Ая Кучер – Девочка под запретом (страница 37)

Меня всю охватывает жар. Щёки пылают. Грудь колышется от сбивчивого дыхания.

И когда Арс отрывается – медленно, будто с усилием – я понимаю, что не хочу, чтобы он останавливался.

Его лоб прижимается к моему. Мужчина дышит тяжело.

Я вижу, как напрягается его челюсть. Как ходят желваки. Как взгляд темнеет.

Он снова будет говорить это. Снова поставит стены. Вернёт «работу». «Профессионально». «Больше не повторится».

Нет. Я не выдержу этого. Не сейчас. Не когда внутри всё горит от него.

– А если я не хочу с тобой на свидание? – вырывается случайно.

Он резко отстраняется. Отрывает руки, будто обжёгся.

– Что ты сказала? – спрашивает с угрожающей хрипотцой.

– Я… – я сглатываю. – Я сказала, что, может, не хочу с тобой.

Я не знаю, что на меня нашло. Может, защита. Может, страх, что снова будет больно. А может, просто упрямство.

Арс приближается. Схватывает меня за талию, резко притягивает. Его рука скользит вниз.

Плотно ложится на мою ягодицу. Сжимает, и я едва не вскрикиваю.

Меня простреливает возбуждением. Резко. Мощно. Так, что ноги подгибаются.

Его ладонь держит крепко. Он не просто касается – он метит.

– Не хочешь? – шипит. – Хочешь с кем-то другим, да?

Я не могу ответить. Только качаю головой. Путаюсь в собственных мыслях и эмоциях.

– Так вот, голубоглазка, – его губы приближаются к моему уху. – Ты никуда не пойдёшь. Ни с кем кроме меня. Поняла?

Я захватываю ртом воздух, резко упираюсь ладонями в его грудь, пытаюсь отстраниться. Мне жарко.

В голове всё плетётся в один тугой клубок: смущение, возбуждение, страх, надежда.

Пальцы мужчины прожигают сквозь тонкую ткань, тело дрожит.

Я выдыхаю. Сердце бьётся в горле. Я не знаю, как говорить, когда он держит меня вот так.

– Не так, – говорю тихо, глядя куда-то в его подбородок. – Арс, так не пойдёт.

Он не шевелится. Только сжимает челюсть.

Я поднимаю взгляд выше. В его глазах пульсирует раздражение, сдержанная ярость.

– Я не хочу быть «не работой» только тогда, когда тебе так удобно, – произношу тихо. – Когда тебе срывает крышу, когда ты вспоминаешь, что я женщина. А потом делаешь вид, что ничего не было.

Он молчит. Внутри у меня всё трясётся, но я продолжаю. Не могу не сказать это.

– Мне больно, Арс. Когда ты сначала прикасаешься, целуешь… А потом говоришь, что это была ошибка. Что я – подопечная. Работа. Ты не можешь держать меня между. Или всё, или ничего.

Слова рвутся из меня с трудом и болью. Раздирают горло. Голос дрожит, но я не отступаю. Я должна сказать.

– Я не игрушка, которую можно с полки брать, когда приспичит. Я… Я живая. И если ты хочешь меня, хочешь быть со мной полностью – тогда будь. А если нет, если это только всплески желания – тогда не трогай.

Я осекаюсь. Молчу. Сердце бешено стучит. Я не дышу. Просто смотрю на него.

Арс неподвижен. Как из камня. Только челюсть двигается. Под скулами ходят желваки.

Он долго, мучительно долго молчит. А потом делает рваный вдох. Словно изнутри его вырывает.

– Ладно, – глухо говорит. – Тогда буду. Без вспышек.

Я не сразу понимаю, что он ответил. Но когда доходит – внутри всё взрывается. Дыхание перехватывает.

Как будто я летела вниз – и вдруг поймали. Не отпустили. Не бросили.

Внутри меня целый фейерверк. Радость распирает грудную клетку, как будто в меня вдули целый шарик гелия.

Я смеюсь, не в силах сдержаться, и прячусь носом у него в шее. Обнимаю крепче, сжимаю пальцы на его футболке.

Я улыбаюсь так широко, что болят щёки. А потом резко вырываюсь из его рук.

– Подожди! Я переоденусь! У нас же свидание!

Я почти подскакиваю на месте, уже разворачиваюсь, но после торможу. Я торможу, кусаю губу, раздумывая. Ну как бы…

– Или нет, – я хмурюсь. – Ты должен пригласить. Ну, как положено. Мужчины зовут на свидания. А не просто соглашаются.

Он смотрит. Потом закатывает глаза с таким видом, будто я заставила его читать романтический роман с цветами на обложке. Желвак дёргается на щеке.

– Серьёзно?

Я киваю, упрямо. Не отступлюсь. Хочу, чтобы всё было по-честному.

Он выдыхает сквозь зубы:

– Голубоглазка. Будешь меня дрессировать?

Я просто стою. Смотрю. Молчу.

И он, конечно, сдаётся. Потому что Истомин может быть злым, грубым, хмурым, но сам только что сказал, что хочет быть со мной.

– Лия, пойдёшь со мной на свидание? – выдыхает резко.

Я улыбаюсь. Широко. Довольно киваю.

И ускакиваю. На одной ноге. Правая всё ещё немного болит, но мне всё равно.

Я заскакиваю в спальню, закрываю дверь, прижимаюсь к ней спиной и выдыхаю.

Свидание. Моё. Настоящее. С Арсом.

Боже.

Я рывком подбегаю к шкафу, вытаскиваю свитер, отбрасываю. Джинсы тоже не подойдут.

Выбираю платье. Светло-бежевое, с длинным рукавом. Оно облегает фигуру, подчёркивает талию. Простое. Но в нём я чувствую себя собой. Настоящей.

Быстро надеваю. Расчёсываю волосы. Немного блеска на губы. Хочу быть красивой. Для него.

Арс мне так нравится. Слишком. Больно сильно. Внутри всё вибрирует. Его взгляд, его прикосновения, даже его злость – всё во мне откликается.

Я выскакиваю из спальни почти на одной ноге.

– Я готова! – сообщаю, чуть ли не подпрыгивая от волнения.

Арс сидит на диване. На нём джинсы, чёрная футболка, рукава обтягивают бицепсы.

Он скользит по мне взглядом. Оценивает. Пульс тут же сбивается с ритма.

– Только недолго. И без нагрузки, – хмурится. – Тебе нельзя много ходить.

– Мы недалеко. Тут рядом кофейня. Хорошая. Популярная. Обещаю – медленно, спокойно, сидя. Без трюков на льду, – улыбаюсь.