Айви Эшер – Орден Скорпионов (страница 84)

– Какого хрена? – Я с силой бью Тарека по спине, но он даже не вздрагивает.

Зная этого грубияна, могу поспорить, что ему это нравится. Я упираюсь в его мускулистые плечи и приподнимаюсь, пока не встречаюсь глазами с двумя «скорпионами», следующими за нами. Я бросаю на обоих угрожающий взгляд, но, видимо, мое «Вам обоим крышка!» где-то потерялось. Потому что в ответ Риалл лишь усмехается, а Курио нахально ухмыляется.

– Опусти меня! – рычу я, а Тарек вносит меня в свой кабинет.

Вдоль стен стоят темные шкафы, заполненные книгами и различными артефактами. Сбоку – большой мрачный письменный стол из какого-то дерева – не могу определить какого. Огонь потрескивает в большом камине, словно приветствуя хозяина. У камина стоят длинный диван и два кресла. У дальней стены – коллекция бутылочек и флакончиков, а в центре этой экспозиции – высокая таинственная дверь. Все пространство кабинета пропитано теплом и мужской энергетикой, везде темное дерево и ткани насыщенного зеленого цвета. Здесь очень чисто, все разложено по полочкам, пахнет потертой кожей, эльфийской сталью и магией. А еще повсюду тут пахнет Тареком.

– Если ты не отпустишь меня прямо сейчас, я…

– Что – ты? – спрашивает с издевкой Тарек и ставит меня на ноги возле камина.

Я собираюсь что-то сказать, но стоило мне посмотреть Тареку в глаза, как я замолкаю. В его взгляде я вижу, что он не слишком верит в мои угрозы. Но на самом деле я не ожидала, что он мне уступит, и я тут же задаюсь вопросом: а что я вообще собиралась сделать? Ударить его? Пролить кровь? Признаться ему, что какой-то части меня нравится такое обращение?

Я отмахиваюсь от этих мыслей и игнорирую пристальный взгляд Тарека, призывая на помощь свой гнев.

Но что меня сейчас больше злит – поведение Тарека или собственные чувства? Этого я не могу сказать.

– Ты не имеешь права! – шиплю я, но Тарек подходит ближе, его грудь касается моей слишком откровенно, и весь мой гнев тут же гаснет. – Кем ты себя возомнил? – восклицаю я, цепляясь за собственное возмущение мертвой хваткой и отказываясь признать, что близость Тарека творит с моим телом.

– А кем ты себя возомнила? – парирует он, но его голос звучит и вполовину не так нервно, как мой. Он снова спокоен, холоден и собран, и я не знаю, хочу ли я сейчас видеть его таким, или мне нужно сделать что-то, что разрушит его спокойствие. – Ты могла пострадать, или случилось бы что-то похуже. Это неприемлемо – и я говорю за всех сейчас.

Он это серьезно?

Риалл и Курио с высокомерными минами проходят в кабинет, один опускается в кресло, другой – на одну половину дивана. Оба выражают свою молчаливую поддержку нелепому заявлению Тарека: Курио приподнял бровь, а Риалл один раз кивнул в знак согласия и заерзал, устраиваясь поудобнее.

Мой взгляд мрачнеет, и Риалл поднимает ладони, словно говоря: «Ну что я тут могу поделать?», а Курио изобразил раздражающе симпатичную полуухмылку – он всегда так улыбается, когда хочет показать, что он с чем-то не согласен.

Я хмыкаю и вновь поворачиваюсь к Тареку.

– Ты что, забыл, как мы впервые встретились? – спрашиваю я язвительно. – Что вообще там было безопасного? Но тебе тогда было плевать – почему же сейчас все изменилось? – Я говорю это все, но сама не понимаю, имею ли я в виду кабинет Дорсина или Приют.

– Потому что мне… нам не плевать, – поправляется Тарек, его глаза оглядывают мое лицо в поисках чего-то.

Я скрещиваю руки на груди и качаю головой.

– Я – обученный убийца, Тарек, с оружием или без. У меня иммунитет к основным ядам, и если все остальные способы убийства окажутся провальными, у меня есть тура, и она мне поможет.

– У тебя иммунитет не ко всем ядам, Осет, и ты еще не испробовала все свои способности, – возражает Тарек.

Мой гнев достигает точки кипения, и я сжимаю и разжимаю пальцы, пытаясь не потерять контроль над собой.

– А кто в этом виноват? – рычу я, прижимаясь к его груди еще ближе, и борюсь с желанием пихнуть его. – Ты твердишь о том, что могло случиться на охоте с Икон, но ты даже не пытался подготовить меня к тому, что там будет! – огрызаюсь я и обвожу рукой его кабинет.

Риалл разворачивается в кресле, Тарек хмуро смотрит на меня, но по его жесткому взгляду я вижу: он точно знает, о чем я говорю.

– Я ничего не знаю о туре или о том, что так, в общем, называют способности фейри. Я понятия не имела, как трудно будет ориентироваться в толпе, или как я могу там перенапрячься, насколько мне будет сложно просто находиться в этом мире. Вы трое говорили, что поможете мне, если я останусь, но мне нужно больше, чем еда и тренировки, и вы это знаете! Не смейте читать мне лекции о безопасности, когда вы не делаете всего того, что обещали, хотя я осталась с вами.

В комнате становится тихо, и я готовлюсь к волне оправданий и обвинений, которая, я уверена, накроет меня сейчас.

Тарек неотрывно смотрит мне прямо в глаза, и с каждой секундой мне становится все более некомфортно. Во мне поднимается раздражение, но я также отлично осознаю, насколько близко мы находимся.

Я чувствую ровное дыхание Тарека на своей груди, вижу темно-синее кольцо его радужки, этот же цвет тонкой полоской проступает сквозь кристально-голубой, отчего его глаза кажутся еще более яркими и неземными.

Если бы я приподнялась на цыпочки, наши губы встретились бы. Мне следовало бы жестко припечатать его взглядом и сосредоточиться на всех тех обидах, что Тарек нанес мне, но все, что я могу сейчас, – это думать, каково это – поцеловать его?

– Ты права, – соглашается наконец Тарек, я открываю рот, готовая вновь начать плеваться ядом и спорить, но тут до меня доходит смысл его слов.

Я смотрю на него, от шока у меня отвисла челюсть – я не знаю, что делать и что говорить. Не ожидала, что он поведет себя так… разумно.

Я рассматриваю Тарека, и мне приходится признать – я совсем не знаю его. Раньше я представляла его любителем все контролировать, жестоким и воинственным. Но за все время, что я здесь, я ни разу не видела подобных проявлений. Неприятно это говорить, но, возможно, я ошиблась в нем. Может, я ошиблась в них.

Тарек отступает назад и проводит пальцами по волосам, темно-каштановые пряди тут же падают как нужно, обрамляя его лицо, – будто даже они не хотят с ним спорить.

Я чувствую одновременно облегчение и разочарование – мне не нравится, что он отошел от меня. И я внутренне ору на себя и бью по щекам, чтобы вырваться из мрачного, томного, сексуального влияния этого фейри.

– Ты права, – повторяет Тарек. – Я надеялся, что мы узнаем больше о тебе, прежде чем погрузиться в изу-чение твоей туры. Риалл пытался отследить потомков последней известной женщины-сангвинны, а я – сопоставить их с фейри, которые могут ходить в тенях.

На моем лице, очевидно, появляется замешательство, и Тарек быстро продолжает:

– Мы надеялись, что, если соединить твою туру с соответствующими записями, то у нас появится подсказка – мы выясним, кто ты и откуда. Но эти знания помогут также тебе и нам лучше ориентироваться в твоих. Двух совершенно одинаковых тур нет. Например, каждый из нас умеет ходить в тенях, – Тарек жестом указывает на Курио и Риалла. – Но Курио – самый сильный в этом. Тура Риалла работает лучше, когда речь идет о больших расстояниях, а не о коротких прогулках, а моя проявляет себя, когда я иду вместе с братьями. Как будто моя тура может питаться чужими способностями и становиться сильнее. Различия могут быть почти незаметны, но они очень важны.

– Со временем мы поняли, что целые поколения фейри, несущие в себе определенные туры, часто имеют схожие сильные или слабые стороны одной и той же способности, – говорит Курио, и Тарек кивает.

– Исследовать туру может быть опасно. Я надеялся, что у нас появится более четкое представление о том, что ты умеешь делать, прежде чем мы начнем исследовать твою туру, – продолжает Тарек.

– Хорошо, – соглашаюсь я. – Но почему нельзя было сказать мне об этом с самого начала?

Тарек вздыхает и прислоняется спиной к огромной каминной полке.

– Ты нам не доверяешь. Что вполне понятно, учитывая обстоятельства, – спешит пояснить он. – Но я беспокоился, что, стоит нам заговорить об этом, ты захочешь проверить свои возможности, узнать, где твой потолок, – или ты не поверишь нам, если мы скажем, что с этим надо повременить. Не поймешь, почему мы хотим отложить этот вопрос. Я не хотел, чтобы ты подумала, будто мы специально пытаемся затормозить твой прогресс. Поэтому я решил вообще ничего тебе не говорить, а подождать, пока мы не найдем всю нужную информацию.

– Мы, – поправляет брата Риалл. – Мы обсудили все и решили, что будет лучше сосредоточиться на том, чтобы помочь тебе адаптироваться и поправить твое здоровье, а только после разбираться с твоей турой. Это решал не только Тарек.

Я смотрю на них, и к раздражению из-за того, что они принимают и защищают свои решения вместе, примешивается капелька уважения. Я должна быть в бешенстве, меня должно оскорблять то, что они все обсудили без меня, хотя вопрос этот касается меня напрямую, но я не могу отрицать, что их опасения могли быть оправданны. Есть большая вероятность, что я действительно бы им не поверила. И они правы насчет того, что я большую часть времени просто старалась свыкнуться со своей новообретенной свободой, что вообще не думала о своих способностях. И только сегодня Икон мне о них напомнила и сказала, что я должна узнать о них побольше.