноволосая шатенка. На её тонком ромбовидном лице с острым подбородком выделялся крупный вздёрнутый широким кончиком вверх прямой нос, напоминающий остроконечную пирамидку. Его перегородка плавно переходила в кончик и ноздри, отчего можно было рассмотреть сами ноздри, даже когда она не задирала голову. Но именно этот нос и делал её очень милой, придавая дополнительный шарм.

У неё были пухлые губы бантиком и огроменные детские выразительные глаза цвета коньяка. Мимика на её лице была очень подвижной: она то закатывала глаза при очередной надоевшей шутке, но выглядело это так, как будто у неё оргазм, то куксилась, поджимая губки, словно обиженный щенок, то улыбалась так, что на её лице появлялись глубокие складки. Но все её передаваемые лицом эмоции всегда выглядели на ней мило – прямо-таки прирождённая актриса.

Она выглядела очень юной и часто ведущей себя по‑детски. Много кокетничала, кривлялась, показывая язык и смешные рожицы, ёрничала в общении с другими, а экспрессия, передаваемая её руками и телом, была ураганной.

Одета она была в кожаные шорты, из которых выглядывали тощие ноги в огромных ботинках, да в мешковатую кофту с капюшоном, который она не надевала, не скрывая под ним своего лица.

В целом, она была в данном обществе как рыба в воде. Только и гляди, такая тут с лёгкостью обворует и кого‑нибудь даже из своих. Что, правда, по законам гильдии было жесточайше запрещено, за воровство у своих и руку могли отрубить. Но вот я‑то тут не был своим, поэтому, как и ожидалось, девчонка сразу выделила меня из толпы и тут же подкатила, миленько заведя беседу. Я прятал лицо в стыренном где‑то по пути плаще, а эта пигалица всё норовила заглянуть под него, скинуть его с головы или вовсе засунуть мне невзначай руку под него, чтобы что‑нибудь нащупать у меня под ним. Несколько раз я делал вид, что не чувствую, как её шаловливые ладошки проскальзывают по моему поясу и штанинам. Но когда она перепутала мой член (не знаю, с чем она могла там его ещё перепутать, ведь это явно не кошель) и попыталась своровать его, попутно махнув ножиком, чтобы разрезать штанину, мне пришлось, рассмеявшись, распахнуть плащ, чтобы показать ей, что она там держит в руке. И с одной стороны, она очень расстроилась, но с другой, была шокирована так, что даже проговорилась, упомянув Рэйнара. При этом блеск в её глазах выдал в ней совершенно противоположные чувства. Уж не знаю, почему у Маркиза с ней ничего не вышло, ведь она, так и держа меня за член, отвела за собой в одну из складских комнат рядом с кухней, где скинула с себя шортики на пол.

По сильно худосочной девушке тяжело было понять возраст, а рост её был чуть ниже моего, а я‑то сам не был высоким, стал вытягиваться лишь недавно, да и то как‑то медленно. Но у Аданы был здоровый блеск волос, и она точно ухаживала за собой, так как была чистенькой и пахла свежестью. А ещё об этом говорил её бритый лобок, что был коротким под очертаниями чуть круглого животика. Хотя, когда она выгнулась назад, запрокинув руки за голову, отчего показались её рёбра, её животик втянулся, став чересчур тощим и плоским, но без каких‑либо мышц. Зато колючая щетина её киски указала на взрослый возраст девушки, явно намного превосходящий мой. Я задрал ей вверх кофту и увидел и её сисечки, что оказались острыми крошками второго размера, каплевидными и сильно опавшими. Все эти разрозненные детали её тела вместе намекали на некритичную дистрофию, хотя она и выглядела очаровательно, а плоские мышцы были наполнены силой. Возможно, она специально так выглядела, чтобы сбивать людей с толку, а возможно, что и в действительности недоедала. Не знаю. Все мои мысли мигом улетучились, так как она оказалась необузданным животным, словно это она была годами заперта в академии, а не я. А ещё я догадался, почему она так боялась Рэйнара, – его размер убил бы её, ведь даже со мной ей пришлось туго. Но отчего‑то она прямо‑таки желала меня, несмотря даже на весь первичный дискомфорт. Не буду строить гипотез, что она со мной подготавливалась для Маркиза, ведь не пристало Леди крутиться в столь мутных воровских кругах. И да, Рэйнар: я победил!

Так прошёл мой второй день. Я выпивал в гильдии, затем снова уединялся с Аданой, затем снова выпивал с её маргинальными товарищами, играл в карты, тратя свой выигрыш, ведь тут я скрывал свою внешность, да и вряд ли бы меня тут стали угощать за так. И даже девчонка так и ни разу не захотела взглянуть на моё лицо, интересуясь лишь моим членом. Поэтому я был точно уверен, что она даже и не поняла, кто я такой на самом деле.

В итоге утро я встретил снова в непонятных убранствах, благо что в достойных, а не на мешках с картошкой в гильдии воров. Комната была простой и маленькой, подходящей какой‑нибудь добротной таверне на окраине города. В одноместной чистой кровати в обнимку со мной лежала Адана, крепко, как и её сон, прижавшись ко мне. Так я и встретил её пробуждение, а она, увидев меня рядом с собой, сильно удивилась. Сначала оттого, что я вообще лежу с ней в её кровати в её комнате, а затем от узнавания меня, ведь она, оказывается, и была той самой Аданой, окончательно развея мои сомнения. А то всё-таки вдруг я был не с той, а она лишь тёзка. Поэтому, взяв с меня клятву, что Рэйнар никогда не должен узнать о моей с ней связи, так как он может её найти, а у него просто крыша съехала на её почве, она снова отдалась мне. И, конечно, я пожалел, что не смогу сказать другу, что я выиграл спор. Хотя не знаю, может, я был вторым, как раз после него? Но Адана была права: лучше никогда ему об этом не говорить, а то ещё и меня прирежет. Своим пламенным мечом. Раз не её, то меня. Впрочем, шутки в сторону, надо будет узнать у него, чего это у него с Аданой произошло, что она так его боиться.

Тем не менее, оказалось, что за проведённое время в воровской гильдии я изрядно поднялся по деньгам, выиграв большие суммы у шулеров. Поэтому, взяв Адану, я отправился в центр города, где мы сняли в одном из лучших отелей города лучший номер (а мне ведь сделали и скидку, узнав, кто я) и уже там вдвоём предавались излишествам, так как солдату этого очень не хватает – ни вкусно поесть, ни попить, ни девушку славную потрогать там, где очень хочется и обычно нельзя. Адана всё прекрасно понимала насчёт меня и с удовольствием проводила мой третий день в моей компании, отдавая мне всю себя. И я был очень благодарен ей за это. Так что, когда наступило раннее утро и она ещё сладко сопела в гигантской кровати с мягкими перинами, я оставил ей все деньги, что оставались у меня (а там было золотых двадцать), и тихонько покинул её. Будет время, я знаю, что смогу найти её.