Айлин Грин – Законы крови (страница 2)
Я не видел её лица, только профиль: лёгкий изгиб бровей, кончик носа, чуть приподнятый, когда она отвлекалась от рисования; губы, которые она прикусывала, задумываясь и поднимая глаза в потолок.
И длинные пальцы, которые двигались так, как будто рисовали не на бумаге, а прямо в воздухе – будто они ловили что-то невидимое.
Я никогда так долго не наблюдал за человеком просто так. Ради дела, сделки – да, но сидеть и любоваться…
Девушка внезапно подняла глаза, и наши взгляды встретились. Её – лёгкий и недоумённый. И мой – твёрдый и уверенный. Я продолжал смотреть на неё в упор, не отводя глаз.
Она – тоже.
Казалось, что прошла секунда. Две. А может быть все двадцать. Наконец, она закрыла блокнот. Но вместо того, чтобы уйти, подошла к моему столику и положила его передо мной.
– Прошу прощения, – сказала она тихо, и голос звучал чуть хрипловато, как будто она редко с кем-то говорила. Или как будто очень долго молчала. – Я… не хотела подглядывать за вами. Но вы выглядите так, как будто на ваших плечах покоится вся тяжесть этого мира.
Я усмехнулся – впервые за долгое время искренне. Эта девушка не просто смотрела на меня. Она меня
Я развернул блокнот – очевидно для этого она положила его на стол. На одной из страниц был нарисован мой профиль у окна. Это были всего лишь лёгкие карандашные штрихи. Но они как нельзя лучше отражали моё состояние – усталость, ненависть и презрение к сложившейся ситуации… И, возможно, что-то ещё. Что-то, чего я сам не замечал, а она смогла разглядеть с первого раза.
То, что не лежит на поверхности, а спрятано глубоко внутри.
– Как вас зовут? – спросил я, не желая отрывать глаз от рисунка.
– Анна, – слегка замявшись, произнесла она.
Я поднял взгляд, слегка прищурившись. Анна? Она думала над своим именем дольше трёх секунд. Как будто вспоминала его или придумывала. Так обычно делал я, когда не хотел произносить «Лео Валенти».
В прочем, сейчас это было неважно. Это всего лишь имя. В этом кафе оно вряд ли имеет какое-то значение. И уж тем более, зачем этой девушке выдумывать себе имя? Привычка подозревать каждого у меня выработалась с детства, и избавиться от неё становилось с каждым днём всё труднее.
– Лео, – представился я. Но фамилию называть не стал.
Она улыбнулась и ненадолго опустила взгляд.
– Хотите, чтобы я его дорисовала? – скромно спросила она, кивнув на портрет.
– Хочу, – кивнул, пожимая плечами, – но не уверен, что имею право об этом просить.
Она вновь посмотрела на меня, и в её глазах я не заметил ни расчёта, ни страха, ни интереса к моей личности. К моему имени.
И её взгляд отличался от тех, которые обычно на меня бросали люди. Она смотрела иначе.
Солнце давно скрылось за горизонтом, окрасив небо в фиолетовые и красные оттенки. В углу кафе заиграла музыка. Анна внимательно всматривалась в моё лицо и делала какие-то штрихи в блокноте. И, кажется, именно в эту минуту в моей жизни что-то изменилось.
Глава 3. Под чужим именем
Я вернулась в свою квартиру, впервые за долгое время чувствуя эмоциональный подъём. И, несмотря на то, что у меня был огромный дом, комфортом я была окружена только тут. Комната была крошечной, но достаточно светлой: два окна выходили на узкую улочку, где по утрам кричали люди, а по вечерам кошки бродили по черепичным крышам, как тени прошлого. На стенах – полки с книгами, вырезки из журналов, открытки с морских берегов. На подоконнике – горшок с олеандром редкого фиолетового цвета. Единственное напоминание о том, что я всё ещё живая девушка, а не только кукла, выполняющая приказы.
В этой квартире я была Анной. Художницей, мечтательницей. Девушкой. А не дочерью Марко Россетти, чьё имя гремело в этом городе как смертельный приговор.
Я прикрыла глаза, размышляя о том, что сегодня произошло. Я должна была выяснить правду, должна была подобраться к этому человеку ближе, чтобы нанести удар в самый неожиданный момент. Но уж точно я не должна была рисовать его! Не должна была даже подходить к нему ближе, чем на пушечный выстрел. И уж тем более не должна была называть себя Анной! Даже несмотря на то, что это имя давно стало для меня моим убежищем.
Моя настоящая жизнь осталась за чертой этого города, за высокими заборами виллы Россетти, где каждый шаг взвешивается, каждое слово обдумывается прежде, чем произносится. Где нет дружбы, а любовь – это сказки для маленьких принцесс. А не для дочери известного криминального авторитета. Особенно той, что скоро выйдет замуж за наследника враждующего клана.
Я внезапно вспомнила, как в детстве отец учил меня отличать друзей от врагов:
Но я и сама была тенью. Для себя. И для окружающих.
Отец отдал мне приказ:
А потом добавил с усмешкой:
Я, не имея особого выбора, согласилась. Хотя и не была уверена, что всё получится. Я многое слышала про семью Валенти и их наследника, и опасалась в одиночку лезть в логово зверей. Ещё более страшное, чем то, в котором находилась я. Но истинная причина моего согласия крылась не только в том, что я была предана отцу или боялась ослушаться и подвести его. Я просто хотела ненадолго вырваться. Стать кем-то другим. Хотя бы на время. И пусть
Но всё оказалось намного сложнее, чем я могла вообразить. Лео оказался совершенно не тем, кем его описывали. Он, несомненно, был красив – карие глаза, ровный нос и аккуратный подбородок. Профиль, от которого захватывало дух.
И уж точно он не выглядел слабым. Скорее… Уставшим. Потерянным. Будто его ожидания рухнули в пропасть, утягивая и его на самое дно. Он выглядел как человек, который в своей жизни ни разу не слышал вопрос:
И в этом мы с ним были очень похожи.
Я подошла к зеркалу и провела пальцем по своему отражению. В глазах – усталость, спрятанная под маской притворства и улыбки. На шее – след от цепочки, которую я сняла ещё в кафе, чтобы не выдать себя.
– Обманщица, – прошептала я сама себе. – Лгунья.
В памяти вновь возникли его глаза… Тёмные, как омут, в который боишься упасть, потому что он затянет тебя с головой.
Я взяла телефон, настойчиво пикающий и требующий моей реакции.
Сообщение от старшего брата.
Отвечать сразу же перехотелось. Что значило это
Чёртова семья и чёртовы обязательства! Я вырвала лист и, скомкав, бросила на пол.
За окном зазвенел колокольчик на двери цветочной лавки.
Кто-то пришёл купить цветы.
Я отложила карандаш в сторону и подошла к окну.
Потрогала листы олеандра, чувствуя их гладкость. Цветок ядовитый. Но красивый.
Как и моя жизнь. Впервые за долгое время в голове промелькнула мысль, что будет, если я забуду о долге, чести и своей семье? Что будет, если нарушу план и расскажу Лео правду? О том, кто я. И зачем я здесь.
Раньше, чем эта правда вскроется сама по себе.
Глава 4. Вторая встреча
Я не планировал вновь возвращаться в то кафе и продолжать то, что не должно было даже начинаться. Но проснулся я с мыслью о блокноте. О её глазах и пальцах, ловко управляющихся с карандашом. И тут же вспомнил её слова о том, что я выгляжу так, будто несу всю тяжесть этого мира у себя на плечах.
И в этой фразе не было ни капли осуждения, а только лишь понимание. И такого понимания мне очень не хватало в этой продажной и притворной жизни.
Поэтому ровно в полдень на следующий день я был у дверей того самого кафе, не будучи до конца уверенным в том, что она снова сюда придёт. С чего я вообще взял, что встречу её сегодня здесь? Обычная художница. Портретистка. Мало ли таких в этом городе? Но признаться самому себе, что художниц, возможно, и много, а такая, как она – одна, я не мог.
И всё же сердце застучало быстрее в тот момент, когда я увидел её за тем же столиком у окна. Перед ней стояла чашка, над которой клубился пар, а в руке она держала книгу. В этот раз она, видимо, была без блокнота. Мой взгляд зацепился за её руку. На ней был тот же кожаный браслет, что и вчера. Как будто знак или напоминание о том, что она действительно была здесь. Она мне не померещилась.
Анна подняла взгляд ещё до того, как я к ней подошёл. Как будто ждала. Или, может, просто чувствовала, что я приду.