Азк – Беглый в Варшаве (страница 33)

«В анусе пострадавшего обнаружено металлическое тело цилиндрической формы. Требуется извлечение.»

— Действуй, — подтвердил я своей командой.

Щадящая операция заняла всего несколько минут. Маленький металлический цилиндр блестел холодным светом, когда робот поместил его в герметичный контейнер. «Друг» пояснил:

«Предмет идентифицирован как подкожный имплантат, используемый в сексуальных практиках.»

Затем, аккуратно и осторожно, использовал технологии Современных Миров для очистки памяти мальчика от всего негатива.

В комнате Юзефа было тихо, и только дыхание мальчика звучало ровно и спокойно, когда пальцы осторожно прикоснулись к виску, завершая последние манипуляции по удалению нежелательных воспоминаний.

Юзеф медленно открыл глаза, его взгляд был ясным, страх ушёл.

— Как ты себя чувствуешь, Юзеф?

— Хорошо. Как будто после долгого сна. Спасибо.

Поднимаясь со стула, я аккуратно поправил одеяло на Юзефе и тихо вышел из комнаты.

В гостиной уже ожидали Инна, Хелена и Януш. Хелена подняла на него тревожный взгляд, тихо спросив:

— Как там Юзеф? Что с ним теперь будет?

Голос звучал спокойно и уверенно:

— С вашим сыном уже всё в порядке. Сейчас его разум чист от случившегося, воспоминаний больше нет. Он проснётся обычным мальчиком, каким был раньше. Только вам теперь предстоит вести себя так, как будто ничего не случилось.

Хелена с облегчением вздохнула, вытирая слезы платком:

— Слава Богу… Спасибо, Костя… Мы в неоплатном долгу перед тобой.

Я устранил последствия случившегося. Но нам нужно решать дальше. Этот человек не должен больше никого тронуть.

Януш выдохнул тяжело и поднял взгляд:

— Если потребуется любая помощь, только скажи. Это теперь наш общий вопрос. Мы готовы идти до конца. Нужно действовать, чтобы это прекратить.

— Действовать будем вместе, — сказала Инна, уверенно обнимая Хелену. — Вы не одни в этой беде.

Инна тихо произнесла, осторожно коснувшись плеча Хелены:

— Нам пора. Вам нужно отдохнуть, и Юзефу тоже.

В этом доме впервые за несколько дней появилась надежда.

Выходя на улицу, снова почувствовал тревожное дрожание интерфейса. Когда дверь «Нивы» закрылась за Инной, мысленно был активирован канал связи с «Другом». Его ответ прозвучал незамедлительно и резко:

«Внимание! Зафиксирована критическая ситуация. Объект наблюдения — отец Джованни — готовится к повторному преступлению. Имеется подтверждение его намерения осуществить половой акт с другим несовершеннолетним мальчиком в ближайшее время. Требуется немедленное решение!»

Сердце забилось быстрее, глаза заволкло тёмной яростью, но голос мысленно звучал хладнокровно и уверенно:

«Немедленно применить аэрозоль, полностью подавляющий сексуальное влечение. Сработать безошибочно и незаметно. Любая угроза здоровью мальчика должна быть исключена!»

Ответ «Друга» был краток и точен:

«Команда принята. Исполняю немедленно.»

«Нива» плавно двинулась по ночным улицам Варшавы. Инна тихо нарушила напряжённое молчание:

— Что случилось? Ты выглядишь очень напряжённым.

Ответ прозвучал мягко и ровно, полностью скрывая внутреннюю бурю:

— Просто устал, день был слишком тяжёлым. Сейчас поедем домой, отдохнём. Завтра поговорим.

Инна кивнула, чуть сжимая мою руку:

— Хорошо. Нам всем нужен отдых. Завтра всё обсудим…

Дом встретил нас привычной тишиной и теплом, которое разливалось от натопленной печки. В течении февраля месяца мной была проведена коренная реконструкция отопления нашей квартиры. Теперь утренняя закладка угля медленно тлела в течении дня, а за час до нашего прихода до нужного уровня увеличивалось поступление воздуха под колосник и уголь начинал гореть интенсивней. Таким образом к нашему приходу в квартире было уютное тепло и запас горячей воды для любых наших нужд.

Инна сбросила пальто и устало опустилась на кухонный стул, перебирая пальцами по столешнице. Было заметно, что случившееся оставило на ней крайне тяжёлый отпечаток.

— Даже не верится, что такое возможно рядом с нами, в городе, который кажется таким спокойным и почти родным, — негромко проговорила жена, не поднимая на меня глаз.

— Понимаю тебя. Такое трудно представить, тем более принять. Поверь мне, будет сделано всё, чтобы это прекратилось раз и навсегда, — ответ ей прозвучал ровно и уверенно, так, что бы у нее не возникло даже малейшего сомнения.

Инна подняла взгляд и спросила с беспокойством:

— Как думаешь, у Юзефа не останется каких-то последствий после проведенной тобой операции? И у меня вопрос: откуда у тебя такая хирургическая квалификация? Я внимательно наблюдала за твоими манипуляциями… Ни одного лишнего движения, ни одной секунды нерешительности… Как это вышло? Ты от меня что-то скрываешь?

— Инна успокойся. Операция была щадящая и максимально безопасная для Юзефа. Главное, мне удалось удалить те воспоминания, которые уже начали ломать его психику. Это главное, а не то, откуда у меня так поразившая тебя квалификация.

Инна чуть кивнула, глубоко вздохнула и поднялась:

— Ладно, пойду в душ, нужно смыть с себя этот день. Если будут новости, сразу скажешь, ладно?

— Обязательно.

Как только она скрылась в ванной, в голове прозвучал тихий сигнал, и голос «Друга», который начал передавать очередной доклад.

«Экстренное сообщение. Объект наблюдения, отец Джованни, после неудачной попытки полового акта с несовершеннолетним мальчиком выгнал его из своей комнаты. Затем им была извлечена кассета формата VHS. Видеокассета воспроизводилась на бытовом видеомагнитофоне. Содержимое записи включает многочисленные эпизоды половых актов с несовершеннолетними, все — с участием самого священника. Видеозаписи сделаны в помещении костела. Анализ „Мухи“ показал наличие нескольких аналогичных кассет в тайнике комнаты священника. Рекомендуется немедленное вмешательство и изъятие компрометирующего материала для предотвращения возможного уничтожения доказательств преступной деятельности объекта».

Внутри сразу закипела ледяная злость. Сознание словно зацепилось за каждое слово доклада, стараясь не пропустить ничего.

— Объект наблюдения ввести в состояние естественного сна до утра. Начать немедленное копирование и создание резервных копий всех видеоматериалов которые есть в его апартаментах. Досканально изучить все найденные материалы. Организовать круглосуточный их мониторинг. При малейшей попытке уничтожения записей или скрытия их вне костела — принять меры по нейтрализации, — мысленно скомандовал «Другу».

«Приказ принят и выполняется. Дополнительные „Мухи“ уже переброшены и активированы. Копирование, сохранение и анализ всех обнаруженных материалов начат».

На душе стало немного спокойнее, хотя до полного душевного равновесия было ещё далеко. Вернулась Инна, волосы ее были влажными, на лице появилась лёгкая улыбка.

— Новости? — спросила она, всматриваясь в моё выражение лица.

— Пока нет. Но, кажется, есть то, что поможет нам поставить точку в этой мерзости.

— Как?

— Боюсь сглазить душа моя…

Она приблизилась и мягко положила ладонь на моё плечо:

— Тогда действуй Костя. Доведи это дело до конца.

Глава 27

Через день после истории с Хеленой и её сыом на лестничной клетке кто-то оставил в нашей двери связку цветов — мелкие синие ирисы, перевязанные шерстяной ниткой. Без записки, без объяснений. Инна улыбнулась, мол, кто-то благодарит. Я же насторожился.

Спустя пару часов «Друг» подал сигнал: перехвачены разговоры, на которые стоило обратить самое пристальное внимание.

Всплывшая звуковая дорожка начиналась со звонкого девичьего голоса Хеленки:

— … я говорю тебе, он просто волшебник! Юзефу стало легче уже через десять минут, и это не сказки, я сама все видела! Этот русский парень, ну то есть советский, но не похож на других. Не как у них принято — строгий и отстраненный. Он тёплый, такой… необычный.

— Ты уверена, что сказанное тобой можно рассказывать? — осторожно спросила собеседница, голос который был мне не известен.

— Я же не даю фамилий! Просто… если кому-то нужно, то пусть знают. Хороший врач под боком, это важно! Только аккуратно. Такие люди не должны оставаться в безвестности.

«Друг!, удалось установить с кем разговаривала мать Юзефа?»