Айрина Лис – Ведьма из Унылбурга (страница 7)

– Именно, – кивнул Морт. – Поэтому все боятся. Каждые сто лет паника, скупка амулетов, очереди в канцелярию. А потом Инспектор приходит и забирает тех, кто не успел.

– И никто не пытался его убить?

– Его нельзя убить, – ответил Морт. – Он не живой. Он – воплощение порядка. Можно только договориться. Но для этого нужно знать все лазейки в законе.

Мы с Мортом переглянулись. В его пустых глазницах, как ни странно, читалась мысль.

– Леди Зоя, – сказал он медленно. – Вы, говорят, менеджер? Это как-то связано с бумагами?

– Не просто связано, – усмехнулась я. – Я двенадцать лет работала с отчётами, налогами, накладными и прочей бюрократией. Я знаю такие лазейки, о которых ваш Инспектор даже не догадывается.

Морт и Клара переглянулись.

– Леди Зоя, – прошептала Клара. – Вы посланы нам небесами.

– Или степлером, – поправила я. – Но суть та же.

После завтрака Клара повела меня на экскурсию по замку. Мы обошли главный зал (огромный, с портретами грустных предков Конрада), оружейную (мечи, топоры и один странный арбалет, который, по словам Клары, стрелял проклятиями), библиотеку (там Филимон-привидение как раз ругал кого-то за пыль на книгах) и даже подвал, где в темноте что-то ворочалось и вздыхало.

– А это что? – спросила я, с опаской косясь на тёмный угол.

– А, это старый дракон, – отмахнулась Клара. – Спит уже лет пятьдесят. Храпит иногда, но не буди, пожалуйста. Он злой с похмелья.

– У драконов бывает похмелье?

– У всех бывает, – философски заметила Клара.

Мы поднялись обратно, и я уже начала привыкать к серому свету, льющемуся из окон. В нём было что-то умиротворяющее. Как в пасмурный день, когда можно закутаться в плед и никуда не идти.

– А где лорд Конрад? – спросила я.

– Работает, – вздохнула Клара. – Он всегда работает. У него знаешь сколько дел? Тайная стража, демоны, налоги, отчёты перед королём, ещё и попаданки. У него ни минуты покоя.

– А синяки под глазами у него всегда такие?

– Всегда, – подтвердила Клара. – Это проклятие рода. Говорят, его прадед обидел ведьму, и теперь все мужчины в роду носят эту метку. И спать нормально не могут. Конрад, бедный, вообще не спит почти.

– Как не спит?

– Часа два-три в сутки, не больше. И то урывками. Я ему на ночь молоко с мёдом ношу, травы завариваю успокаивающие. Помогает, но не сильно.

Я задумалась. В моём мире начальники тоже не спали, но там это было от жадности или паранойи. А тут – от проклятия. Разница существенная.

К вечеру я вымоталась так, будто разгрузила вагон угля. Клара показала мне ванную комнату (с огромной чугунной ванной на львиных лапах и водой, которая грелась сама собой, магией), и я с наслаждением отмокала в горячей воде, разглядывая пузырьки.

Из пузырьков иногда складывались мордочки и подмигивали.

Я решила не обращать внимания.

Вернувшись в голубую комнату, я застала Сёму в приподнятом настроении.

– Зоя! – зашептал он из-под кровати. – Ты где была? Я скучал! Клара заходила, пыль вытирала, я с ней поболтал. Она хорошая. Сказала, что ты теперь у нас надолго?

– Не знаю, Сёма, – честно ответила я, усаживаясь на кровать. – Пока не знаю.

– А чего тут знать? – удивился он. – Оставайся. Тут весело. У меня пыли много, я могу показать коллекцию. У меня есть пыль с прошлого века, с тех пор, как тут ещё солнце было. Она золотистая, красивая.

– Потом как-нибудь, – улыбнулась я.

Я легла на кровать и уставилась в потолок. День был безумный. Столько информации, столько новых лиц (и не лиц). Лорд Конрад с его вечной усталостью. Клара с её магической стряпнёй. Морт со скрипучими костями и любовью к сплетням. Филимон-зануда. Огневики. Дракон в подвале.

И Сёма под кроватью.

– Сёма, – позвала я.

– А?

– А что ты думаешь об Инспекторе Вечности?

Под кроватью наступила тишина. Потом Сёма ответил, и в его голосе впервые за всё время не было обычной весёлости:

– Страшно, Зоя. Очень страшно. Я тень, меня вроде не видно в реестре, но вдруг? Вдруг и меня сочтут за какое-нибудь нарушение? Я же пыль собираю без лицензии.

– Для сбора пыли нужна лицензия?

– А ты думала? Всё, что движется, должно быть зарегистрировано. А я движусь. И дышу. И разговариваю. Наверное, я нарушаю кучу правил.

Мне стало жалко его.

– Не бойся, Сёма. Я что-нибудь придумаю.

– Правда? – В темноте зажглись жёлтые глаза. – Ты правда поможешь?

– Правда.

– Тогда я с тобой навсегда! – обрадовалась тень и засопела от счастья.

Я улыбнулась. Странно, но этот маленький разговор с тенью согрел мне душу больше, чем ванна с магическими пузырьками.

За окном серело серое небо, превращаясь в серый вечер. Где-то в замке перекликались привидения, Морт скрипел костями, разнося ужин, а Клара напевала песенку без слов.

Я закрыла глаза.

Три месяца. Девяносто дней. Две тысячи сто шестьдесят часов.

Справится ли обычный менеджер из офиса «Скрепка-Супер» с ведьмовством, бюрократическим кошмаром и инспектором, который забирает души?

Понятия не имею.

Но, чёрт возьми, попробовать стоит.

– Сёма, – шепнула я в темноту.

– А?

– Завтра начинаем учиться колдовать.

– Ура! – завопила тень и от радости заколыхалась так, что задрожала кровать.

– Тихо ты, – засмеялась я. – Спать давай.

– Сплю, – послушно сказал Сёма и затих.

Я повернулась на бок и посмотрела на серый лунный свет, падающий в окно.

Интересно, что Барсик сейчас делает? Наверное, спит на моей подушке и радуется, что меня нет. Предатель.

Ипотека… интересно, в Тоскливом Доле есть ипотека? Если нет, то это уже плюс.

С этими мыслями я и провалилась в сон.

Без сновидений. Крепкий, спокойный, какой бывает только после очень длинного и очень странного дня.

ГЛАВА 2: Сёма и другие обитатели

Утро в Тоскливом Доле начиналось не с кофе.

Оно начиналось с Сёмы.