Ая Кучер – Предатель. Право на измену (страница 52)
Эти моменты были глотком воздуха, когда работа давила со всех сторон. Мы просто пили кофе, говорили ни о чём, и всё становилось чуть проще.
— Нет, — качаю головой. — У меня другие планы.
Её улыбка гаснет на долю секунды, а в глазах мелькает растерянность. Это еле уловимо, но я замечаю.
Её пальцы замирают на кулоне, она быстро опускает руки и смотрит на папку, словно что-то в ней ищет.
— Конечно, — тихо отвечает она. — Простите, если перешла черту…
— Всё в порядке, — виновата тут не она.
Её замешательство неожиданно цепляет. Царапает внутри, оставляя непонятный осадок.
Словно я подвёл Катю, хотя ничего не обещал. Никаких обещаний и тем более откровенных намёков.
Лёгкий ветерок, когда душно. Разрядка. Уход в сторону, чтобы вернуться к тому, что важно.
И да… Да, есть чувства. Но есть и другие обязательства.
Например, я обещал жене и в горе и в радости. И верность тоже обещал.
С этим до конца не получилось. Увлекла другая. Но я стараюсь. Физической близости не было, а эмоциональная… Об этом другим знать не обязательно.
Катя выходит на первом этаже, бросая на меня короткий взгляд. Будто собирается что-то сказать, но передумывает.
— Хорошего вам дня, Руслан Фёдорович, — говорит она наконец, быстро уходя.
А я уезжаю на паркинг. Снова утыкаюсь в телефон. Пытаюсь добиться от подрядчиков отсрочки платежей.
Надо протянуть неделю, после этого будет проще. Суд должен ослабить ограничения, позволить удержать фирму на плаву.
Я, скорее всего, ловлю несколько штрафов, пока долетаю до ресторана. Эмоции плещут, выжигают.
Нужно хоть как-то их сбросить, чтобы не свихнуться. Гонки в одиночку — неплохой вариант.
Ресторан оказывается почти пустым, бизнес-ланч уже закончился. Я занимаю столик в углу, откуда хорошо виден вход.
Заказываю кофе. Крепкий, чтобы зубы сводило. То, что сейчас нужно, чтобы собраться.
Не спал нормально эти дни. Отель недалеко от офиса — ужасный. Стены тонкие, матрас дубовый.
Принципиально не ищу себе ничего другого. Потому что иначе — будто подтверждение, что всё. Конец. Никакого пути обратно.
Пальцы барабанят по деревянной поверхности стола. В голове крутятся вопросы, один за другим.
Мне кажется, что я всегда знал Алину. С первой встречи. Понял её. С парочкой скандалов и ссор — выучил полностью.
Знал наш ритм, понимал, как нужно действовать. Находил нужные ключи.
И вот теперь она закрытая книга для меня. И я не могу прочитать даже страницу.
Я замечаю жену мгновенно. Будто внутренний радар указывает в нужном направлении.
Она заходит, скидывает плащ. Тянет помочь, потому что… Просто тянет. Впервые за долгое время.
Но сдерживаюсь. Наблюдаю за ней.
Волосы собраны в аккуратный пучок, несколько прядей свободно обрамляют лицо. Алина невзначай убирает их за ухо.
Проводит тонкими пальчиками по шее. В её жестах нет ни жеманности, ни наигранности.
Просто она такая. Цепляющая.
Раньше я этого не замечал. Точнее, прекратил замечать. Стало обыденным. А теперь обухом по голове.
Тонкая цепочка блестит на шее, подчёркивая изящную линию ключиц. Платье тёмного цвета облегает её фигуру так, что у меня пересыхает в горле.
Раньше это казалось тупым. Невозможным. Хотеть ты можешь многих, ладно. Особенно в молодости, когда тестостерон херачит.
Но потом находишь себе одну. Выбираешь из других, потому что особенная для тебя. И всё.
Невозможно чувства испытывать сразу к двум.
А нет. Оказывается, так может быть.
Можно любить жену, но при этом — влюбляться и в другую.
Жена немного осматривается, взгляд находит меня. Уверенно идёт ко мне, покачивая бёдрами из-за каблуков.
А раньше их не носила…
Ради кого стиль поменяла, родная, а?!
Сжимаю челюсти. Мои руки сжимаются в кулаки, и я чувствую, как внутри всё кипит.
Алина подходит к столу, кладёт сумку на соседний стул и садится напротив. На её лице спокойствие, но в глазах — напряжение.
— Привет, — произношу первым. Мой голос звучит чуть грубее, чем хотел.
— Привет, — отвечает она коротко, без эмоций. — Давай сразу к делу.
— А ты уже в этом мастер. Да? К делу, без разговоров. Заморозить счета, замки, суды…
— Я просто делаю то, что считаю правильным.
— Ты считаешь, что это правильно? Разбить всё к чертям, даже не попытавшись что-то спасти? Разрушить нашу семью.
Её взгляд становится жёстче. Она выпрямляется, руки складывает на коленях, будто держит оборону.
В груди разливается злость. На неё, на себя, на весь этот чёртов разговор.
— Я хочу знать причину, — говорю, резко. — Почему развод, Алина? Ты нашла кого-то?
Она мгновенно напрягается. Глаза чуть расширяются, она отводит взгляд в сторону. Её пальцы начинают нервно теребить край скатерти.
— Отвечай, — голос становится ледяным, а внутри горит от люти. — Есть кто-то ещё?
На секунду она застывает, как будто решает, что сказать. Затем делает глубокий вдох, смотрит на меня, и в её глазах что-то меняется.
Там сплошное безразличие. И будто желание ударить мне побольнее.
— Да, — говорит она наконец. Словно кислоту мне в горло заливает. — Да, Руслан. В нашем браке появился кто-то третий.
Эти слова врезаются в меня, как удар кулаком в живот. Воздуха не хватает, и в груди разрывается что-то острое, невыносимое.
Всё внутри меня взрывается. Ревность, гнев, боль — всё перемешивается в один бешеный коктейль, который рвёт меня на части.
Я чувствую, как пальцы вцепляются в столешницу, так сильно, что побелели костяшки. Сдерживаюсь из последних сил, чтобы не сорваться.
Она сидит напротив, такая спокойная, будто говорит о чём-то будничном. Лицо Алины закрытое, чужое.
— Кто он? — рычу сквозь зубы. Голос низкий, хриплый, срывающийся от напряжения. — Кто, Алина?!
— Ох, он?