Айрина Лис – Проклятый Отдел Кадров, или Ведьма на удаленке (страница 4)

Глюк приоткрыл один глаз.

— Какую карточку?

— Учётную карточку магического сотрудника. У вас же есть база данных?

— Есть, — нехотя признался Глюк, поднимаясь. — Но она устаревшая. Последнее обновление было сто пятьдесят лет назад. Архидемон, который её писал, уволился, а пароль от админки никто не знает. Мы просто... добавляем новых сотрудников в конец файла, а старых не удаляем.

— Покажите, — потребовала Ольга.

Глюк вздохнул так, будто отдаёт последнюю почку. Он подкатился к столу Лилу, пошевелил проводами, и над столом возникла голограмма. Громадный список, заполненный строчками. Ольга подошла ближе. Первое, что она увидела: «Имя: ХЗ_кто_это_234. Должность: не указана. Стаж: 1200 лет. Подпись: неразборчиво». Дальше: «Имя: ??? (стёрто магией). Должность: помощник помощника заместителя. Стаж: 300 лет. Примечание: предположительно мёртв, но справку не принёс». И ещё: «Имя: Боб. Должность: грузчик архива. Стаж: 5 лет. Переработки: 48 часов в сутки (зафиксировано Глюком)».

— Это не база данных, — тихо сказала Ольга. — Это анекдот. У вас нет поля «компенсация магического выгорания», нет пункта о переработках, нет даже стандартной шапки с датой основания организации. И почему у некоторых сотрудников в графе «подпись» написано «кровь на контракте, но она высохла, не разобрать»?

— Потому что они подписывали контракты кровью, — мрачно пояснила Лилу. — У нас так принято. Кровь — это надёжный идентификатор личности. Только если она высыхает, её трудно восстановить, и тогда мы не знаем, кто есть кто.

— И вы ни разу не подумали перезаключить контракты?

— А зачем? — Глюк пожал плечами. — Мы бессмертные. Времени полно. Ну, подумаешь, пара тысяч лет — и разберёмся.

Ольга почувствовала, как у неё начинает дёргаться глаз. Знаете это чувство, когда вы видите, что кто-то делает что-то неправильно, и у вас буквально чешутся руки это исправить? У Ольги сейчас чесались не только руки, но и всё внутри. Она сделала глубокий вдох.

— Так, — сказала она, поворачиваясь к Глюку. — Вы, Глюк, сейчас материализуете чистый бланк учётной карточки. Я его переделаю. Внесу все недостающие поля. Затем мы проведём перерегистрацию всех сотрудников — живьём, с подписями, с магической верификацией.

— Это займёт годы! — возразил Глюк.

— Займёт неделю, — поправила Ольга. — Если вы будете работать, а не играть в пасьянс «Косынка Тысячелетия».

— Откуда вы знаете про пасьянс? — ужаснулся Глюк, бросая взгляд на Боба. Тролль сделал вид, что смотрит в другую сторону.

— Дедукция, — соврала Ольга. Она не собиралась сдавать Боба. — Теперь, Глюк, материализуйте карточку.

Демон вздохнул так, будто его заставляют подписать смертный приговор себе. Но повиновался. Из воздуха, сгустившись в фиолетовое облако, материализовался лист пергамента. Он был идеально ровным, но с какими-то магическими голограммами по краям. Ольга взяла его, положила на стол и достала свою ручку.

— Вы не можете писать магией, — заметил Глюк. — Вы человек. У вас нет магии. Всё, что вы напишете, исчезнет через час.

— У меня есть вот это, — Ольга открыла свою папку и достала ламинированную памятку с корпоративным логотипом «Грузопотока». — Это не магия. Это логика. Я напишу всё обычными чернилами, а вы потом переведёте в магический формат. И не спорьте.

Она начала писать. Быстро, чётко, почти без помарок. «Графа 1: ФИО полностью. Графа 2: Должность (согласно штатному расписанию). Графа 3: Дата заключения контракта. Графа 4: Срок действия контракта (если бессрочный — указать). Графа 5: Условия переработок (максимальная длительность, оплата, наличие письменного согласия). Графа 6: Компенсация магического выгорания (в процентах от оклада). Графа 7: Подпись сотрудника (магически заверенная, не кровью!).» Ольга добавила ещё десять граф, включая «Право на отпуск (с указанием дней)», «Условия увольнения (гуманные, с предупреждением за две недели)», и — вишенка на торте — «Положение о скреплении контракта: запрещается использовать кровь, только чернила или магический отпечаток пальца».

Глюк смотрел на этот бланк с выражением человека, который только что понял, что его премию урезали, отменили обед и заставили работать в выходной.

— Это... — начал он.

— Это новый стандарт, — закончила Ольга. — И вы, Глюк, будете его соблюдать. Я объявляю себя внештатным аудитором Отдела Кадров на общественных началах, но с правом последующего трудоустройства. Если кто-то против — пусть подаст письменное возражение в трёх экземплярах.

— Такого закона нет! — возразил Глюк.

— Есть. Статья 127 Магического Трудового Кодекса. — Ольга произнесла это с такой уверенностью, что даже Лилу задумалась, не пропустила ли она эту статью. На самом деле никакой статьи 127 не существовало, но Ольга знала: если звучит авторитетно, можно продать что угодно. Даже демону.

Глюк открыл рот, закрыл, потом медленно покатился к выходу, бормоча себе под нос:

— Всё пропало. Конец магическому пасьянсу. Теперь и «Косынку» не спасти. Она заставит работать по правилам. По правилам, Карл!..

Он скрылся за дверью, оставив за собой шлейф искр и запах горелой магии. Лилу проводила его сочувственным взглядом.

— Он прав, — сказала она Ольге. — Вы пришли, и всё пошло кувырком. Но знаете... — эльфийка замялась, — это приятно. Я двести лет сижу здесь, вяжу панцири для Гортензия, создаю иллюзию работы, и никто не пытался ничего менять. А вы пришли и сразу сказали: «Это неправильно». Даже Лорд Дамиан не решался на реформы.

— А что Лорд Дамиан? — спросила Ольга, убирая ручку в папку. — Почему он не наведёт порядок сам?

— Он Темный Лорд. Его сила — в хаосе и насилии. Он может испепелить, уничтожить, сожрать тенью, но заполнять отчёты... — Лилу покачала головой. — Он ненавидит бумажную работу. У него в кабинете отчёты лежат горами, некоторые ещё со времён Войны Семи Артефактов. Он говорит: «Тень, разберись». А тень ест всё подряд, включая важные документы.

— Поэтому у нас нет половины контрактов, — добавил Боб, который всё это время стоял у двери и слушал. — Тень сожрала. Особенно те, где были пункты о сверхурочных.

— Вот оно что, — Ольга сделала мысленную пометку: «Тень Дамиана — угроза документообороту. Требуется обучение или удаление». — Ладно. С Лордом Дамианом я разберусь позже. Сначала — знакомство с архивом. Боб, проводи.

— А как же пропуск? — спросила Лилу. — Вы не можете просто так ходить по Отделу. Это режимный объект.

— Тогда оформите мне временный пропуск, — предложила Ольга. — На вашем же бланке. Скажите Глюку, пусть поставит печать. И не забудьте графу «срок действия» — поставьте «до отмены реформ». Этого достаточно.

Лилу вздохнула, потянулась к кристаллу связи и что-то прошептала в него. Через минуту из серверной донеслось бурчание, и в воздухе материализовался браслет — тонкий, серебряный, с выгравированными рунами. Он упал на стол.

— Глюк говорит, это временная мера, — сказала Лилу. — И что он будет жаловаться в Арбитраж.

— Пусть жалуется, — Ольга надела браслет. Он слегка сжал запястье, а потом подстроился под размер. — Я люблю читать жалобы. Особенно те, которые составлены с ошибками.

Боб расплылся в улыбке, отчего его лицо стало похоже на счастливую тыкву.

— Идёмте, Ольга Сергеевна, — сказал он, открывая дверь в коридор. — Я покажу вам архив. Только осторожно: там некоторые папки кусаются.

— Спорим, я их уговорю не кусаться? — Ольга поправила очки.

— Не буду с вами спорить, — серьёзно ответил Боб. — Я уже понял, что вы всегда выигрываете.

Они пошли по коридору. Стены здесь были уже не цвета хаки, а тёмно-серые, с потеками магической смолы. Света почти не было — только редкие светящиеся грибы на потолке. Пол был каменным, холодным, и шаги Ольги гулко отдавались в тишине. По бокам тянулись бесконечные стеллажи из чёрного металла. Каждый стеллаж уходил вверх на добрых десять метров, и на полках, как снаряды в арсенале, лежали папки. Тысячи папок. Миллионы.

— Это только первая секция, — пояснил Боб. — Всего их семь. Или семьсот. Я сбился со счёта.

Ольга подошла к ближайшему стеллажу и попыталась снять одну папку. Едва подняла. Папка весила как чугунный утюг, а может, и тяжелее. На обложке была пентаграмма, заклеенная скотчем (скотч был синий, с рисунком гномов), и надпись: «Дело № 4567-А. Контракт с духом огня. Осторожно: при открытии возможен выброс пламени».

— Надеюсь, это пламя не настоящее? — спросила Ольга.

— Оно настоящее, — вздохнул Боб. — Поэтому мы заклеили пентаграммы скотчем. Глюк сказал: «Скотч держит любую магию». На три дня держит. Потом отклеивается, и тогда — беги.

— А если не отклеивается?

— Тогда не беги. Потому что уже поздно.

Ольга положила папку обратно. Рядом с ней лежала другая, с пятнами засохшей крови на обложке. Ольга брезгливо поморщилась.

— Это чья кровь?

— Не знаю, — честно признался Боб. — Может, того, кто подписывал. Может, того, кто проверял. У нас тут не принято мыть руки после подписания контрактов.

— А где санитарная книжка? Где проверка на вредные привычки? — Ольга понимала, что задаёт риторические вопросы, но не могла остановиться.

— Какая книжка? — удивился Боб. — У нас бессмертие. Книжки не нужны, мы всё равно не болеем. Даже если кто-то чихнёт, от него отскочит демоническая лихорадка, но мы её не чувствуем.