Б. Истон – 44 главы о 4 мужчинах (страница 40)

Я вцепилась в волосы песочного цвета, которые скоро будут засыпаны песком, и стала целовать его изо всех сил. Я старалась стереть его беспокойство своими губами, языком, пальцами и бедрами, одновременно ввинчиваясь в растущую между нами выпуклость. Кен вскоре начал отвечать мне, схватив меня за задницу и двигая вдоль своего члена, пока мы сдуру не позабыли в порыве страсти, где мы, на фиг, находимся.

Когда я наконец опустилась на него, мне показалось, что меня перенесли на другую планету. Мои органы чувств захлебывались информацией, которая не сочеталась с тем, чем мы занимались, – рев океана в нескольких метрах от нас, запахи соли и водорослей, налет экзотики, который ветер приносил нам откуда-то с дальних берегов Атлантики. Единственным привычным ощущением, за которое я могла ухватиться, было то, как мое тело соединяется с моей второй половиной. Я старалась выжечь его в своем мозгу, пока мое внимание не привлек другой, гораздо более ощутимый ожог.

Полотенце, которое взял Кен для подстилки, было недостаточно широким, чтобы на нем уместились его тело и мои расставленные колени. Так что, когда я начала по нему елозить, мои колени с той же скоростью стали елозить по песку.

Будучи ребенком, я всегда интересовалась, как же это можно сделать стекло из песка. Теперь я знаю как. Это возможно, потому что песок и есть стекло. Тысячи чертовых мелких осколков стекла, сдирающие мою кожу до самых костей.

Сперва я думала, что выдержу. Я сильная. Я не раз принимала участие во всякой деятельности, связанной с БДСМ, причем с принимающей стороны. Я могу перенести легкую боль. Она даже обостряет восприятие.

К черту.

Я вынуждена была остановиться. Если бы я не сделала этого, мне пришлось бы объяснять родителям Кена, почему по возвращении с прогулки домой у меня весь скелет торчит наружу. Я выхватила у Кена из-под головы свернутое полотенце и расстелила махровую ткань у него под коленями, поперек. Пока я вила наше маленькое любовное гнездышко и извинялась за то, что сорвала настрой, голова Кена с разочарованным стуком хлопнулась вниз, и то же самое случилось с его членом.

О нет.

Нет, нет, нет, нет, нет!

Я не могу начинать все сначала! Уже слишком поздно! Мы и так слишком долго тут торчим.

Нет!

Кен, может, и сгибается под натиском обстоятельств, но только не я! Я расцветаю под их напором. И я собиралась довести начатое до конца.

Сперва я подумала, что могу на минутку заняться им, чтобы вернуться в исходную позицию, но, перестилая чертовы полотенца, я умудрилась вляпаться в песок не только коленями, но и обеими руками. Если я дотронусь ими до члена Кена, заражение песком пойдет с эффектом домино, и песок окажется у меня во рту, в вагине и, возможно, в обоих глазах.

Не знаю, была ли это исходящая от океана прана или просто божественное откровение, но что бы там ни было, решение снизошло на меня внезапно. Я сорвала с себя толстовку Кена и свое платье, а сверху, как вишенку в коктейль, швырнула на эту кучу свой лифчик. И оказалась абсолютно голой и трезвой (те два бокала пино гриджио, что я выпила за ужином, превратились в далекое воспоминание) на улице, в общественном месте, причем мои дети спали в нескольких десятках метров от меня.

Где ты, ощущение нереальности, охватившее меня чуть раньше? Пуффф! И его нет! Вместо него остались страх, холод и покалывание мельчайших частиц песка во всех складках тела.

К счастью, мой внезапный стриптиз вызвал у Кена противоположную, но равную по силе реакцию. Не прошло и пары минут, как он фыркнул и содрогнулся во мне, и, хоть я и изобразила в его пользу несколько сдавленных стонов, которые должны были обозначить оргазм, между нами установилось невысказанное понимание того, что я его все же не получила.

Но это было ничего, потому что Кен дал мне что-то лучшее, чем оргазм. Он подарил очередную разбитую фантазию для моей постоянно растущей коллекции.

Понимаешь, Дневник, каждый раз, когда я выясняю, что нечто, по поводу чего я годами пускала слюни, на деле оказывается каким-то кошмаром и никакой радости никому не приносит, я начинаю немножечко больше ценить свою комфортабельную, ванильную жизнь.

И теперь, когда бы мы ни поехали отдыхать, я больше не буду дуться из-за того, что мы не трахаемся на пляже, как подростки. Я предпочту не заниматься сексом на пляже и буду ценить отсутствие песка во всех складках тела.

Может быть, на нашу десятую годовщину Кен наконец подарит мне членство в Клубе На Высоте, о котором я давно мечтаю? Я уверена, что эта фантазия на практике окажется еще более нервной, опасной и разочаровывающей, чем предыдущая, особенно с учетом того, что единственный полет, который мы планируем в будущем году, это переполненный чартерный рейс, летящий – из всех ужасных мест – в Диснейленд!

Жду не дождусь!

39

Адью

Тайный дневник Биби

12 июня

Знаешь, Дневник…

Это было здорово, но, похоже, нам пора прощаться. Я уже неделями не писала тут ни единого слова, и что-то непохоже, что в ближайшее время у меня снова появится такая возможность.

Понимаешь, когда бы в последнее время я бы ни потянулась за своим ноутбуком, мои действия немедленно пресекает один роскошный, сексуально озабоченный мужик с квадратной челюстью и ямочкой на подбородке. Он выглядит и пахнет, как Кен. Давай назовем этого прекрасного незнакомца мубошир. Я-то знаю, что он не может быть моим Кеном, потому что он делает такие вещи, которые мой старый мубот не мог даже произнести.

У него харизма и контроль, как у порнозвезды. Он дерет волосы, шлепает, кусает и доминирует, даже если сам снизу. Скакать на муботе было все равно что насиловать труп, но, когда я оказываюсь верхом на мубошире, мне приходится вцепляться в изголовье до белых костяшек, чтобы вынести то, что я от него получаю. Не то чтобы я так уж часто оказывалась сверху. Меня загоняют в полубессознательное состояние в душе, на лестнице, на диване, на полу в кладовке, на кухонной стойке, так что я лежу на животе, обхватив ногами его за талию и скрестив лодыжки у него за спиной.

И это работает без осечек. Я беру компьютер – меня трахают. Я снова беру компьютер – и меня трахают в четырех разных позициях в трех разных комнатах.

Я была вынуждена дождаться, пока этот мубошир уснет, чтобы прокрасться сюда на цыпочках и написать это! Дневник, у меня невероятный секс! Невозможный! Я бы сказала, страстный.

Страстный! Я сейчас заплачу!

Десять долгих лет я ждала и мечтала, чтобы Кен схватил меня за бедра и вонзился в меня сзади с такой силой и скоростью, чтобы наши тела хлопали друг об друга, и это звучало бы, как несмолкающая овация.

Я прошла по всем пяти стадиям горя и обратно в попытке принять тот факт, что мои дни в роли девы, которую насилует захвативший ее викинг в дамском романе, остались позади. И вот она я, вся здесь, и мою киску на регулярной основе стирает в пыль тот же человек, что неподвижно лежал возле меня все эти долгие годы.

В этом нет никакого смысла! Вот сегодня я кончила так интенсивно, что на несколько секунд провалилась в мягкий, теплый посторгазмический сон, и только потом поняла, к своему стыду, что Кен терпеливо ждал, пока я очнусь, чтобы он тоже мог закончить.

Дневник, меня затрахали до потери сознания!

Я должна быть в восторге! Я должна стереть тебя с лица земли и притворяться, что тебя никогда не существовало! Я должна проводить каждую свободную от детей минуту с ногами, закинутыми за уши, и с цепью, соединяющей мои соски, зажатой у Кена в зубах.

Но я не могу заставить себя перестать. Страстный секс был только одной из моих целей. А как насчет комплиментов? А мое милое прозвище? Моя миссия не выполнена даже наполовину, а как ты уже, наверно, догадался, я ничего не бросаю на полпути. Если уж жопа, то полная.

И, черт побери, Дневник. Я все еще хочу, чтобы Кен сделал эту татуировку!

40

Позорный хокку

Тайный дневник Биби

14 июня

Дорогой Дневник.

Я сегодня написала стих. Я назвала его «Позорный хокку».

Предупреждение: Это типа слезодавилка.

Когда Кен умрет, Проведя со мной всю жизнь, Останется имя на руке.

Ну, это же буквально чертова шекспировская трагедия, а?

Я сочинила его в машине, пока мы с Кеном мотались по делам, и решила прочесть его ему, как битник, пристукивая в такт по панели, как по паре тамтамов. Но Кен только закатил глаза и ничего не ответил.

Вообще ничего, Дневник!

Я тут изливаю ему свое сердце и душу посредством таинственного старинного искусства хокку, а ему даже не хватает совести заметить всю мою боль!

Надо было назвать его «2349 Причина, Почему Кен Козел».

Думаю, пришло время применить тяжелую артиллерию. Если Подсознательная Супружеская Библиотерапия, эротика экс-бойфрендов, прямые намеки и красота поэзии так и не вдохновили Кена на чернила, у меня не остается другого выбора. Я собираюсь применить старейший и самый мощный способ воздействия, известный человечеству (после фенциклидина, конечно) – внушение старших товарищей.

Привет, братья Александер.

41

Кен, какого мяса на завтрак?

Тайный дневник Биби

21 июня

Кен со школьных времен дружит с Девоном и Эйтаном Александер (это те братья, что так зажигали на вечеринке Суперкубка у Джейсона). Все трое негативно влияют друг на друга минимум двадцать лет, так что я решила, что если кто и может заставить Кена принять ужасное решение, то только эта парочка.