Ая Кучер – Предатель. Право на измену (страница 75)
Я захожу на кухню — и замираю. На столе стоит огромный букет.
Насыщенно-красные и белые розы смешаны в хаотичном порядке, разбавлены зеленью.
Я делаю шаг ближе, вдыхаю аромат, касаюсь пальцами мягких лепестков. Сладкий запах свежих цветов щекочет ноздри.
— Костик, спасибо, — поворачиваюсь к сыну с лёгкой улыбкой.
Тот дёргается, замирает с кружкой в руках, а потом бурчит:
— Это не я.
Я моргаю.
— В смысле, не ты?
— Отец завёз, — хмыкает. — Только что. Заставил меня спуститься и забрать.
Я не сразу нахожу что сказать.
Руслан? Правда?
Медленно выдыхаю, снова смотрю на букет. Внутри что-то гудит, смятение мешает собраться. Одновременно приятно и...
Странно. Больно. Потому что мы разводимся. Потому что он увлёкся другой. Потому что мне до сих пор сложно привыкнуть к этой мысли.
— Всё равно мой подарок лучше, — цокает Костя. — Держи.
Сын толкает ко мне небольшую коробочку. Я выныриваю из мыслей, принимаю подарок, аккуратно раскрываю упаковку.
Внутри флакончик моих любимых духов.
Я тепло улыбаюсь, поднимаю взгляд на сына. Обнимаю, целую в щеку.
Подросток героически терпит, хотя и вырос из таких обнимашек. Но сегодня позволяет.
— Спасибо, Костик. Мне очень приятно.
Сын смущается, хмыкает что-то вроде «пустяки» и тут же отходит в сторону, делая вид, что жутко увлечён телефоном.
Утро получается сумбурным. Летят звонки, сообщения, тёплые слова от близких и знакомых. Я отвечаю, принимаю поздравления, ловлю улыбки детей.
Мы выходим на улицу. Осеннее солнце мягкое, не обжигающее. Прохлада лёгкими дуновениями касается кожи.
Мы идём в любимое кафе, заказываем поздний завтрак. Оля выбирает что-то замысловатое, подсказывая официантам новые ингредиенты.
Костик привычно берёт оладьи, а я пью кофе, размешивая ложечкой сливки.
Совсем недавно мне казалось, что жизнь закончена. Что я разрушена, раздавлена.
А вот я здесь. Всё равно держусь. Вытянула. Справилась.
И могу сидеть вот так — с детьми, слушая их разговоры и смех. И мир не рухнул.
Это даёт уверенность.
Чтобы в жизни не случилось, всё можно пережить.
И снова стать счастливой.
Глава 38
— Так, — толкаю коляску Костику. — Пару кругов по парку, гуляйте.
— Ну ма, — сын морщится, заглядывая к сопящей Лизе. — Может, я лучше опять папу домой не пущу? Или там шмотки его соберу…
— Костя.
— Или завтрак тебе приготовлю.
— А это занято, — хмыкает Оля. — Я приготовлю. А ты с мелкой гуляй.
— Вы оба, — поправляю я. — И не спорить. У меня день рождения. Давайте, гуляйте. Если начнёт плакать — тогда позвоните. И буду ругаться.
Добавляю шутливо, чтобы не звонили просто так. Отправляю детей гулять на свежем воздухе.
Не маленькие уже. Как-то справятся с Лизой полчаса. Не спи она, я ещё бы подумала. А так…
Кафе здесь недалеко, так что я быстро. Мне надо встретиться с Олесей, и я свободна до завтра.
Оказывается, женщина пришла первой. Она сидит за дальним столиком, перекидывает светлую косу с плеча на плечо.
— Алина, здравствуй! — её голос тёплый и радостный. — Рада видеть тебя.
— Взаимно, — улыбаюсь. — Надеюсь, я не опоздала?
— Нет, что ты. Мы с тобой люди занятые, пять минут туда, пять минут сюда…
Олеся говорит мягко, без осуждения. В её голосе столько доброжелательности, что моментально хочется расслабиться.
Мы садимся, официант приносит меню, и, пока мы делаем заказ, её телефон на столе вспыхивает. Она быстро отвечает на звонок.
— Да, Тимур… — голос её становится чуть строгим, но всё равно наполнен лаской. — Посмотри в шкафу, на средней полке. Нет, ниже. Ты точно смотришь? Хорошо, давай, я потом сама посмотрю.
Она отключает звонок, тяжело выдыхает и с улыбкой качает головой:
— Ничего без меня не могут. Хоть на минуту вырваться — и всё, мама пропала.
Я понимаю её. До боли. Поэтому усмехаюсь:
— Знакомая ситуация. Дети сразу чувствуют, когда ты пытаешься заняться своими делами.
— Вот именно! — Олеся с энтузиазмом подхватывает. — И как будто бы специально начинают бесконечно спрашивать, узнавать, звать…
Мы переглядываемся, и между нами пробегает тёплое, негласное понимание. Смеёмся, а после переходим к делу. Олеся достаёт папку с эскизами, выкладывает на стол.
— Итак, — начинает она. — Мой муж хочет полностью обновить дизайн для двух новых коттеджей. Пока всё в стадии концепции, но ему важно, чтобы это было не похоже на другие. Пытается создать больше вариантов для различных любителей.
Я киваю, изучая бумаги. Проект интересный. Много пространства, деревянные интерьеры, но всё сдержанное, элегантное.
— Как тебе? — спрашивает Олеся, чуть наклонив голову.
— Отлично. Надо продумать освещение и текстиль. Можно сделать акцент на каминной зоне, добавить зональное освещение. Сейчас в таких проектах важна атмосфера.
Олеся одобрительно кивает, делая пометки. Но прежде чем мы успеваем углубиться в обсуждение, её телефон снова звонит. Женщина извиняется и отвечает:
— Да? Нет, не забудь положить в холодильник. Что значит «я не знаю как»? Просто открой и поставь. Да, умница.
Она отключает, закатывает глаза, но с улыбкой.
— Вот так всегда.
— У тебя дома, наверное, настоящий штаб?
— Честно? Иногда я себя чувствую диспетчером авиаперелётов. Только вот самолёты — это мои дети, которые вечно летят в разные стороны и ждут, что я их приземлю в нужное место.
Я смеюсь. Это лучшее описание материнства, которое я только слышала! Я бы лучше и не подобрала.
Я смотрю на Олесю и понимаю, что передо мной женщина, которая живёт для семьи. Для детей. Для мужа.