Айли Фриман – Аверилл. Путь короля (страница 7)
Девочка бросилась к умирающему отцу и упала рядом с ним на колени.
– Держись! Ты выживешь! – произнесла она дрожащим голосом, касаясь рукой его расцарапанной щеки. Она безмерно любила своего отца, хотя в обществе темных эльфов мужчины занимали низкое положение и не пользовались особым уважением.
– Гризельда…. – хрипло проговорил Келай Ласкес и дотронулся до ее руки, пытаясь пересилить острую боль. – Как ты здесь очутилась? Тут может быть опасно, ты должна немедленно вернуться домой, дитя мое….
– Отец, я тебя ни за что не оставлю! Я как-нибудь помогу тебе…. Я…. я очень сильно люблю тебя! – воскликнула Гризельда и залилась слезами. Она не смогла быть стойкой и сильной, как ей поначалу казалось. В действительности, она была маленьким и беззащитным ребенком, которому пришлось испытать невероятный шок. Сейчас она держала в объятиях истекающего кровью отца, и сердце колотилось в груди так тягостно.
– Отец, все будет хорошо…. Я тебе обещаю, что … все это закончится.
– Нет, милая. Я умираю. Мое время уже на исходе. Я пал от стрелы лесного эльфа – нашего врага, как бы это ни было прискорбно. Но я … Гризельда, я только хочу сказать, что… девочка моя, я люблю тебя. Ты такая особенная, ты совсем не похожа на других… – он тяжело дышал, говорить ему становилось все труднее. – Ты должна вернуться к матери… Я надеюсь, что ты вырастешь такой, какой я всегда хотел тебя видеть…. Благородной и доброй, отважной и честной…
– Я обещаю тебе, что стану такой. Такой, что ты будешь мной гордиться, – она улыбнулась сквозь слезы, а потом не удержалась и горько всхлипнула.
Гризельда чувствовала, что ее отец быстро угасает. Внутри у нее все сжалось от невероятной тоски. Внезапно она почувствовала себя ужасно одинокой. Она посмотрела на отца, а он улыбнулся ей в последний раз и бессильно закрыл глаза.
– Отец! – отчаянно воскликнула Гризельда и схватила его за плечи. – Нет, только не умирай! Ты не можешь умереть! Не оставляй меня здесь одну! Отец! Не оставляй меня, прошу тебя…. Я…. Я люблю тебя….
Наконец, она поняла, что отец мертв и с громким рыданием уткнулась в его плечо, обнимая за шею.
Когда Гризельда поднялась на негнущихся ногах, то заметила Диффрина – все это время он наблюдал за ней со стороны. И вдруг она почувствовала, как бессильная ярость шевелится в груди. Гнев затопил разум, и глаза загорелись красным огнем.
– Я ненавижу тебя и весь твой род! – закричала девочка во всю мощь своего голоса. – Я отомщу за смерть своего отца! Я ненавижу тебя! Не желаю тебя больше знать!
– Гризельда, но я же не виноват в смерти твоего отца.
– Ты или они – какая разница! Ты лесной, а значит – мой враг!
Тут она отвернулась, посмотрела на покойного отца и застыла на одном месте. Ее глаза перестроились на инфракрасный спектр, и она увидела, как тепло покидает тело Келая Ласкеса. Из-под упавших на лицо белых волос, до Диффрина донеслось отчаянное рыдание. Когда он подошел к ней ближе, она повернулась и обняла его, заливаясь слезами.
Но уже через пару мгновений Гризельда пришла в себя и, резко оттолкнув от себя лесного эльфа, бросилась прочь. На этот раз Диффрин решил не следовать за ней: наверняка сейчас она всей душой ненавидела весь его род. Диффрин понимал, что она имеет полное право злиться на него, но все-таки в том, что случилось сегодня, не было его вины.
Малышка бежала в сторону леса, не оглядываясь назад. Она не знала, что Диффрин провожал ее беспокойным взглядом до тех пор, пока она не скрылась за стройными стволами деревьев и пышными кустарниками. Потом он махнул на нее рукой и зашагал в противоположную сторону. Ему казалось, что он больше никогда не увидит Гризельду. Однако он ошибался.
Глава 8 «Лесные скитания»
Ноги Гризельды подкосились от быстрого бега, и она рухнула на землю. Девочка чувствовала себя полностью опустошенной, как никогда в жизни. Чувство безысходности проникло в сердце. Она навсегда потеряла любимого отца. Возможно, что никогда не сможет увидеть и родную мать. Малышка осталась совершенно одна в этом незнакомом мире. Теперь она ругала себя за то, что поддалась соблазну увидеть свет. Однако в таком случае она не смогла бы проститься со своим отцом.
Гризельда утерла слезы тыльной стороной ладони и, перевернувшись на спину, посмотрела на плотные паровые скопления, заменявшие в Аверилле облака и небо. Когда-то это была всего лишь узкая пещера, а теперь это был искусственно созданный мир, о котором простые люди – жители Верхнего мира – и не подозревали, место, на которое до сих пор никто не наткнулся случайно. Аверилл жил по законам добра и милосердия. Но проявит ли кто-нибудь милосердие к одинокому темному эльфу, если встретится с ним на лесной тропе? В последние годы жизнь их клана казалась сущим адом. Все изменилось после смерти короля, мирное соглашение между лесными и темными эльфами больше не действовало. Эльфы-охотники, выбиравшиеся из своих тайных пещер, постоянно подвергались угрозе нападения лесных эльфов, поэтому племя с каждым разом редело.
Мало-помалу Гризельда успокоилась и пришла в себя. Она продолжала лежать на земле и слушать пение птиц, которых увидела впервые в жизни; их веселое щебетание помогало заглушить тяжелые мысли. Она пролежала так около четверти часа, почти не двигаясь. Потом поднялась с мягкой травы и зашагала по узкой лесной тропе, тревожно озираясь по сторонам. Этот лес был для нее чужд и опасен; да, он был прозван Добрым, но примет ли он отверженное дитя тьмы под свою чистую зеленую крону?
Гризельда плутала по лесу до самого вечера, так и не обнаружив старого развесистого дуба, который служил тайным входом в родные подземные туннели. Девочка впала в полное отчаяние. Она была уверена, что заблудилась окончательно и теперь ей никогда не найти дорогу домой.
Малышка не заметила, как свернула с тропы, и ей пришлось с немалым трудом пробираться сквозь густые дебри. Ветки и сучья безжалостно царапали ноги и руки, в ушах стоял неугомонный шелест листвы, и Гризельда не видела конца этому кошмарному пути.
Но вскоре деревья расступились, и эльфийка вышла на широкую поляну, усеянную высокими цветами. В темноте двигались маленькие светящиеся точки – светлячки. Гризельда еле добралась до небольшого пригорка и рухнула там без сил. В следующий момент она услышала какой-то непонятный приглушенный звук, похожий на тихое пение. Девочка сразу почувствовала, что неумолимо клонит в сон. Она сладко зевнула и улеглась удобнее, свернувшись калачиком. Глаза сами закрылись, и в полусне она разобрала тонкие голоса, доносившиеся ото всех сторон:
Гризельда с трудом открыла слипшиеся веки и увидела, что над ней склонились красивые цветы. Это показалось ей странным, но у нее уже не осталось сил о чем-то думать, и ее увлекло в водоворот сна.
***
– Моя дочь пропала! – в отчаянии воскликнула Тлана Ласкес, обводя беспокойным взглядом собравшихся в пещерном зале эльфов. – Мы обыскали повсюду – ее нигде нет! Кроме того, наши воины пали от стрел лесных эльфов, извечных врагов! Неужели мы и дальше будем терпеть подобное унижение?! Неужели мы снесем эти оскорбления и не отомстим?! Нет, мы не вправе стерпеть подобного! Если мы будем бездействовать, это будет означать, что мы согласны с тем, чтобы эти лесные твари поступали подобным образом с каждым из нас! Мы ведь не допустим этого! Пора дать им ответ!
Многие темные эльфы поддержали ее гневными выкриками.
– Но наша армия слишком малочисленна! – выкрикнул кто-то из толпы.
– Вера заменит нам воинов! Победа будет у нас! Мы не должны покоряться лесным эльфам! – Тут она ударила кулаком по столу, и его ровная поверхность задрожала.
Из толпы стали раздаваться одобрительные возгласы.
Вдруг дверь в комнату распахнулась, и на пороге возник обеспокоенный воин.
– Клайлес пришел в сознание, – сообщил он Тлане Ласкес.
Она тут же повернулась и быстрым шагом направилась за воином. Остальные члены эльфийского Совета двинулись вслед за ними.
Тлана Ласкес низко склонилась к раненому и слабо улыбнулась ему. Он был единственным охотником, которому удалось выжить после неравной битвы.
– Клайлес… – прошептала Тлана и дотронулась до его темного лица с резкими чертами. – С тобой все будет в порядке. Мы о тебе позаботимся. Теперь ты дома, в безопасности.
– Я видел ее… – тяжело дыша, прошептал Клайлес. – Вашу девочку.
– Гризельду? – ее голос дрогнул.
– Да…. Она была там…. Я видел…. Ваш муж умер у нее на руках….
– Она жива? – с надеждой спросила она, глядя на него немигающим взглядом.
– Я не знаю… В тот момент я, наверное, потерял сознание, – ответил воин, пытаясь пересилить острую боль, которая охватила все его тело.
Тлана Ласкес отошла от постели раненого в полном оцепенении, не зная, жива ли ее дочь, и если – да, то где она сейчас.
– Собирайте отряд! – скомандовала она отрывисто. – Мы отправляемся на поиски!
***
Гризельда проснулась, услышав какие-то хлюпающие звуки. Она открыла глаза и увидела двух низкорослых существ, которые безжалостно порубили своими топориками окружавшие ее цветы.