Айрин Лакс – Развод. Хорошее дело браком не назовут! (страница 22)
— Когда это закончится, мы побеседуем с глазу на глаз. В другой обстановке.
После этого обещания по спине побежали мурашки….
Жаром опаляет грудь и шею, даже к щекам приливает.
Я с трудом держусь на ногах, они стали будто ватными.
Глава 18
Тупо смотрю на точку геолокации, отправленной мне в чат Вероникой.
Помпезный ресторан.
«Я зарезервировала нам столик на вечер, мась»
«А вот это подарочек на твой развод. Ты любишь красное?»
Прикреплено фото: моя Вероника в полупрозрачном красном белье.
Фигура у нее, конечно, роскошная, без слов, но…
У меня изжога до самого языка, я потею, слабость, одышка.
Суд выпотрошил из меня силы.
Страх быть отправленным за решетку вынудил меня на скорую руку обсудить сложившуюся ситуацию с адвокатами.
Они сказали: «Есть вероятность, что вас осудят.…»
Сказали и замолчали.
Я кричал, бесновался.
Успокаивал себя, что вероятность — это не закономерность, вероятность может случиться, но может и не случиться, а потом.… Потом я вспоминал рассказы своего отчима, который мотал один срок за кражу. Напившись, он частенько делился грязными подробностями о том, как поступают с теми, кто не может силой добиться авторитета в тюрьме. Таких мужиков опускают и пользуются, как девками, а меня с детства дразнили, что мой зад пышный и круглый, как у девчонки.
У меня от ужаса все волосы на голове зашевелились.
Я оказался в таком диком приступе паники, что согласился все подписать.
Ещё не совсем понимая, что натворил.
На подкорке крутятся мысли, что и дом этот я подарил Таньке, и бизнес, и все-все-все.
Может быть, я последний раз здесь находился.
Последний раз мылся в итальянской душевой.
Последний раз наслаждался вкусным кофе. Врач говорил, мне бы завязать с курением и меньше пить кофе с круассанами, но я был не в силах отказаться от вкусностей.
Как и не мог отказаться от пышногрудой и пышнозадой красавицы Вероники.
Переодевшись, я еду в ресторан.
Тишина в салоне напрягает. Включаю радио, там передают соболезнования умершему…
Жесть!
Меня как будто тряхнуло.
Торопливо выключаю радио, еду в ресторан.
Опаздываю.
Вероника уже за столиком, заказала самое дорогое шампанское, свежий краб, закуски по баснословной стоимости.
Падаю на кресло молча.
В голове неожиданно крутится: этот ужин я оплачу, а потом? Что? Как быть? Конечно, есть сбережения, заначки, о которых никто не знает, но как долго я протяну, поддерживая тот уровень жизни, к которому привык?
А ведь придется и с тачкой расстаться.
Ободрали, как липку.
Ну, ничего.… Ничего, справлюсь!
Один раз из грязи в князи вылез, и сейчас выползу.
С колен поднимусь! Над всеми поднимусь.
Сейчас со мной девочка-загляденье, любовь, Муза!
Она-то меня поддержит и будет вдохновлять на подвиги.
Думаю, Вероника не откажется мне свою машину одолжить на время. Мне без колес никак обойтись.
— Мы справимся, Пупсик, — говорю ей, накрыв руку ладонью.
— Что-что? — улыбается. — Мась, не томи! Расскажи, как ты их раком нагнул и без вазелина, аррррр.…
У меня лицевой нерв дергается от мысли, что меня могли вот так же, ага… Зачмырить на зоне и в зад. Без вазелина!
Зажмуриваюсь, прошу принести горькую.
Рюмка-другая-третья…
Вероника, ещё ничего не зная, празднует, лакает шампанское, как кошка — валерьянку.
Плевать, потом ей все расскажу.
— Надеюсь, твоя старая кикимора была в шоке! — хмыкает Вероника. — Представляешь, она нас хотела поссорить, сказав, будто у тебя кто-то есть! Кроме меня. Завидовала.
Меня переклинивает.
Вот только что я изо всех сил себя убеждал: это не конец, но сейчас накрывает.
— Ты к-к-какого хрена, иииик.… Слила, что мы вместе? Зачем ты ей фото слала и видео? а? Ты хоть понимаешь, как сильно меня подставила… нас… Без этих видео у нас был бы шанс, но без него… увы.…
— Не понимаю, Мась.
— Мне пришлось все ей отдать! Чего тут непонятного?! — гаркаю и снова опрокидываю в себя рюмочку. — Но это же не конец, Пупсик. Не конец… Заканчивай тут все, — машу рукой. — Твой масик хочет отдохнуть. Хочу зарыться носом в твои сисечки и слушать о любви, а невзгоды пусть идут стороной. Лесом. Мы справимся, да?
— Все ей отдал? В смысле, все?! Половину хотя бы? — Вероника смотрит на меня в шоке.
— Все, Пупсик, значит, все. Давай, собирайся. Хочу отдохнуть. А ты клювиком поработаешь, прощения придется попросить. Я ведь не думал, что ты меня так подставишь.…
Вероника поднимается и больше не задает вопросов.
Я пьян, поэтому вызываю такси.
Тискаю свою красавицу на заднем сиденье, пока едем. Вероника молчит.
— А ещё знаешь, Пупсик… Одолжи мне машинку, сладкая, — мычу ей в шейку. — У твоего Масика сейчас будет непростой период. Переоформление, то-се… Подняться надо будет! Но…. Мы же справимся?
Мне ещё придется моральную компенсацию выплачивать Татьяне, возвращать стоимость ценностей, которые я дарил Веронике — машину, шубки, цацки…
Мда, жопа какая-то! Где жена этого адвоката подцепила?