Айя Субботина – Запретная близость (страница 17)
— Неужели упал потолок? — не могу сдержать иронию, прокручивая ладони на руле до легкого скрипа.
— Хуже! Приехали электрики! Они спрашивают, где делать розетки, представляешь?! А я откуда знаю, где их делать?!
Я на секунду прикрываю глаза и тянусь за сигаретой. Достаю ее из пачки губами, бросаю обратно, прикуриваю, выпуская дым в окно, за которым — бескрайние изумрудные поля.
Розетки. Блядь, розетки. Я только что ворочал делами на сотни тысяч долларов, а теперь должен все бросить и ехать решать, где будет стоять торшер.
— Надя, вызови дизайнера. Для этого мы ее и наняли.
— Она здесь! — тут же начинает жаловаться жена. — А она сказала, что по утвержденному плану, нужно делать справа на стене, внизу, развязку какую-то. Я ей говорю, что хочу там повесить неоновую картину, а она мне про какую-то «концепцию» и «симметрию».
Воображаю лицо этой святой дизайнерши в тот момент, когда моя жена заявила про «неоновую картину». Даже у меня, человека абсолютно далекого от отделки и мебели, едва не хлынула кровь из глаз. А они с Надеждой уже как-то целых две недели работают — рекорд. Правда, жена говорила, что они типа знакомы? В последнее время я слушаю ее вполуха.
— Надь, она дизайнер, и если она говорит, что розетка должна быть там — просто послушайся.
— Но я хочу, чтобы ты посмотрел! — ноет жена. — Ты же хочешь, чтобы мы доделали ремонт? Это же твой дом!
«Это же твой дом» она произносит как обвинение — до сих пор не может простить, что он оформлен на мою мать. Хотя квартира — на нее, и ее машина — тоже на нее. И еще солидный счет в банке, на который я регулярно кладу деньги. Когда мы разведемся — она уйдет от меня богатой женщиной со своей жилплощадью.
— Ладно. — Я сдаюсь. Спорить дольше. — Буду через час. Надь, ты у врача была?
— Я ищу хорошего! Не хочу идти к кому попало! — Она злится, когда завожу об этом разговор, хотя я реально не вкуриваю, в чем проблема. Это же типа… ну, и мой ребенок тоже, я хочу быть уверен, что с ним там все в порядке. — Мне посоветовали одну женщину, она лучшая в городе, но к ней запись на месяц вперед.
— Сходи просто на осмотр.
— Я не хочу «просто», Руслан. Я хочу — идеально!
Идеально. Ее любимое слово.
Говорю короткое «ок» и бросаю телефон на сиденье. Меня не покидает странная чуйка, но я стараюсь на ней не зацикливаться — беременность, гормоны шалят, наверное, это нормально, что Наде важно пройти все это как-то по-особенному.
Я подъезжаю к дому, докуриваю в пару глубоких затяжек и захожу внутрь.
Здесь уже кое-что изменилось — как минимум вдоль стен стоит какая-то запакованная в полиэтилен хуйня и ящики с плиткой. Со второго этажа раздаются голоса — Надя, какая-то женщина и несколько мужских, в которых я угадываю характерную интонацию давно не получавших пиздюлей работяг. Я обеими руками «за» рабочий класс и сам не стыжусь пачкать ноги и руки, но иногда эти деятели забывают, что музыку заказывает тот, кто платит, а не наоборот.
Поднимаюсь по временной лестнице — основная будет в центре, там уже даже разметка есть. Надя стоит ко мне спиной, в центре будущей спальни. Рядом с ней — женщина. Видимо, это и есть дизайнер, жена Серёги — замечаю в ее руках рулетку и планшет.
Она стоит вполоборота, я вижу только ее профиль и темные, собранные в небрежный пучок волосы. На фоне одетой в длинное, волочащееся по грязному полу платье Нади, белая рубашка и простые джинсы дизайнерши делают ее похожей на старшеклассницу.
— …поэтому основной блок розеток логичнее разместить здесь, — говорит она, указывая на стену. — Это не нарушит чистоту линии и будет функционально.
Она поправляет волосы и поворачивается.
Ее взгляд встречается с моим.
Время останавливается.
Блядь.
Пиздец, мой член в джинсах напрягается просто от того, как она на меня смотрит — со смесью узнавания, боли и ледяного абсолютного ужаса.
Планшет выскальзывает из ее ослабевших пальцев и с оглушительным треском падает на бетонный пол.
А Надя, ничего не заметив, летит ко мне навстречу, обнимает и клеймит красным следом от помады на щеке.
— Руслан, ну слава богу! Кстати, знакомься, это — Сола, наш дизайнер, моя старая подруга и просто волшебница!
Сола.
Ее имя капает на мои раскаленные добела нервы как вода — заставляя внутренности шипеть и пульсировать от боли.
Потому что она, блядь, не просто наш дизайнер.
Она еще и Серёгина жена.
Пиздец.
Глава восьмая: Сола
Мир, который я так старательно пыталась склеить все последние недели, разлетается вдребезги.
«Руслан», — зачем-то повторяю в своей голове его имя. Снова и снова, гоняю по закоулкам памяти, как шарик в автомате, пытаясь вытолкнуть из себя хоть как-нибудь, но окончательно теряю в этих запутанных лабиринтах.
Его зовут Руслан.
Он муж моей подруги детства.
Он партнер моего мужа.
Он — мой случайный любовник.
Эти три факта сталкиваются в моей голове, вызывая короткое замыкание.
Его голубые глаза беззастенчиво шарят по моему лицу — настолько очевидно, что мне кажется, одно только это тянет на безобразную сцену ревности в Надином исполнении. Но она, слава богу, ничего не замечает, слишком увлеченная тем, что оставляет на его щеке жирный след от помады.
Так… по-собственнически.
Я стою, не в силах пошевелиться и даже дышать.
Смотрю на него, он смотрит на меня, и в этой безмолвной дуэли взглядами — весь наш грязный, уродливый секрет.
— Я же говорила, что он на медведя похож, — слышу голос Нади буквально возле уха, выплывая из гипнотического транса. Когда она подошла так близко? — Не бойся, Русланчик не кусается, но иногда рычит. Правда… в другой обстановке.
Она подмигивает, недвусмысленно намекая на то, от чего у меня перехватывает горло.
В мыслях проносятся наши обычные женские разговоры за бокалом вина — пару раз мы вместе ужинали, еще несколько раз Надя приезжала сюда с доставкой из ресторана.
Я эти «реально вот столько» до сих пор между ног чувствую.
Господи, если срочно не начну двигаться и говорить, то просто умру на месте.
— Рада знакомству… Руслан. — Мой голос звучит так, будто его пропустили через мясорубку.
Кажется, что вот тут уже точно край — Надя сейчас закатит сцену — безобразную и абсолютно заслуженную. Но она отплывает от меня обратно на половину мужа.
Протягиваю ладонь для рукопожатия — я всегда так делаю, это часть моего «профессионального ритуала».
Только через мгновение понимаю, что совершила огромную, непростительную ошибку.
Потому что незнакомец — Руслан, боже, он теперь «Руслан»! — делает шаг вперед и пожимает ее в ответ.
Его ладонь — огромная и горячая, она полностью «проглатывает» мои пальцы.
Знакомо… шершавая.
Прикосновение длится ровно столько, сколько положено по этикету. Но для меня ощущается ударом тока смертельной силы.
— Рад знакомству, Сола, — говорит он голосом, который из моей памяти не смогли вытравить даже врубленные на всю катушку рокеры в наушниках.
Я отдергиваю пальцы, как от огня, надеясь, что это принесет хоть каплю облегчения.