Барбара Морриган – Неспящие (страница 60)

Достать «студенческую» настойку Фебуса оказалось не слишком сложно. Недолго порыскав в недрах подсобки в «Ветре и тростнике», Соль нашла шкафчик, где кабатчик хранил свои драгоценные запасы. Судя по всему, хранилась настойка достаточно давно, чтобы сразу приготовить большую партию. Это было на руку девушкам ещё и потому, что старику наверняка понадобится время, чтобы обнаружить пропажу, к тому же внимательностью он никогда не отличался. И хотя Соль переживала за то, как организм Ривер, многие годы привыкавший к жизни на лекарствах, воспримет новый опыт, держалась она вполне неплохо.

– Это было отвратительно, – поморщилась Ривер, вытирая уголки рта полотенцем.

Девушки задержались в душевой, с этого момента ставшей их секретным убежищем. Вечером она пустела, и шум бегущей воды скрывал все кулуарные разговоры от посторонних ушей. В который раз Соль заставляла свой желудок вывернуться наизнанку, а отвратительно это было так же, как и в первый. Страшно было представить, каково пришлось Ривер, уж точно не ожидавшей такой цены за возможность впервые в жизни поспать. Но теперь микстура перламутровыми переливами терялась в водостоке, и пути назад уже не было.

– Помнишь, что делать? – строго спросила Соль, прижимаясь обнажённой спиной к горячей плитке.

– Помню, – плаксиво ответила Ривер. Она повторяла это уже сотню раз, но подруга никак не могла перестать волноваться за её судьбу.

– Повтори.

– Соль!

– Повтори! Это важно!

– Постоянно проверять, не сплю ли я. И везде носить с собой медальон. – Ривер поддела пальцем серебряную цепочку на шее.

– Боги, ты его и в душ с собой притащила? – округлила глаза Соль.

– Ну ты же сказала – везде…

– И правильно, – с видом строгого родителя согласилась Соль.

Правильно выбрать себе «маяк», что поможет осознать себя во сне и увидеть путь назад, было одной из самых важных частей процесса. С того момента, как слова перестали работать для неё самой, Соль предпочла сосредоточиться на материальных объектах. Она ежесекундно перебирала в кармане ноксовые кости Тори – они помогали ей сохранять связь с реальностью, хоть и напоминали о существовании этого остолопа. Для Ривер же они в качестве зацепки за реальность вместе выбрали серебряный медальон со звёздным бражником, который когда-то подарил ей брат. Эта вещь была ей очень дорога, и она не расставалась с ней ни на минуту, а именно это качество должно быть присуще идеальному «маяку».

– Ну а дальше?

– А дальше – осознать, что я сплю… И делать всё, что захочу, – с видом прилежной ученицы ответила Ривер. – А потом снова сосредоточиться на медальоне – и проснуться… Проще простого!

– Это совсем не просто, – покачала головой Соль. – Ты должна быть очень осторожна. Очень!

– Обещаю, – кивнула Ривер, нахмурив светлые брови.

Та ночь была для Соль невыносимой. Она ворочалась, не в силах уснуть, и то и дело поглядывала на подругу. Ривер, как и прежде, умиротворённо лежала в своей постели, свернувшись калачиком, и её дыхание было ровным. Соль всегда удивляло, как она умудряется полночи пролежать почти неподвижно… И лишь подрагивание ресниц выдавало то, что она видит сны. У Соль душа была не на месте, но помимо беспокойства её переполняло томительное предвкушение. Она чувствовала себя ответственной за судьбу Ривер, но как же ей хотелось наконец увидеть её в новом свете! А главное – чтобы подруга сама взглянула на мир иначе. Соль до сих пор помнила это чувство освобождения, и оно не могло сравниться ни с чем на свете.

Проворочавшись до самого рассвета, Соль взглянула на часы – до подъёма оставалось двадцать минут, а значит, пора было будить Ривер. Неспящая подкралась к её постели и попыталась растормошить, на что та ответила лишь тихим недовольным мычанием. Соль не смогла сдержать улыбки: Ривер выглядела такой безмятежной, как будто в её жизни и не было всего этого кошмара. Разве заслуживала она иного?

– Ривер, вставай, – зашептала Соль. – Гера скоро притащится!

Ривер не отвечала. Сейчас она была где-то далеко. Желудок скрутило от нахлынувшего беспокойства, и Соль растерянно огляделась по сторонам. Она опустила кончики пальцев в стакан воды на тумбочке и брызнула на лицо Ривер. Та поморщилась, но продолжала спать сном младенца.

– Мрак! – выругалась Соль и закинула руки за голову в порыве волнения.

Она не знала, что делать. Ещё несколько попыток разбудить Ривер не принесли успехов, а одна из уже поднявшихся соседок начала коситься в их сторону.

– Ну давай же… – взмолилась Соль.

Идея пришла сама собой: неспящая запустила руку под подушку и осторожно вытащила серебряный медальон – Ривер никогда не засыпала без него. Соль осторожно разжала её ладонь и вложила в неё безделушку.

– Давай… Сосредоточься… – бормотала она себе под нос. – Ищи выход…

Сжав ладонь Ривер в своей, Соль прислушивалась к её дыханию. За спиной тихо тикали стрелки часов, с первого этажа доносились звуки утренней возни. Прошло ещё несколько минут, прежде чем тишину нарушил хриплый голос:

– Соль?..

Неспящая едва не подскочила от радости. Сонная Ривер смотрела на неё потерянным взглядом, но она была в сознании!

– Ну как? – зашептала Соль, не в силах дождаться подробностей. – Как всё прошло?

– Хорошо, кажется… – со слабой улыбкой пробормотала Ривер.

– Подъём, девочки! – донёсся из коридора голос сестры Геры. Каждое утро он сопровождался звоном золотого колокольчика, неизменно следовавшего за ней. Соль не понимала – разве мерзкого стрекотания этой женщины недостаточно, чтобы и мёртвого поднять из могилы? Очевидно, хозяйка считала, что нет.

Она влетела в комнату и принялась заставлять девушек подниматься с постелей и одеваться, чтобы успеть на рассветную молитву. Те нехотя последовали приказу и вскоре нестройной гурьбой выплыли на промозглую улицу, направившись к храму.

– Рассказывай, – не унималась Соль, стараясь говорить не слишком громко. Ледяной ветер пронизывал до костей, но сейчас это её совсем не беспокоило.

– Это было… Я даже не знаю, как описать, – ответила Ривер, кутаясь в шерстяной плащ. – Соль, я даже не думала, что такое бывает!

– Что тебе снилось?

– Север. – Бледное лицо озарила улыбка. – Медвежье Озеро, горы, улицы Монтиса… Я была такой маленькой, когда в последний раз их видела, но они были такими настоящими! И брат… Мне всё ещё сложно вспомнить его лицо, но я помню его голос. Он пел мне песни, когда я была малышкой, и теперь я слышала их снова. Боги, как можно было жить и никогда этого не почувствовать?!

– А я что говорила! Ну а потом?

По дороге к храму Ривер подробно рассказала Соль о том, как попыталась осознать себя во сне. Ей не совсем это удалось – слишком захватывающими оказались сновидения, но она отчётливо запомнила ощущение прохода через незримую дверь, разделяющую границу сна и яви. Проснуться было куда сложнее – грёзы не отпускали, и хотелось оставаться среди них дольше и дольше, но Ривер всё же смогла вспомнить наставления Соль и сосредоточиться на медальоне, чтобы вернуться в реальность.

Так началось её увлекательное путешествие в мир снов: теперь девушки каждый день принимали настойку Фебуса, чтобы ни одна капля морока не задержалась в их теле. И хотя желудок порой начинал ныть от подобного образа жизни, это определённо того стоило.

Кубики для Ловца Удачи стали новым «маяком» Соль, и она больше не могла представить себя без их прохладных граней в правом кармане штанов. Но вместе с тем в её снах всё чаще стал появляться и их прежний хозяин, чему неспящая поначалу противилась, но вскоре начала постепенно привыкать. Она не знала, насколько Тори из её снов соответствует своему реальному прототипу, но однажды заметила, что даже рада видеть его каждую ночь. С ним было невероятно легко и весело, и он всегда находил хорошую шутку, чтобы сгладить её пребывание на Храмовом Острове. Ривер же встала на путь познания себя, и хотя процесс двигался медленно, ей с каждым днём удавалось всё лучше и лучше управлять своими сновидениями. Совсем скоро она уже без труда могла осознать себя и придать миру грёз любую желаемую форму, а пробуждение стало для неё простым и понятным. Вот только о силе её так ничего и не было слышно, и это невероятно удручало Ривер.

Однако вскоре изменилось и это: Соль мыла посуду на кухне «Ветра и тростника», когда ошарашенная Ривер влетела внутрь. Не в силах подобрать нужных слов, она схватила подругу за плечо, из-за чего та едва не выронила расписную тарелку, и выдала весьма непечатную словесную конструкцию.

– Сдурела так пугать?! – подбоченилась Соль, оставляя на рубашке мокрые мыльные следы.

– Соль, я… я…

Ривер оттолкнула её, дрожащими руками плеснув воды из графина в первый подвернувшийся под руку стакан. Поставив его на стол, она вцепилась в стеклянные стенки тонкими пальцами и покраснела от напряжения.

– Ты чего? – обеспокоенно вскинула бровь Соль. – Тебе нездор…

Договорить она не успела. На её глазах по гранёному стеклу поползли тонкие ледяные узоры. Ривер тяжело дышала, но не отнимала рук, заставляя стакан полностью покрыться белым инеем. Вода, играющая под её пальцами, задрожала, и на её поверхности замерцала тонкая полупрозрачная корочка льда. Наконец Ривер отпрянула, едва устояв на ногах, и Соль пришлось подхватить её. Подруга подняла на неё глаза, полные восторга, – такой Соль её видеть ещё не доводилось.