Айрина Лис – Вдова в приданое, или "Здравствуй, я ваша смерть" (страница 21)
— И что же вы можете мне предложить, Лорд Грейсон? — спросила она ровным голосом. — Кроме руки, разумеется.
Я улыбнулся. Улыбка у меня отрепетированная — сладкая, но с холодком. Она должна была растопить лёд.
— Всё, что пожелаете, моя дорогая. Золото, драгоценности, наряды, слуг. Вы будете жить в роскоши, в моём замке, который гораздо уютнее этого… мрачного места. У вас будет всё, о чём только может мечтать женщина.
Я ждал, что её глаза загорятся. Все женщины мечтают о роскоши. Все хотят золота и нарядов. Эта… эта лишь усмехнулась.
— Золотая клетка с видом на эшафот, — произнесла она. — Я правильно понимаю?
Я поморщился. Какая грубая метафора. Хотя, по сути, верная. Но кто ей сказал про эшафот? Неужели Вивиан? Или Рэйвен? Я снова сжал трость.
— Зачем же так грубо? Клетка — да, золотая. Но эшафот… это для тех, кто нарушает правила. А вы, я уверен, будете послушной женой.
Я снова улыбнулся, на этот раз добавив в улыбку толику снисхождения. Послушной женой. Все они в итоге становятся послушными. Рано или поздно.
Она подалась вперёд, и в её глазах промелькнуло что-то опасное. Я насторожился.
— Хорошо, Лорд Грейсон, — сказала она. — Раз уж вы делаете мне предложение, позвольте задать несколько вопросов. Чисто деловых.
Деловых? От женщины? Я приподнял бровь, но кивнул. Пусть поиграет.
— Слушаю.
— Первое: пенсионные отчисления. Вы будете их делать? У меня, знаете ли, стаж уже приличный, хоть и в другом мире. Хотелось бы уверенности в завтрашнем дне.
Я нахмурился. Пенсионные отчисления? Что за чушь? Я никогда не слышал такого термина. Может, в её мире это что-то важное, но здесь… здесь женщины не работают и не получают пенсий. Они живут за счёт мужей. Я открыл рот, чтобы уточнить, но она уже задала следующий вопрос.
— Вопрос второй: больничный по уходу за кошкой НДС. Он предусмотрен? Кошка — существо капризное, может заболеть. Мне нужен будет отпуск для ухода за ней.
Я почувствовал, как кровь приливает к лицу. Кошка! Она говорит о кошке! О фамильяре Рэйвена! И она хочет, чтобы я, Лорд Грейсон, преемник Верховного Инквизитора, оплачивал ей отпуск по уходу за этой тварью?! Моя рука, сжимающая трость, побелела.
— Кошка?! Вы шутите?! Какая кошка?! При чём здесь…
— НДС, — перебила она, и в её голосе не было ни капли шутки. — Налог на Добавленную Скверну. Фамильяр Лорда Рэйвена. Она, знаете ли, привязалась ко мне. И я несу за неё ответственность.
При упоминании имени Рэйвена я невольно вздрогнул. Рэйвен. Мой главный соперник. Существо, которое стоит у меня на пути к абсолютной власти. И эта женщина, которая должна была стать моей женой по Закону Вдовьего Бремени, уже связана с ним. У них какой-то контракт, она носит его кошку на руках, и теперь она требует у меня больничный для этой твари!
— Я не собираюсь обсуждать кошек, — процедил я сквозь зубы. — Это абсурд.
— Хорошо, — она пожала плечами с таким видом, словно я только что отказался от выгодной сделки. — Тогда вопрос третий, последний. Количество выходных в неделю. Я не собираюсь работать без отдыха. Мне нужно минимум два выходных дня, чтобы заниматься бухгалтерией и… личными делами.
Выходные! Она хочет выходные! От чего?! От роли моей жены?! Сидеть в золотой клетке, носить лучшие наряды, посещать балы — это, по её мнению, работа?! Я смотрел на неё и чувствовал, как внутри закипает ярость. Эта женщина не просто не боится меня. Она издевается. Открыто, нагло, с каменным лицом.
— Вы… вы издеваетесь? — прохрипел я, уже не в силах сдерживаться.
— Ничуть, — ответила она спокойно. — Я просто хочу понять условия сделки. Брак — это, знаете ли, контракт. А я привыкла читать контракты внимательно, прежде чем подписывать.
Контракт. Она сравнивает брак со мной с каким-то торгашеским контрактом! Со мной, Лордом Грейсоном, который может одним движением пальца отправить её на плаху! Ярость застилала глаза. Я открыл рот, чтобы высказать ей всё, что думаю о её «контрактах», но понял, что не могу. Слова застряли в горле. Она смотрела на меня своими карими, спокойными глазами, и в них не было ни страха, ни почтения. Только скучающее ожидание.
Я резко развернулся и зашагал к выходу. У дверей остановился. Нужно было оставить за собой последнее слово. Что-то, что заставит её задуматься, испугаться, приползти ко мне на коленях.
— Вы ещё приползёте ко мне, леди Эллиара, — бросил я через плечо, стараясь, чтобы голос звучал ледяным и уверенным. — Когда поймёте, что ваш драгоценный Рэйвен — всего лишь тень, не способная дать вам ничего, кроме холода. И тогда я вспомню этот разговор. И условия будут уже другими.
Я вышел, хлопнув дверью так, что с потолка посыпалась каменная крошка. В ушах звенело от ярости. Я шёл по коридору, не разбирая дороги, и мои каблуки звонко цокали по каменным плитам. Горгульи на стенах провожали меня взглядами и, кажется, хихикали. Я не обращал внимания.
Только когда я сел в карету и приказал кучеру гнать прочь из этого проклятого замка, я позволил себе выдохнуть и откинуться на бархатные подушки. Руки дрожали. Я, Лорд Грейсон, который прошёл через сотни битв, казнил тысячи еретиков, держал в страхе весь Дреймур, — дрожал от ярости после разговора с какой-то попаданкой-бухгалтером.
«Она ещё приползёт», — повторил я про себя, как заклинание. — «Обязательно приползёт. Они все приползают. Рано или поздно. И тогда… тогда я заставлю её заплатить за каждое слово. За пенсионные отчисления. За больничный для кошки. За выходные. За всё».
Карета мчалась сквозь туман, и я смотрел в окно, не видя пейзажа. Перед глазами стояло её лицо — спокойное, с лёгкой усмешкой в уголках губ. И эти карие глаза, в которых не было страха.
Я сжал трость. Змея с рубиновыми глазами смотрела на меня, и в её взгляде мне почудилось сочувствие. Я отвёл взгляд.
Ничего. Я умею ждать. Я ждал триста лет, чтобы занять место Верховного Инквизитора. Подожду ещё немного, чтобы заполучить эту женщину. И когда она будет моей, я научу её бояться. И уважать. И повиноваться.
А пока — пусть играет в свои бухгалтерские игры. С Рэйвеном. С его кошкой. С его холодом. Посмотрим, надолго ли её хватит.
Я усмехнулся и закрыл глаза, представляя, как однажды она будет стоять передо мной на коленях и молить о пощаде. Эта картина немного успокоила меня. Совсем немного.
Карета уносила меня прочь от Чернокаменного Замка, а где-то там, в главном зале, Алена Сергеевна Кротова, наверное, уже забыла о моём существовании и вернулась к своим «активам». К своим теням, горгульям, прачкам и прочей нежити.
Но я не забуду. Я никогда не забываю унижений. И этот разговор я запомню навсегда. Особенно ту часть про больничный для кошки.
Проклятая кошка. Проклятый Рэйвен. Проклятая женщина.
Я открою глаза, когда буду готов нанести ответный удар. А пока — пусть думает, что победила. Пусть расслабится. Тем слаще будет моя победа.
ГЛАВА 5. Магия оптимизации, или Как успокоить восставший архив
Утро после визита Лорда Грейсона и короткого, но тёплого появления Рэйвена началось на удивление спокойно. Никто не ломился в дверь, не требовал аудиенции, не подсовывал под нос убегающие блюда. Даже тени в углах вели себя прилично — стояли смирно и, кажется, даже одобрительно кивали моему выбору одежды (сегодня я надела тёмно-зелёное платье без единой слезы девственницы, найденное на дне сундука). НДС, свернувшись клубком на подоконнике, мурлыкала свой успокаивающий инфразвук, и я впервые за несколько дней почувствовала что-то похожее на умиротворение.
Но бухгалтерская натура не терпит покоя. Покой — это когда все счета сходятся, все отчёты сданы и все акты сверки подписаны. А в моём нынешнем положении до покоя было как до родного Нефтекамска пешком. Я понятия не имела, какими активами владеет замок, какие долги висят на поместье и куда, собственно, деваются те самые три серебряных гроша, о которых постоянно ворчит Вивиан. Пора было навести порядок в документации.
За завтраком (овсяная каша со светящимися ягодами, к которым я уже начала привыкать) я изложила Грете свой план.
— Грета, мне нужно попасть в архив. Где хранятся все финансовые документы покойного мужа? Приходные книги, расходные ордера, акты инвентаризации, налоговые декларации — всё, что может пролить свет на состояние дел в этом замке.
Грета, которая как раз поправляла сползающее ухо, замерла и уставилась на меня своим здоровым глазом. В её взгляде промелькнуло что-то похожее на испуг.
— Архив, хозяйка? — переспросила она, и её голос прозвучал как-то неуверенно. — Вы уверены? Может, лучше я вам ещё кашки положу? С мёдом?
— Я уверена, — твёрдо ответила я. — Мне нужны цифры. Без цифр я как без рук. Где находится архив?
Грета вздохнула и отставила кастрюлю.
— В катакомбах, — сказала она тихо. — Глубоко под замком. Там, куда даже я редко захожу. Архив — он… живой. Книги там не просто лежат на полках, они… ну, они кусаются. И орут. И плюются чернилами. Раньше там работали специально обученные библиотекари-некроманты, но после смерти Вивиана они разбежались. С тех пор туда никто не спускается. Даже Мастер Чарльз предпочитает обходить катакомбы стороной.
— Живой архив, — повторила я, чувствуя, как по спине пробежал знакомый холодок. — Книги, которые кусаются и плюются. Прекрасно. Что ж, я уже видела убегающий ростбиф и осуждающие тени. Книги-хулиганы — это логичное продолжение.