Аяно Такэда – Звучи, эуфониум! Добро пожаловать в духовой оркестр старшей школы Китаудзи. Том 1 (страница 5)

– У нашего оркестра богатая история. Еще десять лет назад мы были знаменитыми чемпионами. Мы даже выступали на Национальном конкурсе… хотя наш нынешний оркестр лишь бледная тень прошлого.

Стены музыкальной комнаты были украшены наградами. Победы в региональных конкурсах, золото на Национальном. Фотографии в рамках были такими старыми, что от их выцветшей пыльной древности Кумико охватила меланхолия.

– Итак, значит… Да, вообще-то, в этом году у нас новый куратор. В прошлом году им была наша учительница Рикако, но в этом она взяла декретный отпуск. Поэтому у нас будет новый куратор. Мы сейчас мало что о нем знаем. На церемонии поступления он назвал только фамилию – Таки – но, похоже, сегодня он чуть-чуть опаздывает. Заместитель куратора, госпожа Митиэ, сегодня занята на родительском собрании, поэтому она не придет. И хочу сразу предупредить новеньких: она реально страшная, старайтесь ее не злить.

Госпожа Митиэ была еще и классным руководителем Кумико. Судя по всему, первое впечатление о ней оказалось верным.

– Итак, сегодня мы будем распределять инструменты. Каждый старшеклассник перед вами представляет конкретный инструмент. Мы кратко расскажем о том, на чем играем, для тех, кто только решил заниматься музыкой. Те, у кого уже есть опыт, обязательно сообщите нам. У каждого инструмента есть свои особенности, поэтому мы будем учитывать не только ваше желание при распределении. Чур не жаловаться, если вы попадете не туда, куда рассчитывали.

Как только Огасавара закончила свою речь, она подозвала старшеклассников к себе. Первой вперед вышла потрясающе красивая девушка с трубой. Ее прямые черные волосы напоминали волосы Рэйны, но впечатление, которое она производила, было совершенно другим. В ней было что-то хрупкое и нежное. Если бы Кумико была мальчиком, она бы без раздумий бросилась защищать это милое существо.

Девушка вежливо поклонилась, а затем на мгновение взглянула на Огасавару. Ее щеки слегка покраснели от смущения.

– Каори Накасэко, руководитель секции труб. Труба – самый популярный духовой инструмент, поэтому не думаю, что нужно много о ней рассказывать. Сейчас у нас в секции шесть труб, и мы все хорошо сыгрались. У нас много соло и простых мелодий, и я уверена, что каждый, кто присоединится, хорошо проведет время. Нам нужны ребята и с опытом, и без него, поэтому, пожалуйста, не стесняйтесь подавать заявки.

После ее выступления все зааплодировали. Вслед за Каори знакомство с инструментами пошло оживленнее. Тромбон, валторна, флейта, саксофон, кларнет, гобой, ударные инструменты. Рассказы о таких популярных инструментах, как флейта или саксофон, слушали с интересом, кто бы и как о них ни рассказывал, а вот малоизвестные инструменты вниманием были обделены. В средней школе Кумико играла на эуфониуме и подумывала о том, чтобы в старшей сменить инструмент. В раздумьях ее взгляд блуждал за окном. Музыкальный класс находился на третьем этаже в самой северной части здания, и из окна было хорошо видно спортивную площадку. Непонятные крики бейсбольных и футбольных клубов эхом разносились по всей территории школы. Кумико не особо ладила со спортсменами. Она никогда не могла понять, что у них на уме.

– Так, а теперь вам расскажут об эуфониуме.

Слова Огасавары вернули мысли Кумико в класс. Высокая красивая девушка в модных очках в красной оправе вышла вперед с серебряным эуфониумом в руках. Именно она дирижировала на выступлении во время церемонии поступления. Было в ней что-то – возможно, острый взгляд ее раскосых глаз – что придавало ей очень умный вид. Она ловко поправила очки указательным пальцем, и в уголках ее рта появилась улыбка.

– Меня зовут Аска Танака. Я руководитель басовой секции, и, как видите, я играю на эуфониуме.

Некоторые ученики, очевидно, незнакомые с инструментом, склонили головы, услышав это название. Эу-что? Предвидя такую реакцию, Аска удовлетворенно кивнула.

– Да-да, вы все верно услышали! Эуфониум – это инструмент, относящийся к тубам с системой помповых вентилей в строе си-бемоль. История этого инструмента до сих пор неясна. Одни считают, что это усовершенствованный вариант зоммерофона, созданного веймарским концертмейстером Фердинандом Зоммером, однако другие говорят, что современный эуфониум, возник при совершенствовании помпового механизма Адольфа Сакса в саксгорне, который использовали в знаменитых английских духовых ансамблях. Первоначально он назывался euphonion[9], что происходит от греческого слова «euphonos» – благозвучный. И, как следует из названия, эуфониум – превосходный инструмент, придающий басовой части широкий, мягкий тон. История эуфониума в Японии также довольно туманна, но началась она на третьем году эпохи Мэйдзи[10] с прибытием инструмента из Великобритании. Изначально военный оркестр обучался по британскому образцу, но после разделения на сухопутные и морские силы в том же году оркестр военно-морских сил стал обучаться по немецкому образцу, а сухопутный оркестр – по французскому. Вот почему партии эуфониума имели разные названия: в военно-морском оркестре их называли партиями эуфониона или баритона, а в сухопутной – малого баса. Судя по многочисленным изображениям того периода, мы знаем, что использовался французский бас-саксгорн, но многие ансамбли, в том числе военно-морские и студенческие оркестры, называли этот инструмент на немецкий манер – баритоном или эуфонионом. В связи с распространением школьных оркестров, введенных Соединенными Штатами Америки после поражения Японии во Второй мировой войне, у нас укоренилось название эуфониам или эуфониум, а в качестве музыкального инструмента распространение получил эуфониум поршневого типа, разработанный в Англии. Интересный факт, что…

– Все-все, хватит! Аска, ты, конечно, можешь рассказать все, что нашла в Википедии, но можно немного короче? – сказала президент клуба, оборвав выступавшую, несмотря на ее живое желание продолжать вечно. Учитывая практически не изменившиеся выражения лиц других старших, для Аски это было в порядке вещей.

Девушка надула щеки от возмущения.

– Эй, я еще не успела рассказать обо всех прелестях эуфониума!

– Нет-нет, ты сказала достаточно. Следующий! Кто там у нас с тубой, выходи вперед!

Все еще явно расстроенная, Аска неохотно отошла в сторону. В голове у Кумико возник очевидный вопрос: как такой человек смог стать главой секции?

– …Я Такуя Гото, играю на тубе.

Старшеклассник, вышедший на замену Аске, был высоким и широкоплечим юношей. В отличие от разговорчивой Аски, он казался очень мрачным. Такуя носил очки в толстой черной оправе, в руках он держал инструмент в несколько раз больше эуфониума. Это была туба – самый большой из духовых инструментов в оркестре.

– Туба – это басовый, не особо мелодичный… и довольно простой инструмент. Еще он тяжелый. Килограмм десять где-то. Длина тубы около шести метров. Для маршей мы используем большой белый сузафон… Он тоже тяжелый…

– …

– …

– Эм, и все? – спросила Огасавара с широко раскрытыми глазами.

– Ну да, это все… – ответил Такуя с чуть растерянным выражением лица.

– Ой, да ладно, Гото! Ты совершенно не передал очарования тубы! Полагаю, мне, Аске Танаке, придется представить этот…

– Нет уж, с тебя хватит, – сказала Огасавара, тут же перебивая девушку, которая энергично махала рукой.

– Обычно в басовой секции есть еще один инструмент – контрабас. К сожалению, в прошлом году последний человек, кто играл на нем, выпустился. Если среди вас есть кто-то с опытом, милости просим. А то у нас могут возникнуть проблемы.

Аска подняла контрабас, как бы говоря: «Кстати, вот это и есть контрабас!» Огромный струнный инструмент был даже выше нее, и среди учеников, которые никогда его не видели, раздались восхищенные возгласы.

– Кто-нибудь раньше играл на таком?

Огасавара оглядела класс. Посреди новичков нерешительно поднялась тонкая рука. Это была Сапфир.

– Эм… Мидори играла на контрабасе в средней школе.

Глаза Аски ярко сверкнули в ту секунду, когда она заметила эту миниатюрную девушку. Она бросила инструмент на президента, а сама быстро зашагала к Сапфир. Глаза девочки расширились, и она замерла на месте. Аска схватила поднятую руку, и ее дивный профиль вплотную приблизился к Сапфир. Длинные темные волосы Аски упали на плечи и скрыли выражение ее лица.

– Хочешь попробовать?

Было что-то соблазнительное во внезапно изменившемся голосе Аски. Томный и низкий, он заставлял сердце биться быстрее. Сапфир невинно глядела на старшеклассницу перед ней, но эти слова, казалось, внезапно привели ее в чувство. Щеки ее приняли цвет осеннего листопада.

– Д-да! Если вы не против, то Мидори будет рада.

– Правда? Здорово! Ты нас просто спасла!

Серьезность с ее лица мгновенно исчезла, когда Аска просияла широкой беззаботной улыбкой. «Ах, вот в чем дело. Так она манипулирует людьми», – заключила в голове Кумико.

– Вот и все, Харука. Теперь это чудо наше!

– Хорошо, хорошо. Как скажешь, – махнула рукой президент и поставила огромный инструмент на пол. Затем она взяла тетрадь с пианино. На тонкой потрепанной от долгого использования обложке стояла надпись «Список участников».

– Что ж, теперь нужно определиться с остальными. Выслушивать каждого из вас будет очень долго, поэтому просто подойдите к инструменту, на котором хотите играть. Если вы еще не решили, то начнем второй круг. Ну, как-то так. Всем удачи.