Айрис Сорель – Катаклизм сознания (страница 5)
— Архив? — Аэлита нахмурилась. — Что за игра в загадки? Скукота!
Она толкнула дверь. Та скрипнула, будто давно не открывалась, и впустила её в полутёмный холл. Воздух здесь был густым, словно пропитанным пылью веков. На стенах висели фотографии, на которых изображены лица людей, застывшие в разных эмоциях: смех, страх, удивление.
В центре комнаты стоял стол. На нём старый проектор и стопка плёнок.
— Это что, музей? — пробормотала Аэлита, подходя ближе.
Она взяла одну плёнку. На этикетке номер: «Отголосок #457. Дата: 20 июня 2070 года».
Не раздумывая, она вставила плёнку в проектор.
Экран вспыхнул.
Перед ней развернулась сцена:
Улица. Вечер. Люди спешат домой, их тени длинные, как чёрные стрелы. В кадре — женщина с ребёнком. Они смеются, ребенок тянет её за руку:
— Мама, смотри, звёзды!
Женщина поднимает голову. На её лице теплая улыбка.
Но вдруг…
Небо темнеет. Воздух дрожит. Люди замирают на полушаге — как куклы.
И тогда появляется...
Тень. Не существо — просто сгусток тьмы, который движется сквозь толпу, касаясь лбов, плеч, рук. Каждый, кого она касается, становится неподвижным. Их глаза пустеют, кожа бледнеет, словно жизнь высасывается в один миг.
Женщина с ребёнком тоже замирает. Ее улыбка застывает, превращаясь в маску.
Экран гаснет.
Аэлита отшатнулась.
— Это… Это было тогда, — прошептала она. — В день, когда всё изменилось. Вероятно… Очередная подсказка…
Она почувствовала, как по спине пробежал холодок. Это запись. Запись катастрофы, которая превратила мир в Эхо‑Зону.
— Так вот что такое «Отголоски», — произнесла она вслух, пытаясь унять дрожь в голосе. — Это… Повторы. Фрагменты прошлого, которые можно увидеть, изменить…
Она вспомнила описание геймплея:
— Значит, если я вмешаюсь… — она сжала кулаки. — Я могу что‑то исправить? Или только сделаю хуже?
В этот момент проектор щёлкнул. На экране появилась новая надпись:
Доступ к Ядру Эхо: 30 %.
Для активации Резонанса требуется жертва: 1 воспоминание.
Аэлита замерла.
— Опять эта цена… — она стиснула зубы. — Ну уж нет. Я не буду платить за ответы.
Она огляделась, и её взгляд упал на полку с картриджами. Маленькие, блестящие, с надписями: «Память #12», «Воспоминание #87»…
— Если память здесь и есть ресурс, — пробормотала она, — значит, её можно взять.
Она протянула руку к одному из картриджей.
В тот же миг дверь за её спиной скрипнула.
— Не советую этого делать, — раздался голос.
Аэлита резко обернулась.
На пороге стоял мужчина. Высокий, с седыми висками и глазами, которые казались слишком знакомыми для этого мира.
— Кто вы? — резко спросила она, отступая на шаг.
Он улыбнулся. Не дружелюбно, а как человек, который видит всю картину, а ты в ней лишь маленькая деталь.
— Я тот, кто может помочь тебе понять, что здесь происходит, — сказал он. — Но сначала ответь: зачем ты здесь, Аэлита? И почему?
Она сжала картридж в ладони.
— Чтобы найти сестру, — ответила она твёрдо. — И вернуться...
Мужчина кивнул, будто ожидал именно такого ответа.
— Тебе придётся сделать выбор, — произнёс он.
Аэлита почувствовала, как внутри неё что‑то дрогнуло.
— Какой выбор? — спросила она.
— Уничтожить Ядро Эхо, — сказал он тихо. — Или присоединиться к «Мнемос».
Тишина.
Только тиканье часов на стене — звук, который здесь казался слишком реальным.
Аэлита глубоко вдохнула.
— Мое задание: спасти сестру, — повторила она. — А потом решу, что делать дальше.
Мужчина усмехнулся.
— Смело. Но помни: в Эхо нет пути назад. Каждое решение — это шаг в бездну. Ты не должна была возвращаться…
Он протянул ей руку.
— Пойдём. Я покажу тебе, где искать ответы.
Аэлита колебалась.
Но потом она шагнула вперёд.
— Ведите, — сказала она. — И надеюсь, вы не лжёте.
Они вышли из архива.
Город вокруг них все еще мертвый, как перед бурей.
Где‑то вдалеке мерцало кровавое небо. Свет, который манил и пугал одновременно.
Аэлита замерла, всматриваясь в лицо мужчины.
Он стоял спокойно, руки в карманах, взгляд — ровный, будто они и правда встречались рань ше. Но это было невозможно. Она никогда не видела его. Ни в реальности, ни в игре.
— Вы… Знаете меня? — спросила она, стараясь, чтобы голос не дрогнул.
Он слегка склонил голову, словно оценивая ее реакцию.
— А как ты думаешь? — его тон был мягким.
Аэлита продолжала сжимать пальцы на картридже.