Ая Кучер – Неверный. Цена любви (страница 91)

– Ты не посмеешь…

– Посмею. Сейчас Артём вызовет полицию, я напишу заявление. И только от того, как ты поступишь, будет зависеть: пойдёт это дело в суд или нет.

Мне чертовски плевать на то, чем всё это обернётся. Божене явно нужна помощь врача, возможно, длительное лечение.

Вряд ли, если её посадят, то это пойдёт на пользу. Лучше в клинику или к психиатру, не знаю. Но это не моя забота. Главное, чтобы Божену не подпускали к Лёве.

Кто знает, на что ещё способна сестра в таком состоянии?

– Майя, я не думала, – Лика преграждает мне дорогу. – Что она так поступит. Божена лишь хотела поговорить! Сказала, что сможет тебя образумить. Ты поступала глупо, и я решила…

– Что имеешь право распоряжаться моей жизнью? Никогда больше мне не звони, – выплёвываю, сильнее хватаясь за Артёма.

В прошлом я бы сама попыталась оправдать подругу. Хотела помочь, не могла принять то, что я поменялась. В её системе координат – брак с Владом намного выгоднее, чем отношения с Артёмом.

Но теперь всё изменилось. Подруга предала меня! Моё доверие.

И использовала такой грязный приём. Соврала, что моей маме плохо. Кто вообще додумается врать о таком?

Артём обещает уладить всё самостоятельно, его друзья оформят всё, как надо. Моё присутствие здесь не нужно. Поэтому мы можем, наконец, вернуться домой.

На этот раз никто нас не останавливает.

– Блдь, – ругается, снова рассматривает небольшой порез на моей руке. – Я ожидал, что тебя похитят, а не запрут где-то. Пришлось искать сотрудников, чтобы они ввели код и…

– Всё нормально.

– Нет, ничерта не нормально, – бьёт ладонью по рулю. – Я обещал тебе защиту, и я тебя подвёл. Это недопустимо, Майина. Я облажался.

– Никто не мог ожидать, что Лика так поступит. Я сама виновата. Услышала, что маме стало плохо и… Не смогла думать адекватно. Зря побежала.

– Нет, малыш. Думать должен был я. Я бы сам сорвался, если бы моим родителям… Хочешь с ними познакомиться? Они точно тебя полюбят?

– С твоими родителями?

Я теряюсь от такой резкой смены темы. Артём кивает, тормозит возле первой попавшейся аптеки. Выскакивает, оставляя меня в смятении. С родителями?! Так быстро?

А что они обо мне подумают? Я ещё не развелась, и беременна.

Я теперь стараюсь не обращать внимания на чужое мнение, но… Это ведь родители Рязанова! И если мы с мужчиной планируем что-то серьёзное – то я хотела бы им понравиться.

А я-то планирую!

– Вот, – Артём возвращается взъерошенный, бросает на приборную панель огромный пакет, забитый доверху. – Дай мне свою руку, малыш. Пиздец.

– Я ножом сильнее режусь, – пытаюсь успокоить, но получаю только злой взгляд в ответ. – То есть… Когда готовлю. Божена меня напугала, но вреда не причинила. И ты не виноват, ясно?

– Ага. Не виноват, блдь.

Я впервые слышу, чтобы Артём так сильно матерился. Бережно держит мою руку, обрабатывая порез. Дует, хотя совсем не щиплет.

А после наклеивает пластырь. И целует поверх него.

У меня от этой заботы сердце щемит.

– Сколько ты бинтов взял? – заглядываю в пакет, не могу перестать улыбаться. – Ты решил из меня мумию сделать?

– Я перенервничал, – усмехается, ероша свои волосы. А после притягивает меня к себе. – Не бью женщин, но Божену бы прихлопнул.

– У меня предложение. Я знакомлюсь с твоими родителями, а мы больше не вспоминаем об этой ситуации.

– Боюсь, малыш, тут плата побольше нужна.

– И какая же?

– Хм, – мужчина внимательно рассматривает меня, а после нахально усмехается. – Я что-то придумаю.

Глава 57. Майя

– Ты выглядишь прекрасно.

– Рязанов!

Я бью мужчину по рукам, но это не помогает. Артём нагло прижимается ко мне, пока я пытаюсь накрасить ресницы. Он упирается ладонями в туалетный столик, смотрит на меня через отражение. Нагло подмигивает.

– Так и знала, что нельзя тебя пускать в дом, – фыркаю и закатываю глаза. – Вечно проблемы

– Могла выгнать меня, – ни капли не раскаивается.

– Я и пыталась. Но у тебя была взятка.

В виде облепихового лимонада и заварных пирожных. Ну кто бы устоял? Пришлось пустить мужчину в квартиру. И даже разрешить остаться с ночёвкой.

Сейчас, когда всё закончилось, и мне не нужно постоянно быть под надзором, мы с Рязановым живём отдельно.

По крайней мере, официально.

Реально же…

Ну, пару раз в месяц мы ночуем отдельно. Это тоже неплохой результат!

Артём опускает шлейку моего сарафана, прижимается губами к шее. Двигается вверх, вызывая внутри рой бабочек.

Едва успеваю глотнуть воздуха, как мужские ладони забираются под край юбки. Прижимаются к небольшому животику, который только начал расти.

– Артём, – хнычу, откидывая голову назад. Кожа пылает под его прикосновениями. – Я опоздаю.

– Я быстро, – шепчет, лаская моё тело. Каждое его прикосновение вибрацией отдаёт внутри. – Так себе обещание, да?

– Отстой полный. Но я серьёзно… Черт. Тебя не было всего пару дней, а ведёшь себя так, словно вечность не виделись.

– Целых, – прикусывает мой подбородок. – Пару, – толкается бёдрами в меня. – Дней.

Разворачивает, целует меня. Артёму усаживает меня на туалетный столик. Косметика с грохотом летит вниз, дублирует стук моего сердца.

Но мне плевать, потому что всё, что существует в этот момент – близость мужчины. Его настойчивые поцелуи. Горячий язык, толкающийся меж моих губ.

Артём раздвигает мои ноги шире, устраивается между них. Поглаживает бёдра, едва задевая трусики. А у меня уже спазмами всё сжимается.

Глажу его плечи, а после дёргаю за ремень джинсов. Тяну ближе, сильнее. Одурманена этим запахом розмарина. А ещё Артём пахнет моим гелем для душа.

Кофейным.

Моим кондиционером для белья.

Полностью пропитался запахом моего дома. А я – его.

Настолько увязли друг в друге, соединились.

И при этом я никогда не чувствовала себя такой цельной, как сейчас.

– Опоздаю, – повторяю, прижимаясь к нему всем телом. – И нас не разведут. Ещё месяц ждать будешь.

– Блдь, – стонет, упираясь лбом в моё плечо. Снова целует, куда дотягивается. – Умеешь ты кайф ломать, малыш.

Я не знаю, как объяснить.

Но «малыш» Рязанова и «маленькая» Салманова – разные вещи.