Байки Гремлинов – Неудержимость IX (страница 10)
Подобрав с земли треуголку и надев её, я выпрямился во весь рост и пересёкся взглядом с Хазэй. Мшистая девушка не выглядела так, что по ней недавно проехались катком, и стояла как ни в чём не бывало, с подозрением всматриваясь в меня, словно встретив в первый раз.
Я хрустнул шеей и обратился к лидеру этой шабашки:
– Урзам, я полагаю? Барон Анри Варкайт, что прежде былó Трён’Уба, к вашим услугам…
Я поклонился дриаде, выполнив пируэт шляпой, и ещё будучи согнутым, украдкой исподлобья глянул на Главу Куриц, попутно подметив, что это не укрылось от Фиры, и отметил злорадный блеск в глазах Хазэй. Но распрямился обратно лишь с милой улыбкой на своём лике и продолжил представление:
– Я не знаю всей подоплёки в ваших легендах, пророчествах или в ином фольклоре, но могу сказать одно. Да, мы с Фирой пересеклись незадолго до того, как я явился к Хазэй. Тем не менее я бы желал всё же услышать историю о Драконе и понять, о чём идёт речь. А также наконец узнать, где я могу найти монстров для истребления. И желательно, чтобы их было бесконечно много…
Я высказал свои хотелки, постаравшись быть как можно более дружелюбным, но все дриады, включая даже Фиру, остались равнодушны и продолжали молча взирать на меня как на насекомое. О, я знаю, что они делают. Они провоцируют. Хотят, чтобы я вышел из себя и проявил истинную Силу, а заодно и облик. На сей раз я сразу проверил работоспособность Телепортации и, убедившись, что навык не блокируется, ещё раз попытался узнать что‑либо у Лесных Королев:
– Вы так ничего не добьётесь. Если мы не найдём общего языка, то…
– То что? – я был внаглую перебит самой мелкой бабушкой, отчего я заткнулся и, удивлённо вскинув брови, посмотрел на неё.
Я поморщился, разглядывая, как сильные бёдра и рельефные икры сжимают бока лани. Да, мелкая отличается от остальных не только выделяющимся нарядом, но и развитой мускулатурой. Исключая двух Дрэйд, все дриады были воздушными и утончёнными девами, не имея и намёка на внешнюю видимость мышц, а вот эта старолетняя малявка имела тело, больше подходившее атлетке, нежели принцесске. А ещё она единственная, кто имел оружие. Скэль сжимала в одной руке резное из цельной кости копье, которое скрывала за противоположным боком лани всё время до того, как ткнула им в мою сторону, когда нахально оборвала меня.
Я посмотрел в жемчужные глаза, что с вызовом смотрели на меня. Бархатная текстура кожи имела цвет синего яхонта, тонкие губы, словно вырезанные из малахита, издевательски ухмылялись, а мшистые брови, что изогнулись на меня с понтом, наравне с пышными паутинами ресниц выделялись своим ярким перламутром. И такой же перламутровый цвет имели длинные, сантиметров в двадцать, локоны ланцетных листьев на голове. Но то, что они немного завивались, было видно не сразу, так как её причёска была выполнена в виде тупировки, объёмного начёса, и она пышным хвостом скрывалась ровно за её затылком. При этом такая вытянутая вверх причёска оголяла её виски и полностью открывала на обозрение её оленьи ушки, что располагались точно на том же месте, где и у людей, и торчали горизонтально в стороны.
Я потратил ещё одно мгновение, пытаясь определиться с тем, насколько близка схожесть Скэль с Дейнти Уайлдер, и глубоко вдохнул лесной воздух, переполненный миксом ароматов от тел дриад. В этой какофонии запахов сложно было определить, какой аромат исходит конкретно от кого. Разве что я мог с точностью различить Фиру, так как уже знал, что это именно её аромат, да и вдобавок она стоит ближе всех ко мне.
Хрустнув из-за обилия ароматов шеей в другую сторону, я скопировал мимику Цесаревны Лесных Жаб и медленно, с явной издёвкой в голосе закончил оборванную фразу:
– …Либо я просто уйду, либо я вас всех здесь убью.
Ответом мне послужили саркастические смешки, дерзкое фырканье и борзые взгляды с ухмылками. А Скэль, уперевшись коленями в бока своей чудной лани, аж привстала и с кровожадным оскалом заносчиво предъявила:
– Ну давай! Жалкий мужик!
Голос её был похож на шуршание фантиков и собираемой граблями листвы, но тут грянул зычный тон Урзам:
– Довольно!
И это высказывание было направлено на юную бестию, отчего Скэль, стерьнув глазами на свою главную, аж прикусила губу, но не перестала после этого буравить меня ненавидящим взглядом. А я понял, что ещё никогда тут, в Дайра, я не получал столь стремительной реакции от встреченных мной доселе существ. Скэль просто невероятно быстро определилась со своим отношением ко мне.
Урзам же обратилась уже ко мне, понизив свою мощь голоса, что стал напоминать идущий в лесу ливень:
– Ты уже всех изучил, демон? Тогда можешь уходить. К тебе у нас претензий нет, хоть ты в прошлом и убил одну из наших сестёр. И если ты и вправду ищешь монстров, то в этом Лесу ты их не найдешь. Ищи в другом месте. И больше никогда… не заходи в этот Лес. Что же касаемо тебя, Фира…
От слов самоуверенной Дрэйды моя щека дёрнулась, и я шагнул вперёд, перегородив собой Фиру, и, вмешиваясь в их типа уже частные дела, мрачно молвил:
– А ты не аллё, да? Мозги что, совсем плесенью поросли?
Вот на хрена?! Куда меня понесло?! Это сок Фиры на мой ум так повлиял, вмиг превратив меня в отбитого торчка? Вот чего я взбесился и в открытую угрожаю? Я же мог просто уйти, как изначально и планировал! Но нет! Эта тварь указывает мне, куда я могу ходить, а куда нет!
За моей спиной раздался весёлый перезвон колокольчиков, но не смех Фиры, а нечто эфемерное, в носу внезапно появился сладкий аромат ванили, а внутри уха кто‑то аж зашептал: «Ну давай, давай, убей здесь всех…». Но и голос тоже был эфемерным, будто это моё собственное желание подталкивало меня, и он только казался мне. Тем не менее мой бок рвануло болью, и рядом со мной появилась Шат’то.
– Давно не виделись, Козявка Ур Ур… – Королева Затмения с ехидством Истинной Повелительницы воззрилась на Урзам.
Сначала Дрэйда, пытаясь справиться со своей вспыхнувшей на меня яростью, невидящими глазами глядела сквозь Шат’то. Затем она, всё же загасив в себе бешенство, ещё несколько секунд пялилась на золотоволосую красавицу уже тупым взором. И только потом я различил, как её глаза наполняются узнаванием, страхом, неверием и после всего пониманием. Голова Урзам в момент поникла, упав подбородком на грудь, а она сама при этом даже немного ссутулилась, словно провинившийся ребёнок, что смиренно ожидает своего наказания. И Дрэйда тихо молвила голосом, что больше не разносился мощно и отовсюду, а стал простым переливом колокольчиков, исходящих из связок в горле:
– Великая Хозяйка Ночи, мы приветствуем Вас в наших владениях.
Урзам сплела пальцы ладонями вверх в районе груди, оттопырив большие пальцы от себя на Шат’то, да так и застыла, будто пыталась насобирать в свои ладони собственные слёзы. Уловив шевеление за спиной, я глянул через плечо и увидел, что Фира встала в ту же позу, сложив руки похожим образом и склонив голову. По‑видимому, Фира была столь же стара, что и Козявка Ур Ур, чтобы понимать, что сейчас происходит, так как более ни одна из остальных дриад не повторила подобного поклона.
Но тут меня привлекло злое шиканье Главной Дриады:
– Умерь свою сучью натуру, Юнгра! Быстро поклонись Высшей!
И Скэль, пытаясь побороть на лице внешние проявления злости, неохотно слезла со своей лани. После чего, мимолётно послав в мою сторону залупатыми глазищами лучи ненависти, глубоко вдохнула и, склонив голову, встала в ту же стойку, что и старшие дриады.
Я различил, как плечи Урзам дрогнули, когда Шат’то вновь заговорила, внаглую усмехаясь:
– Козявка… и что ты делаешь так далеко от востока? Тебя выгнали из собственного же леса?
Дрэйда зло прикусила губу и, сдерживаясь, но, всего скорее, от слёз обиды, подавленно молвила:
– Нет… Великая… За свою службу я была наз…
А Шат’то, с интересом рассматривая других лесных девок и вовсе не слушая Урзам, перебила:
– Да‑да, это всё очень интересно! Молодец, Козявка. Скажи лучше, чего это вы тут все не проявляете должного уважения к Владетелю Земель, на коих стоят ваши леса? Или в ваших законах что‑то изменилось?
От слов Шат’то Урзам склонилась ниже и попыталась виновато оправдаться:
– Великая! Мы же не знаем, говорит ли он правду!
На изящном лице Дьяволицы скользнула блаженная улыбка, когда та, на сей раз дав дриаде сказать предложение полностью, ответила на никчёмное оправдание:
– Но вы и не пытались это выяснить, верно?
Урзам тотчас попыталась ответить:
– Да, Ве…
Однако Шат’то, специально сделав такую паузу, чтобы Урзам заговорила, продолжила говорить, и Дрэйда захлопнулась, давая Дьяволице продолжить в тишине:
– А как звучит ваш закон про любого Владетеля Земель, на которых располагаются ваши леса? Напомни‑ка мне…