Ая Кучер – Неверный. Цена любви (страница 25)
– Лучше так, как тебе будет удобнее. Давай сойдёмся на том, что у меня один приоритет в этой работе.
– Ох.
– Майин, подумай хорошо. Ты не обязана отвечать мне сразу. Для начала посмотрю, кого из моих ребят напрячь. Организуем тебе охрану, никто не тронет. А дальше по нарастающей.
– Хорошо. Спасибо.
Я выдыхаю. Будто огромный давящий камень исчезает с моей груди. Становится легче. Я не обязана решить всё в эту секунду, можно взвесить каждый поступок.
Будет охрана. Отец не заберет меня силой. А даже если кто-то действительно напал на Божену – до меня они не доберутся. Телохранители это не спасенье, временное решение.
Как обезболивающее, когда что-то болит. Нужно лечить глубже.
Но пока сойдёт.
– Это ей, – распоряжается Артём, когда появляется официантка. Ставит передо мной стакан с лимонадом. – Спасибо. Я ведь не ошибся? Ты вроде любила облепиховый. Вечно его брала, когда мы катались по городу. А потом ходила простывшая.
– Да, любила и люблю.
Не признаюсь, что брала этот напиток совсем по другой причине. Обязательно с горкой льда, чтобы дольше таяло. И можно было пить по глотку, не спешить. Словно если лимонад закончится, то мы сразу разойдёмся.
И вкус облепихи я впервые распробовала рядом с Артёмом. Он забыл, что именно я хотела, взял наугад. А мне было слишком неловко, чтобы поправить его.
– Куда ты собралась ехать? – спрашивает, резко меняя тему разговора. – Просто сбежать хотела?
– Нет. Моя тётя отдыхает в горах. Лидия. Она… Я думала, что она поможет мне советом. Отец вечно осуждает её поступки, но ничего поделать не может.
– Если твоя тётя что-то знает, то можно это будет использовать. Я не знаю, как всё устроено в вашей семье… Может, Соловьев только дочерей держит под контролем, а на других плевать? Но если нет, то у неё может быть какая-то информация.
– Я тоже так подумала. Именно поэтому сорвалась, даже без вещей. Всё равно терять нечего. Счета заблокированы, работы нет. Но на поезд мне уже не успеть. Да и если у меня теперь будет охрана, то уехать куда-то не получится. Я могу ей позвонить…
– Кстати, о счетах. Налоговики как ленивцы двигаются, но процесс уже запущен. Думаю, на следующей неделе всё решится.
– Ты действительно смогу разобраться с этим? Боже, спасибо! А сказали, какая точно была причина, как появился мифический долг?
– Узнал. Но вряд ли тебе понравится ответ.
– Отец или Влад?
Я спрашиваю прямо, не хочу тешить себя иллюзиями. Давно стоило понять, что по-настоящему обо мне забочусь только я. И то, довольно хреново получается, если честно.
Если это муж… Мне будет больнее. Потому что я всегда считала его героем! Мой защитник, который загораживал от всех проблем. Делал по максимуму, чтобы не нарываться на конфликт, но не подпустить ко мне отца.
Он не может оказаться таким подлецом.
Просто не может!
– Не знаю, – Артём пожимает плечами, крутит в пальцах чайную ложку. – Тут сложно сказать. Никто вину и причины не называет, перебрасывают ответственность друг на друга. Кто-то говорит, что это ошибка была, когда номер ИНН вносили. Другие – тезка твоя, а дату рождения не проверили.
– Майина Салманова? – при всей моей вере в лучшее, это звучит бредом. – Такое распространённое имя…
– Ага, на каждом шагу. Как ты понимаешь – это не просто случайность. Кто-то порешал, чтобы так всё совпало. Сейчас налоговики убирают долг из твоего кабинета, надо время, чтобы до банков все бумажки дотянулись.
– Но я правильно понимаю – это всё подделано, никакого настоящего долга на мне не весит?
– Нет.
Фух, хорошо. Грешным делом, я уже подумывала, что где-то ушиблась головой и забыла, как подписывала документы. Вдруг на мне фирма висит или ещё что-то? Отец, конечно, учил – ничего нельзя подписывать, не проверив. Но я уже ничему не удивлюсь.
Всего одна маленькая проблема исчезла, а мне сразу легче стало. На моих счетах не миллионы, но деньги там есть. И приятно вернуть контроль хоть над какой-то сферой жизни.
– Спасибо!
Благодарю, чувствуя новый прилив сил. Эта маленькая победа, даже не моя, вдохновляет. Показывает, что всё можно решить. Не получится у кого-то меня просто утопить.
– Забей, – Артём отмахивается, но недовольно сжимает челюсть. Раздраженно объясняет: – Быстрее должно было быть, но не смог.
– Ну, у меня бы вовсе не получилось, так что… А что дальше? Пока я буду думать, как именно представляю себе решение… Что ты будешь делать?
– Посмотрю, есть ли компромат на твоих «героев». В любом случае он не помешает. Реши, какую инфу лично тебе нужно найти. Ну и охрана, само собой. Куда ты там собиралась ехать?
– В Карпаты.
– Понял, принял. Организуем.
– Артём…
Мужчина сказал, что по оплате мы решим потом. У меня есть стойкое ощущение, что Рязанов занизит финальный счет, и уж точно его не завысит. Или позволит мне рассчитываться очень-очень долго.
Но я действительно не хочу двигаться вслепую. И поблажек тоже не хочу. Я прошу мужчину об услуге и помощи, я хочу за это заплатить. А не оставаться в вечном коконе, оглядываясь, кто следующий прибежит ко мне на помощь.
Как минимум, я могу отказаться от поездки куда-то, чтобы сократить расходы. Это ведь отель для охраны, их проезд, командировочные… А подачки я не приму.
– Есть у меня один парень на примете, – Рязанов понимает меня без объяснений. – Он с радостью скатается в горы без доплаты, давно хотел. Тем более, вряд ли тебе понадобится там особая защита. Так, держать руку на пульсе. Майин, глупо отказываться от того, что тебе предлагают просто так.
Артём прав, я знаю. Тем более, я уже обещала тёте, что приеду. И поговорить с глазу на глаз будет лучше, удобнее. Поэтому я соглашаюсь с предложением мужчины.
Мы расплачиваемся по счету, двигаемся к машине Рязанова. Она уже кажется немного родной и знакомой. Следующий поезд поздним вечером, как раз будет время забрать мои вещи из отеля.
Я рада, что Рязанов не лезет в детали. Никаких тупых вопросов вроде: «как ты не замечала?» или «почему ты раньше не послала всех?». Он работает с тем, что есть, а не рассуждает, что могло бы быть по-другому, будь я чуточку смелее.
– Слушай, я знаю, что задним числом слежку не установить, – оживляюсь. – Но можно как-то проверить был ли человек в определенном месте?
– Если там стоят камеры. Мужа хочешь проверить?
– Да. Он говорит, что ничего не было. Я бы… Мне нужно понимать, кто говорит правду. Была ли измена или только ложь.
– Постараюсь узнать.
Стоит замолчать, как Артём тут же сам начинает шуметь. Переключает радиостанции, подпевает, на светофорах – несколько раз поправляет зеркало. Он в вечном движении, заполняет тишину своими рассказами, но тут же перескакивает на другую тему.
Студенты, которые ходили к нему, рассказывали, что иногда в начале лекции они цеплялись за отвлеченную тему. Рязанов начинал историю военной подготовки, а заканчивал тем, как живут сейчас в италийских деревушках.
Раньше меня это не то, чтобы раздражало. Просто иногда до слёз хотелось, чтобы Артём сосредоточился на мне, перестал постоянно проверять новости в телефоне.
А сейчас понимаю, что это совершенно не мешает. Рязанов развеивает атмосферу неловкости, не дает мне погрузиться в собственные мысли. Улыбаюсь. Я всё-таки немного скучала по этому.
– Что? – мужчина замечает моё внимание. – Раздражаю?
– Да нет. Справа будет заезд на подземную парковку. Подождешь здесь?
– Ты совсем бесстрашная, Майин? Вдруг в лобби тебя поймают? Тем более, мне контракт надо распечатать. Сразу подпишем, чтобы у тебя сомнений не было.
– Хорошо.
Администратор отдает мне ключ от нового номера, который оплатил Вадим. Артём осматривает комнату, после приказывает никому не открывать, уходит.
Именно приказывает! Но я терплю, потому что понимаю – это для моей собственной безопасности. Вещи я стараюсь собрать быстро, часть возьму с собой, часть оставлю в отеле.
Главное, забрать всё ценное, а остальное не так жалко. Артём возвращается как раз в момент, когда я заканчиваю. Мы переносим один чемодан в другой номер, второй – мужчина уносит в машину.
Я читаю стандартный договор, устроившись на сидении. Мои данные уже внесены, у Рязанова всё как-то оперативно получается. Кручу в пальцах ручку, никаких вопросов даже не возникает.
Фирма «Альфа» гарантирует защиту, я – оплату. Если я не предупреждаю о своих передвижениях, то ответственность на мне. Вроде всё стандартно и прозрачно. А главное – всего на нескольких страничках, а не целые мемуары.
– Там на три года, – уточняет Рязанов. – Ты не сказала срок, я взял шаблон. Но разорвать можно раньше.
– Я вижу, да. Остановишься и подпишу. Только ты неправильно поехал, вокзал в другой стороне…