Айрина Лис – Контракт на тот свет: Офисная крыса в Преисподней (страница 7)

— Они шевелились.

— Они всегда шевелятся. Это признак качества.

Дядя Костя отложил нож (кости, естественно) и подошёл к нам. В его глазницах мерцали красные огоньки — сегодня они были ярче, чем вчера.

— Ну что, девонька, — спросил он, опираясь костяными руками на стойку. — Выспалась? Пришла в себя? Готова узнать страшную правду?

— Какую ещё правду? — я напряглась.

— Правду о том, что без Свидетельства о Временной Смерти ты тут долго не протянешь, — он кивнул на Морта. — Этот пушистый тебе, небось, уже нарассказывал?

— Он сказал, что нужно пройти собеседование в Гильдии Некромантов, — я покосилась на кота. — И что мне нужна работа в отделе жалоб.

— Всё верно, — дядя Костя достал из-под стойки грязную кружку, вытер её фартуком и налил какой-то дымящейся жидкости. — Пей. Это отвар из призрачных улиток. Не бойся, он не живой. Почти.

Я осторожно взяла кружку. Пахло мятой и… карамелью? Я сделала глоток. Вкус оказался странным — сладковато-солёным, с нотками шалфея. Но горло обожгло приятным теплом.

— Неплохо, — признала я. — А что за отвар?

— Успокоительное. У нас тут все нервные, — дядя Костя усмехнулся. — Особенно те, кто ещё не привык к тому, что их могут съесть за неправильно оформленный чек.

Морт тем временем обошёл стол и уселся на подоконник, с которого открывался вид на пустую площадь.

— Дядя Костя, — сказал он, — расскажи ей про работу. Может, она передумает и останется у тебя на кухне. Ты же ищешь помощника после того, как сбежала твоя последняя повариха?

— Сбежала? — я удивилась. — От вас сбегают?

— У неё была аллергия на формалин, — вздохнул дядя Костя. — А без формалина моя шаурма не получается такой… ароматной. Так что да, ищу помощника. Ты, девонька, умеешь готовить?

— Я умею разогревать замороженную пиццу и варить пельмени, — честно ответила я. — И то пельмени иногда развариваются.

— Это не страшно. Здесь всё равно всё либо переварено, либо недоварено. Главное — не бояться пальцев.

— Пальцев?

— Ну да, — дядя Костя кивнул в сторону кухни. — В холодильнике у меня лежат пальцы. Говорящие. Иногда они вылезают и пытаются помочь. Но если их не кормить, становятся агрессивными.

Я почувствовала, как мой завтрак (отвар из улиток) начинает проситься обратно.

— Может, не надо про пальцы?

— Ладно, не буду. Но ты подумай. Работа не пыльная, плачу червями, жильё в подсобке — бесплатно. И никакой бюрократии.

— Я подумаю, — соврала я, хотя уже знала ответ.

Морт фыркнул:

— Она не согласится. У неё комплекс спасателя и гипертрофированное чувство справедливости. Ей подавай жалобы, договоры и статьи закона. Она хочет в Гильдию.

— Правда? — дядя Костя посмотрел на меня с интересом. — Ну что ж, тогда слушай. У меня есть для тебя информация, но она не бесплатная.

— У меня нет денег, — сказала я. — Только степлеры. Один остался.

— Не нужны мне твои степлеры. Мне нужна услуга, — дядя Костя понизил голос до шёпота, от которого его кости заскрипели. — В соседнем районе живёт один скелет. Ворчливый, старый, кости трухой сыплются. Я должен передать ему свою кулинарную книгу «100 рецептов из того, что вы выбросили». Сам я не могу — у меня ноги не ходят дальше своей улицы. А ты можешь.

— Вы хотите, чтобы я пошла к незнакомому скелету в соседний район? — переспросила я. — Одна? В мире, где меня пытаются арестовать за отсутствие страховки?

— С Мортом, конечно, — добавил дядя Костя. — Он тебя проводит. И охранять будет. Правда, охрана из него та ещё, но хоть язык покажет, куда идти.

Кот, который делал вид, что умывается, недовольно дёрнул хвостом.

— Я не нянька, Костя. И у меня свои планы.

— Какие у тебя могут быть планы? — скелет хохотнул. — Спать, жрать и ворчать на жизнь? Ты триста лет этими планами занимаешься. Пора уже приносить пользу.

— Я приношу пользу! Я помогаю этой несчастной девушке вернуться домой!

— Помогаешь? — дядя Костя поднял бровь (костяную, естественно). — И как же?

— Я рассказал ей про Свидетельство. И про Гильдию. И про собеседование.

— И про то, что предыдущий сотрудник отдела жалоб был съеден восставшими бутербродами? — спросила я.

Морт замялся.

— Это… детали. Несущественные детали.

— Восставшие бутерброды — это не деталь, — отрезала я. — Это угроза моей жизни. Но я готова рискнуть. Потому что сидеть в шаурмичной и чистить пальцы — не моё.

Дядя Костя захлопал в ладоши (кости при этом зазвенели, как кастаньеты).

— Вот это дух! Мне такая и нужна! Ладно, девонька. Ты передашь книгу моему старому другу Афанасию — он живёт в районе «Склеп-на-Камне», это через два квартала от Гильдии. А я за это расскажу тебе, как пройти собеседование и кого бояться.

— Договорились, — я протянула руку. Дядя Костя пожал её — холодными, шершавыми костяшками.

— Тогда ешь завтрак и выдвигаемся, — сказал он. — Глафира! Неси похлёбку!

Из кухни выплыл осьминог-микроволновка — вчерашняя Глафира — с дымящейся миской в каждой щупальце.

— Похлёбка из корней забвения, — объявила она. — С добавлением слёз обиженных бухгалтеров. Очень питательно.

— Слёзы? — я взяла ложку.

— Бухгалтеры здесь много плачут, — пояснил дядя Костя. — Нергал их заставляет пересчитывать души каждую ночь. Вот и текут.

Похлёбка оказалась густой, оранжевой и на удивление вкусной — напоминала тыквенный суп, только с перчинкой.

— Вкусно, — признала я. — Глафира, вы гений.

— Спасибо, милая, — осьминог покраснел щупальцами и уплыл обратно на кухню.

Пока я ела, дядя Костя рассказывал про Гильдию.

— Сама она — высотное здание из чёрного обсидиана. Видно отовсюду. Вход только для членов Гильдии или соискателей. На входе сидит вампир-кадровик. Злобный, но справедливый. Он задаст тебе три вопроса. Если ответишь правильно — пропустит. Если нет — выгонит вон.

— Какие вопросы?

— Никто не знает. Они каждый день разные. Но общее одно: все вопросы про бюрократию. Про договоры, штрафы, лицензии. Ты в этом шаришь?

— Я страховой агент, — напомнила я. — Я знаю о договорах больше, чем любой демон.

— Это хорошо, — дядя Костя кивнул. — Но есть нюанс. Вампир не любит, когда ему цитируют законы других миров. Он хочет, чтобы ты ориентировалась в наших.

— А я откуда их знаю?

— Ниоткуда, — усмехнулся скелет. — Поэтому у тебя есть два варианта: либо выучить наш Административный Кодекс за один день, либо проявить смекалку.

— А если я проявлю смекалку?

— Тогда он может предложить тебе практическое задание, — дядя Костя понизил голос. — Например, «поднять из мёртвых» стул.

— Что значит «поднять из мёртвых»?

— Оживить. Заставить его ходить и говорить. Для этого обычно нужна магия. Но у тебя её нет. Значит, придётся убедить стул встать самостоятельно.

Я вспомнила, как вчера, когда Глауб угрожал мне арестом, я заговорила стул на собеседовании? Нет, это было потом. Но идея показалась мне забавной.

— А если я прочитаю стулу лекцию о договорах аренды, он встанет? — спросила я.