Багиев Заур – Осетины молятся стоя (страница 10)
— «Не связывайся с этим г...м! Не стоит о них руки марать!» — раздался чей-то уверенный шёпот сзади. — «Потом устанешь доказывать, что ты не верблюд!»
Скосив глаза, парень увидел светловолосого мужчину плотного телосложения в облегающей цивильной одежде, которую, судя по всему, он носил нечасто.
— «Офицер!..» — мелькнуло в голове Заура. — «Не местный»
Он попытался вырваться из сильных рук, но почувствовал, что сделать это ему будет нелегко. Тогда он спокойно встал, пренебрежительно глядя на вопрошающе взирающего, растерянного дегенерата, оттесняемого от него вдруг очнувшимися от оцепенения пассажирами.
— «Мент, что ли?.. Мент?..»
— «Заяц поганый...» — с ненавистью подумал Заур, всем нутром чувствуя гнилую сущность своего мечущегося оппонента: «Червяк!..»
Трамвай подъехал к остановке и открыл двери. «Отдыхавший» всё это время на ступеньках выхода «герой» мешком вывалился наружу. Ударившись об асфальт, он глухо застонал и стал постепенно приходить в себя. Его напарник, выдворенный людьми из вагона, кинулся к копошащемуся «вожаку» и с суетливой готовностью вассала стал помогать «потерпевшему» встать на то и дело подгибающиеся ноги.
Наконец, частично вернувшись в своё потерянное сознание, «красавец», шатаясь, встал и, оценивая ситуацию, удивлённо вперился взглядом в удерживаемого несколькими пассажирами Заура. Сообразив, что в данной ситуации реальной угрозы для него нет, он решил восстановить своё подпорченное реноме и, преодолевая животный страх, многозначительно прохрипел, вскинув голову:
— «Если кто-то хочет поговорить, то можно и сойти…»
Мгновенно вспыхнув, Заур рванулся было к выходу из трамвая, но, к своему удивлению, сумел только слегка судорожно подпрыгнуть на месте. Не сдаваясь, он попробовал освободиться ещё раз, но мужчина, которого он мысленно определил как офицера, оказался на редкость физически сильным. И хотя держал парня не он один, Заур, самоуверенно убеждённый в том, что если постарается, то сумеет вырваться из рук повисших на нём пассажиров, был неприятно ошарашен результатом своих тщетных стараний. Ещё никогда он не чувствовал такого обескураживающего бессилия. Осознавая, что уступает чужой мощи, парень вдруг вспомнил фразу из любимого мультфильма: «Не говори, что смел — встретишь более смелого, не говори, что силён — встретишь более сильного…» Он успокоился и неподвижно замер, холодно взирая на негодяя, который, чувствуя свою безнаказанность, всё больше и больше распалялся.
— «Ну… Мы ждём!..» — вновь размахивая подобранным с земли ножом, продолжил «вожак», пытаясь придать своему лицу грозное выражение.
Наконец, к всеобщему облегчению, трамвай закрыл двери и, оставив неадекватную парочку на остановке, тронулся по своему маршруту. Сдерживавшие всё это время Заура люди наконец отпустили его. Понимая, что они желали ему только добра, парень никак не отреагировал на их вмешательство в конфликт, а наоборот, ни на кого не глядя персонально, молча кивнул всем в знак благодарности. Только сейчас он вспомнил о сестре и её подруге, которые с округлившимися от пережитого стресса глазами всё это время молча следили за его действиями, не смея вмешаться. И Агунда, и Зарина знали, что Заур не из числа «маменькиных сынков», однако событие, свидетелями которого они только что стали, окончательно изменило их мнение о парне. Теперь они боялись даже просто с ним разговаривать, не то что шутить или дразнить. Едва взглянув на девушек, Заур спокойно подошёл к выходу и стал ждать остановки. Как только двери с шипением открылись, он стремительным прыжком выскользнул из вагона и во всю свою мощь помчался обратно в надежде ещё застать своих недругов на том месте, где они остались. Но, к его великому огорчению, остановка оказалась совершенно пустой. Очевидно, «соперники», предвидя подобный вариант развития событий, сразу поспешили убраться восвояси. Ещё немного пометавшись по сторонам, огорчённый Заур остановился. Простояв некоторое время с пасмурным видом, он зашагал обратно, на ходу волевым усилием пытаясь унять заполняющую его душу злобу.
Агунда и Зарина стояли на трамвайной остановке в окружении многочисленных пакетов и растерянно наблюдали за невесело бредущим к ним по трамвайным путям Зауром.
Подойдя к девушкам, парень виновато вздохнул и, не говоря ни слова, стал навьючиваться лежащими на асфальте баулами. Подобрав все покупки, он оглянулся на своих спутниц и коротко буркнул:
— «Пошли!..»
Уже дома, уловив что-то новое в отношении к нему сестры и её подруги, Заур попробовал весёлыми шуточками вернуть всё в старое русло, но понял, что с этим придётся подождать, поскольку на все его попытки заигрывания с ними девушки оставались отчуждённо-настороженными.
— «Привыкли, понимаешь ли, видеть меня только добреньким, а тут... Да нет, дорогие девочки, не всё так просто...» — думал Заур, наливая на кухне чай. — «Если действительно хочешь что-то изменить в своей жизни, придётся что-то преодолеть и в себе».
Кроме него и девушек в квартире никого не было, поэтому парню был хорошо слышен негромкий разговор за стеной. Подружки приглушённо обсуждали чей-то день рождения и спорили, как лучше приодеться, чтобы выглядеть достаточно презентабельно и при этом не вульгарно. Вникнув в смысл беседы, Заур, отмахнувшись, совершенно перестал прислушиваться к бессмысленному, с его точки зрения, разговору девушек. Он спокойно допил свой традиционный чай, тщательно вымыл чашку и, решив немного отдохнуть перед дорогой, направился в свою комнату. Выйдя в коридор, он неожиданно нарвался на стоящую у трельяжного зеркала Зарину. Девушка, держа заколку в зубах, собирала на затылке волосы, приводя в порядок растрепавшуюся после дневной беготни причёску. Прилаживая непослушные пряди, она увидела в зеркале взгляд Заура и, опустив глаза, замерла. Парень, равнодушно скользнув по ней глазами, уже собрался продолжить путь, как вдруг заметил, что она стоит слишком напряжённо.
Чисто механически он оглянулся на неподвижно стоящую девушку, и их взгляды случайно встретились. Смутившись, Зарина тут же отвернулась, сделав вид, что по-прежнему занимается своей прической, и тряхнув вдруг головой, уронила на плечи свои длинные волосы. В это мгновение Зауру показалось, что его ударили по голове чем-то тяжелым! У него потемнело в глазах! На мгновение он почти потерял сознание, но, собрав волю в кулак, с большим усилием пришел в себя и, не подав вида, решительно прошел в ванную. Тупая боль в сердце жестко сковала его движения, а болезненно сжавшаяся гортань замедлила обычный дыхательный ритм. В зеркальном отражении, пораженный Заур увидел свою любимую – ту самую незнакомку из недавнего сна! Он не помнил, как открыл украшенную узором дверь и вошел в ванную. Ему потребовалась вся его выдержка и сила, чтобы ничем не выдать себя. Он с трудом присел на край ванной, и судорожно вцепился руками в ее бортик, чтобы не упасть на пол без сознания. Он тысячу раз видел Зарину!.. Тысячу!.. Он привык к ней, как к старому дивану в своей комнате, и совсем не воспринимал ее как женщину. Не замечал ни ее стройности, ни миловидности лица, ни покладистости характера… Ничего!.. Девчонка – и девчонка, подруга сестры и все…. И вдруг – она та единственная, та неповторимая…, та, что на всю жизнь!.. Не может быть!.. Заур, с трудом унимая бешеный стук сердца, поднял взгляд к потолку.
— «Это шутка, Господи?..» — спросил юноша и тут же получил ответ в виде бешено заколотившегося сердца и участившегося дыхания: «Нет, какие уж тут шутки!.. Когда шутят, такого не бывает».
Сквозь навалившуюся оторопь Заур вдруг почувствовал, как постепенно наполняется неимоверно радостным чувством и острым желанием раствориться в нём навсегда. Встряхнув головой, он сел на корточки и попытался расслабиться. Совершенно отдавшись тёплому потоку новых ощущений, он наслаждался каждым моментом только что ожившего в его сердце чувства.
— «Эй, ты что там, застрял?.. С тобой всё нормально?» — озабоченный голос сестры резким толчком вернул Заура из охватившего его забытья. Он открыл глаза и поднял голову.
— «Всё нормально, сейчас выйду. Я тут кран поправляю», — с трудом ответил парень, стараясь придать голосу обычное звучание.
— «Мама звонила. Она скоро придёт. Ехать надо, пока светло. У нас всё готово».
— «Иду!» — Заур с усилием встал, встряхнулся и, глухо щёлкнув дверной щеколдой, вышел из ванной.
Подъезжая к стройке, Урызмаг почему-то вспомнил свой вчерашний разговор с супругой перед сном. Немного раздобревшая, но всё ещё стройная Ацырухс, облачаясь у зеркала в ночную рубашку, повернулась к лежащему на кровати супругу и мягко произнесла:
— «Ты чего такой агрессивный сегодня, „хозяин“?»
— «Прости меня, Рыжик… Что-то мне не по себе в последнее время. Настроение какое-то… странное», — натягивая одеяло до самого подбородка, нехотя пробубнил себе под нос Урызмаг.
— «Ну а что случилось-то... бедный ты мой?..»
— «Страшно мне...» — вытянувшись на кровати, не глядя на жену, задумчиво проговорил Урызмаг.
— «Это почему?..» — присев рядом на кровать, Ацырухс удивлённо посмотрела на нахохлившегося мужа.
— «Потому что я не понимаю, что происходит!..»
— «А что такое?..»
— «Боюсь!..»
— «Кого?..»