Айрина Лис – Проклятый Отдел Кадров, или Ведьма на удаленке (страница 1)
Айрина Лис
Проклятый Отдел Кадров, или Ведьма на удаленке
Пролог: «И всё же зелёный свет не гарантирует безопасности»
Утро в городе N было серым, липким и каким-то обиженным на весь свет. Дождь, который моросил всю ночь, перешёл в мелкую, злую изморось, заставляя прохожих вжимать головы в плечи и ускорять шаг. Ольга Сергеевна Зайцева не ускорялась. Она шла размеренно, чеканя шаг, словно строевой устав, и смотрела не по сторонам, а в экран смартфона — туда, где на жёлтом фоне светились буквы Трудового кодекса.
Тридцать пять лет. Семь лет в должности старшего HR-менеджера в крупной логистической компании. Четыре года безуспешных попыток выбить себе повышение. Ноль романтических отношений за последние пять лет. Один кот, которого пришлось отдать соседке — выяснилась аллергия на шерсть. И огромная, как чёрная дыра, пустота там, где у других людей обычно располагается что-то тёплое и живое.
Ольга не жаловалась. Жалобы — это для слабых. Она действовала.
— Пункт 7, статья 81, — пробормотала она себе под нос, останавливаясь перед светофором. — «Расторжение трудового договора по инициативе работодателя в случае неоднократного неисполнения работником без уважительных причин трудовых обязанностей, если он имеет дисциплинарное взыскание». У него три выговора за опоздания, один — за курение в неположенном месте, и вчера он пришёл с похмелья. Формально — достаточно. Но начальник Анатолий Олегович скажет: «Ольга Сергеевна, ну он же хороший парень».
Она вздохнула. От её дыхания пахло крепким кофе — горьким, без сахара, заваренным ещё в пять утра в термос, который никогда не покидал её сумки. Термос соседствовал с папкой с должностными инструкциями (переплёт потрёпан, но каждый лист заламинирован), упаковкой овсяного печенья (сухое, безвкусное, но питательное) и парой запасных ручек — синей и чёрной. Всё, как любила Ольга: строго, функционально, без лишних сантиментов.
Зажёгся зелёный свет.
Она сделала шаг с бордюра, не отрывая взгляда от телефона. Палец скользнул по экрану, перелистывая статью. «Дисциплинарное взыскание действительно в течение года». У менеджера, которого она метила уволить, взыскания были четырёхмесячной давности. Срок не истёк. Значит, можно.
— А ещё он на прошлой неделе назвал меня «канцелярской крысой», — тихо добавила Ольга. Уголок её губ дёрнулся вверх — не улыбка, скорее предвкушение. — Это можно квалифицировать как оскорбление сотрудника при исполнении. Статья 5.61 КоАП… хотя нет, у нас внутренний регламент, пункт 3.7…
Она не заметила, как воздух перед ней стал вязким. Не заметила, как асфальт под ногами пошёл рябью, как светофор мигнул красным — слишком быстро, не по графику. Не заметила, потому что уткнулась в телефон, а телефон, как известно, отключает человека от реальности лучше любого снотворного. Следующий шаг она сделала уже не по мокрому серому бетону, а по чему-то мягкому, липкому и фиолетовому.
Порталы не пахнут озоном. По крайней мере, те, которые открываются в Астралис-Сити. Они пахнут отчаянием, старыми чернилами и жареныными грибами — Ольга Сергеевна запомнит этот запах на всю жизнь, хотя тогда, в первую секунду, она подумала, что просто наступила в лужу с гнилыми листьями.
Она поскользнулась. Не упала — успела выставить вперёд руку, чтобы опереться о… стену. Стена была тёплой, шершавой и покрыта рунами, которые светились тусклым магическим светом. Ольга подняла голову.
Небо исчезло. Вместо него — высоко, очень высоко, там, где на Земле были бы облака, — простиралась каменная арка, оплетённая трубами и кабелями. С неё свисали светящиеся сталактиты, похожие на люстры в дешёвом ресторане, только фиолетовые. Воздух был сырым, но не от дождя — от пара, который поднимался из решёток в полу. Пахло магическим озоном, дешёвым алкоголем и чем-то давно сгнившим, но упакованным в красивую обёртку.
Ольга медленно опустила телефон. В груди что-то кольнуло — не страх, нет, скорее недоумение. «Экран треснул?» — подумала она и тут же себя одёрнула: «Какая разница, где ты находишься, если телефон цел?»
Она стояла на Нижнем Уровне Астралис-Сити, сама того не зная. Перед ней раскинулся Теневой тупик — кривая улочка, вымощенная чёрным камнем, по которому ползали светящиеся червячки. Дома слева и справа лепились друг к другу, как пьяные гоблины после корпоратива. Их стены из чёрного кирпича были покрыты рекламой: «Срочный выкуп душ! Дорого!», «Кредит для нежити без справок!», «Тоска Зелёная — когда отчаяние не продаётся, а дарится». На углу одинокий вампир в жилетке-сетке и кожаных штанах торговал «свежей кровью, 99% натуральности, остальное — антидепрессанты». Рядом с ним гоблин в деловом костюме, с кейсом из драконьей кожи, что-то бурно обсуждал с разговаривающей крысой в кепке таксиста.
— Да говорю тебе, контракт левый! — пищала крыса. — У тебя в пункте 12.3 написано «душой и телом», а не просто душой! Ты чего подписал, долбень?
Гоблин растерянно хлопал глазами. Ольга машинально отметила про себя: «Неверно составленный договор. Отсутствие расшифровки понятия "тело". Можно оспорить». Она даже сделала шаг в сторону спорящих, но тут её окликнули.
— Извините… пожалуйста…
Голос был низкий, всхлипывающий, с металлической ноткой, как будто говорили через ведро. Ольга обернулась и сначала увидела только костюм. Серый, деловой, с галстуком в полоску, но ужасно мятый и забрызганный чем-то зелёным. Потом — пуговицы, натянутые до предела. Потом — шею, толстую, как бревно. И наконец — лицо.
Тролль. Трёхметровый тролль, который плакал. Слёзы размером с виноградины катились по его серо-зелёной щеке, смывая дорожки копоти. Он шмыгал носом (звук напоминал работу старого пылесоса) и протягивал Ольге дрожащую руку. В руке был мятый лист пергамента, испачканный слизью и слезами.
— П-помогите, — проговорил тролль. — Вы ж человек. Я слышал, люди умные. А у меня… табель…
Ольга уставилась на пергамент. Её мозг, привыкший за семь лет моментально распознавать кадровые документы, щёлкнул, как затвор фотоаппарата. «Форма Т-2», — поняла она. — «Табель учёта рабочего времени. Но заполнен… неправильно».
Она взяла документ из рук тролля. Сделала это автоматически, как берут ручку или кофе. Тролль замолчал, перестав всхлипывать, и уставился на неё с надеждой.
— Объясните, — ледяным тоном сказала Ольга. — Что это? Где я? И почему форма Т-2 заполнена не по стандарту?
Её голос — спокойный, ровный, почти ласковый — прозвучал в этом мрачном переулке как приговор. Мимо проходящий демон с плеером в ухе (на самом артефакте играла агрессивная мелодия, похожая на скрежет металла) споткнулся о кочку, выронил кофе и, не веря своим глазам, уставился на женщину, которая не кричала, не падала в обморок и не пыталась сбежать. Она просто стояла с пергаментом и смотрела на тролля так, будто тот был нерадивым курьером, принёсшим счёт с опечаткой.
— Я… — тролль сглотнул. — Я Боб. Я грузчик в Отделе Кадров. Вот, работаю… пять лет уже, или шесть… или пятьсот, я сбился со счёта. А тут… начальник мой, Глюк, он демон, он заставляет работать по 48 часов в сутки! В сутках же 24, да? А он говорит: «Боб, ты медленный, я тебе магически их удлиню». И удлиняет. Я уже четвёртую неделю сплю по два часа, а в табеле написали, что я работал только 40. Я жаловался — меня вызвал Лорд Дамиан, его тень чуть не сожрала, я убежал… А вы — вы смотрели на табель как… как будто знаете, что с ним делать.
Ольга слушала краем уха. Вторым краем — да, у неё было несколько краёв внимания — она осматривала табель и мысленно ставила диагноз: «Не указан код причины переработки, нет подписи ответственного лица, не заполнен период (указано просто "всегда"), отсутствует графа "подпись сотрудника", а в графе "вид сверхурочных" стоит "потому что начальник сказал"». Это был не просто косяк. Это была катастрофа.
— Сядьте, — сказала она Бобу и указала на перевёрнутый ящик из-под магических артефактов. Тот послушно сел. Ящик жалобно скрипнул, но выдержал. Ольга опустилась на корточки (юбка не позволяла сесть на землю, да она бы и не села — на какой грязи?), положила сумку на колени и достала свою ручку — золотое перо, подарок бывшего коллеги, который уволился после того, как она оформила ему вычет за прогулы.
— Боб, — сказала она, открывая ручку. — Ваш начальник Глюк — кто он по должности?
— Системный администратор, — шмыгнул тролль. — Он отвечает за Магическую Канцелярскую Сеть. Может печать поставить, документ из воздуха сделать. Но он злой. Всё время ворчит. А ещё пасьянс играет, когда никто не видит.
— Пасьянс? — переспросила Ольга, делая пометку на полях табеля.
— «Косынка Тысячелетия», — печально сказал Боб. — Из-за неё серверная тормозит, а он говорит: «Боб, это ты виноват, ты много жрёшь магической энергии».
Ольга не улыбнулась. Внутри у неё разгоралось знакомое, почти медитативное раздражение. Знаете это чувство, когда заходишь в кухню, а там кто-то разлил варенье и не вытер? Или когда видишь, что отчёт за квартал свёрстан в Times New Roman, а по стандарту — Arial? У Ольги это чувство было хроническим. Но сейчас оно достигло пика, потому что перед ней был не просто беспорядок. Перед ней был целый мир, построенный на бюрократическом хаосе. И она, старший HR-менеджер с семилетним стажем, чувствовала себя как сапёр, который нашёл поле, полное мин, и у которого есть металлоискатель.