Baltasarii – Навстречу ветру (страница 47)

Терпкая бесцветная жидкость легко впиталась во рту, оставляя едва уловимый ореховый аромат. В голове поселилась кристальная ясность. Каэльаэр прикрыл шкафчик, достал из кармана кобольдский карманный хронометр на цепочке и довольно хмыкнул. Пора. Эдлеи Аири уже должна быть на северной галерее.

Галерею заливали лучи заходящего Ока, оттеняя все вокруг благородным золотом. Легкий бриз нес долгожданную прохладу. Высаженные магами густые кусты отбрасывали длинные тени. В одном из альковов, образованных кустами, лорда-наместника ожидала бывшая фаворитка Ворона. Девушка, опершись на парапет, невидящим взглядом смотрела на далекие волны Внутреннего моря.

Эдлеи Аири была воздушна и прекрасна, как и всякая альви. Великолепная фигура затянута в дорогое светло-бежевое платье по последней моде. Каштановые с рыжиной волосы убраны в сложную прическу, выгодно подчеркивая изящную шейку и открывая аккуратные остроконечные ушки. Одухотворенное лицо тоже было прекрасно, хотя на вкус Каэльаэра, носик мог быть и побольше. И в этой привлекательной обертке пряталась стальная пружина недюжинной воли. Впрочем, как женщина эдлеи Аири толстого альва не интересовала. Ему хватало своих.

— О чем печалитесь, прекрасная девица? — Каэльаэр облюбовал место рядом с фрейлиной Императрицы.

— И вам доброй трети, лорд-наместник, — девушка даже не повернулась. — Печали девушки — ее лишь тайна.

— И не хотелось даже поделиться? — участливо произнес альв. — Внимательный я слушатель. И неболтливый.

— Я рада за вас, эдлер. Вы хотели встречи.

За зеленой стеной послышался едва заметный шорох. Каэльаэр мысленно улыбнулся. Вот и третий участник их беседы. Верный птенец Императора, Сигриниаль, всегда следовал за своей тайной любовью. А может и сама Аири его позвала. Для моральной поддержки. Не важна причина. Все складывается просто замечательно.

— О той печали, что терзает ваше сердце, и птицы знают, песни что поют по утренней росе.

Девушка лишь вежливо улыбнулась, не желая развивать тему. Кремень, а не женщина. У нее отобрали положение, возможности и благосклонность Ворона, а она даже бровью не ведет. Однако совсем уж она удержать лицо не смогла. По крайней мере Каэльаэр увидел то, что хотел. Едва заметная складка между тонких бровей, уголки губ, да и сам взгляд говорили о том, что Аири явно волнует поднятая тема.

— Упорство ваше мне понятно, но суть напрасное оно, — доверительно произнес Каэльаэр. — И сущность вашего разлада с любимым нашим господином необходимо обсудить.

— Вам так нравится копаться в грязном белье бывшей фаворитки Ворона, лорд-наместник? — эдлеи мастерски добавила в чудесное сопрано нотки брезгливости. — Вот уж не ожидала.

— Печальна тема. И впустую ее не стал бы поднимать, когда бы не стояла на кону… — толстый альв сделал драматическую паузу. — Жизнь сюзерена нашего — опоры и надежды.

Проняло. Сквозь ледяную маску высокородной леди проступило беспокойство. А за кустами прекратились и те едва слышимые звуки, которые до сих пор улавливали чуткие уши Каэльаэра. Зелье слуху тоже помогало, хоть этот эффект и был побочным. Так, не думать о зелье!

— Не хотите же вы сказать…

— О нет. Не вы причина, — альв уловил во взгляде Аири подозрение. — Да и не я, вас уверяю.

— Вы тянете нява за хвост, эдлер!

Каэльаэр немного помолчал, наслаждаясь закатом. Убедительно делая вид, что собирается с мыслями.

— Те сведенья, которыми владею, не предназначены досужему вниманию, — печально вздохнул Каэльаэр. — И мучает меня сомнение, достойны ль ушки ваши этих слов.

— Не хотели бы рассказывать — не позвали бы, — тон и взгляд девушки морозил даже содержимое носа. — Эдлер.

Лорд-наместник мысленно поморщился. У Аири была очень неприятная манера излагать мысли. Она с возрастом полностью изжила свойственную всем альвам неторопливую изысканность речи. И это коробило, особенно, когда слышишь подобный низкий стиль от соотечественницы. Ну да ладно, ради дела можно и потерпеть.

— Давным-давно, лет этак два десятка до, почтенный Чтец, что звезды на ладонях держит, изрек послание Эн-Соф, — Аири внимательно слушала. Остроухий во всех смыслах птенец, судя по всему, тоже. — Посланье то открыло тайну, что в граде под острелою цветущей родится дева вскоре. И дева та в своей красе, достигнув совершенства лет, проводником послужит смерти, что Повелителя найдет. И смерть ту обратить не сможет даже душ купель. Ну а семнадцать лет назад оставил Ворон свой Венец, чтоб в земли света словно тать проникнуть и найти ту деву. А затем…

— А затем приезжает с новоявленной Императрицей, — задумчиво проговорила Аири.

На галерею снова опустилась тишина. Каэльаэр наслаждался видами и дышал свежим морским бризом. Эдлеи Аири размышляла.

— Возможно… — осторожно произнесла альва, наконец-то оттаяв. — Возможно вы просто хотите избавиться от Повелительницы…

— В угоду родам высшим? — вопреки ожиданиям Аири, Каэльаэр лишь мягко улыбнулся. — Не ждал я, милая эдлеи, что вы поверите мне сразу. Как у подруги госпожи у вас есть право невозбранно бывать в покоях сюзерена. И там, в рабочем кабинете есть сейф секретный. В нем бумаги, что для правителя важны. А среди них заветное письмо, всего лишь копия со слов почтенного Чтеца. И если краем любопытных, но без сомнения прекрасных, очей эдлеи пробежится по строчкам, покрывающим тот лист, то недоверие ко мне рассеется тот час.

— А оригинал?

— Оригинал тех слов печальных забрал на вечное храненье глава Седьмого Дома, — усмехнулся Каэльаэр.

Понятное дело, что безнаказанно залезть в кабинет главного шпиона Империи, Дана тор Эшеса, не получится. Но и лазить в документах обожаемого Ворона она тоже не может просто так решиться. Все же довольно тяжелое преступление, после которого на ее статус даже не посмотрят.

— И самого Чтеца Звезд не спросить? — девушка все понимала, но продолжала перебирать варианты с завидной методичностью.

Ну да Эн-Соф с ней. Лорд-наместник видел, что альви уже на крючке.

— Столь необдуманный поступок свершить советовать не стану. Почтенного Чтеца как Оррвела тод Праго знают, — спокойно произнес альв. — В итоге Повелитель все узнает, и жизни наши я в медяк не оценю.

— Ну хорошо. Допустим, что вы говорите правду, — сдалась Аири. — У вас есть план?

— Что ж, столь ужасную судьбу, что предначертана всем темным, не мог оставить я без плана, — Каэльаэр оперся на перила, отвернувшись от альвы. Контролировать ее лицо уже не было необходимости. — Увы, но в цитадели этой бессилен я. Все потому, что госпожу, пускай продляться ее годы, уж слишком плотно опекают. Вот если бы она решила однажды в город прогуляться, ведомая печальной думой… И так, чтоб Ворона глаза хоть на мгновенье отвели свой взор, что проникает в душ глубины и средоточье размышлений.

— То есть поссорить их, — догадалась Аири. — А ко мне вы пришли, потому что причиной должна стать ревность, так?

— И вновь вы, милая эдлеи, меня своим умом сразили, — улыбнулся морю толстый альв.

— Сроки?

— Сквозь пальцы утекает время и обратить его никак. И будет хорошо, когда раздор супругов достигнет остроты во дни осеннего приема, что каждый год традиционно проходит в залах Цитадели. Осилите, эдлеи?

— Если возьмусь — то справлюсь, — решительно ответила Аири. — Вы убьете ее?

— И в мыслях не было, прекрасная эдлеи, — обернулся к ней Каэльаэр, и, увидев ее серьезное лицо, добавил. — Когда бы не необходимость, что может наступить внезапно. Поймите верно: «Император — да правит вечно».

— Империя — славься в веках, — прошептала отзыв эдлеи Аири. — Прошу простить меня, лорд-наместник. Меня ждут неотложные дела.

— Треть будет доброй пусть, эдлеи, — попрощался Каэльаэр. — Удача да поможет вам.

Девушка вежливо склонила голову и неторопливо, как и положено высокородной альви, грациозно поплыла к выходу с галереи.

Каэльаэр еще немного задержался на галерее, глядя на далекое море. С одной стороны, нужно было дать возможность мастеру-убийце Императора незаметно покинуть соседний альков и догнать эдлеи Аири. С другой, лорд-наместник старался заняться последним на сегодня делом как можно позже. Такая слабость, не присущая толстому альву, была непростительна. Но уж себе-то Каэльаэр мог признаться, что ему не по себе. Если Ворон мог ощущать эмоции собеседника, когда хотел, то нынешний «партнер» альва мог читать разумных, как открытую книгу. И это откровенно пугало даже видавшего виды лорда-наместника.

Каэльаэр тяжело вздохнул. Без этого сомнительного союзника планы по безвременному умершвлению Императора можно было выбросить в уборную. А потому, сколько не откладывай, а идти придется. Ронове побери! Хм. Ронове? А это мысль!

Наконец толстый альв оторвался от парапета и неторопливо, сознательно отодвигая встречу, вышел с галереи. Путь его лежал через анфилады покоев, где Каэльаэр наслаждался свежим морским воздухом и искусным убранством интерьеров. Вскоре ноги привели его на огромную кухню, что обслуживала всю Цитадель Тир-Небел-Торна.

Слегка пожурив шеф-повара по надуманной причине, лорд-наместник отправился на инспекцию обширнейших винных погребов. Там, найдя хорошо знакомую пыльную многоведерную бочку, что стояла в самом темном углу, аккуратно зашел за нее. Отсюда открывался тайный ход, ведущий в казематы под цитаделью.