Автор Неизвестен – Мифы Москвы (страница 4)
Москва-река у стен Кремля
Особую связь с мифологией несет в себе финно-угорская гипотеза о происхождении названия. Сторонники этой версии разбивают слово на две части: «моск» или «маска» и «-ва». В ряде финно-угорских языков, например в марийском, слово «моска» или «маска» означает «медведь». Частица «-ва» практически во всех этих языках переводится как «вода», «река». Таким образом, получается поэтичное и грозное толкование, «Медвежья река». Это имя могло отражать как реальное обилие медведей на ее берегах, так и особое почитание медведя у местных племен. Любопытно, что в других финно-угорских наречиях обнаруживаются и иные корни: в финском
Каждая из этих гипотез, славянская, балтийская и финно-угорская, не исключает другие, а скорее рисует сложную картину исторических наслоений. Возможно, более древнее, дославянское имя реки, балтийское или финно-угорское, было впоследствии осмыслено и адаптировано пришедшими славянами, которые нашли в нем знакомые и подходящие их языку созвучия. Так или иначе, само разнообразие научных версий о происхождении слова «Москва» лишь подчеркивает древность и многослойность истории этого места, где задолго до первого летописного упоминания уже звучали данные разными народами имена.
Поклонная гора: кому здесь поклонялись?
В современной Москве Поклонная гора – это, прежде всего, грандиозный Парк Победы, торжественно открытый к 50-летию Победы в Великой Отечественной войне. На территории в 135 гектаров разместились Вечный огонь, монумент Победы, множество памятников, храмы разных конфессий и несколько музеев. При создании парка первоначальный рельеф горы был значительно изменен: ее склоны сделали более пологими для удобства планировки.
Вид на храм Георгия Победоносца на Поклонной горе
Однако историческая память места гораздо глубже. Само название Поклонная традиционно связывают с обычаем поклонения Москве. С этой точки путники, прибывающие в город или покидающие его, кланялись столице, выражая таким образом свое почтение. Здесь же, на горе, ранее происходили церемонии встречи высоких гостей. Самый известный, хотя и печальный, исторический эпизод связан с сентябрем 1812 года, когда Наполеон тщетно ожидал на Поклонной горе делегацию с ключами от Кремля.
Исследователи обращают внимание на особое положение Поклонной горы в окружающем ландшафте; не исключено, что задолго до основания Москвы и даже до прихода славян это естественное возвышение могло выполнять роль сакрального центра, места поклонения силам природы или богам местных финно-угорских племен. Таким образом, история Поклонной горы демонстрирует удивительную преемственность: от возможного древнего капища к месту ритуального поклона путников, а затем – к главному памятнику воинской славы, делая ее уникальным символом многослойной исторической памяти, в которой переплетаются миф, история и современность.
Полет на Лысую гору
Еще одна важная для московской мифологии вершина – Лысая гора в Битцевском лесопарке, он же Битцевский лес, хотя стоит отметить, что подобное название не уникально и Лысых гор немало по всей России. Такое наименование издавна закреплялось за возвышенностями, макушки которых лишены деревьев, а то и вообще любой растительности, что могло быть следствием как природных особенностей почвы, так и деятельности человека. Эти высоко вознесенные над местностью пространства в народном сознании напрямую ассоциировались с древними языческими капищами. На таких вершинах, по всей вероятности, совершались ритуалы поклонения небесным силам, например приносились жертвы богам солнца и грома.
На территории Битцевского леса сохранились курганы славян-вятичей, которые археологи относят в основном к XI–XIV векам.
С приходом христианства сакральный статус этих мест был переосмыслен, и в фольклоре за ними прочно закрепилась репутация мест сборищ нечистой силы. Появились легенды о регулярных шабашах ведьм, проводивших свои мрачные обряды на лысых вершинах под покровом ночи. Эта поздняя, уже христианская мифология оказалась настолько живучей, что многие исследователи творчества Михаила Булгакова считают Лысую гору в Битцевском лесу прообразом того места, где в романе «Мастер и Маргарита» Воланд устраивает бал. Впрочем, существуют и альтернативные версии, указывающие на другие возвышенности. Дополнительный трагический и зловещий ореол Битцевский лес приобрел в новейшей истории, когда в 2000-х годах там действовал печально известный серийный убийца.
В последние десятилетия своеобразный культурный слой Лысой горы пополнился: некоторые горожане устанавливают на склонах горы самодельные подобия жертвенников и ритуальных идолов.
Три или больше?
Три горы, или, как иногда говорили в народе, Тригорье, Трехгорка, – это исторический район на левом берегу Москвы-реки, вблизи Пресни, который впервые упоминается в документах после 1410 года. С XV века земли принадлежали князю Владимиру Андреевичу Храброму, а позже, вплоть до середины XVIII столетия, – Новинскому монастырю. Затем Три горы официально вошли в черту города, а с XIX века стали частью рабочего района Пресня.
Эту местность традиционно включают в список тех семи холмов, на которых стоит Москва. Однако название Три горы, скорее всего, не является точным топографическим указанием. Скорее оно просто отражало холмистый, пересеченный характер местности. Например, на самом первом печатном плане Москвы 1710 года в перспективе этого района изображено целых семь возвышенностей. Существует и другая версия, уводящая нас в глубокую древность. Некоторые исследователи предполагают, что название могло восходить не к холмам, а к некоему огромному трехглавому идолу, который мог некогда стоять здесь как центр языческого святилища.
Понятие «урочище», которое часто встречается применительно к изучению той или иной местности, в широком смысле означает любой хорошо узнаваемый географический объект, название которого было условлено, уречено людьми. Урочищем мог стать, например, участок, резко выделяющийся какими-то особенностями – необычным цветом почвы, специфическими скальными образованиями.
Открытка с изображением Введенской церкви несохранившегося Новинского монастыря. 1848 г.
Чертовщина какая-то!
В самом сердце исторического центра Москвы, в тихом и живописном районе, находится местность с любопытным названием Кулишки. Сразу возникает вопрос о возможной связи с расхожим выражением «у черта на куличках», означающим нечто невероятно далекое и глухое.
Связь и в самом деле существует. Слова «кулишки», «кулички» или «кулижки» в разных уголках России ранее могли обозначать либо лесную вырубку, просеку, либо болотистое, топкое место. Оба варианта прекрасно вписываются в контекст ранней Москвы. В первом случае название могло возникнуть из-за активной вырубки леса для строительства первых городских укреплений и домов. Во втором – оно прямо указывало на низменные, заболоченные участки, которые в народной традиции считались излюбленным обиталищем нечистой силы. Такие неприветливые, гиблые и опасные места и стали прообразом тех самых мифических куличек, куда впоследствии, согласно поговоркам, поселили черта.
Существует и еще одна, более приземленная версия, связывающая топоним со словом «кульки» или «кошели»: в этой части города в старину действительно было много кожевенных и портняжных мастерских, производивших подобные изделия. Какой из этих путей привел к появлению имени Кулишки, сегодня установить точно уже невозможно.
Гораздо живее и ярче память места сохранилась в преданиях, связанных с его храмами. Хорошим примером служит церковь Всех Святых на Кулишках, чей нарядный облик сложился в XVII столетии, хотя деревянный предшественник храма стоял здесь еще при Дмитрии Донском. Примечательная деталь – колокольня, имеющая заметный наклон. Разумное инженерное объяснение этому явлению – слабый грунт и дефекты фундамента – показалось горожанам слишком скучным. Вместо этого в народе рассказывали куда более занимательную историю, якобы относящуюся ко временам царя Алексея Михайловича. Согласно легенде, на Кулишках тогда завелся бес: неведомая сила опрокидывала торговые лотки, ставила прохожим подножки, а во время церковных служб в местных храмах неведомо откуда раздавались непристойные вопли и ругательства. Спешно пригласили старца-затворника Иллариона, славившегося даром изгонять молитвами различную нечисть. Несколько недель непрестанных молитв Иллариона и его помощников увенчались успехом – дух исчез, но, уходя, со зла толкнул колокольню церкви Всех Святых, которая с тех пор так и стоит перекошенной. Это предание – наглядный образец уже сугубо христианской мифологии, наслоившейся на древнюю, изначально нечистую славу самого места.
Еще один московский топоним, часто связываемый с нечистой силой, – Чертаново. Район получил название от одноименной деревни, самое раннее документальное упоминание которой датируется 1654 годом. Народная этимология охотно выводит название от слова «черт», однако реальная история, скорее всего, иная. Видимо, деревня была названа по речке Чертановке, левому притоку Городни, чьи воды позже были отведены в Москву-реку. Чертановка упоминается в писцовых книгах в 1627 году, тогда как деревни Чертаново в этих документах еще нет. Происхождение же гидронима ученые чаще всего производят из финно-угорских языков, где оно могло означать лесную чащу, указание на некогда дремучие, нетронутые леса в этих местах. В народном употреблении речка была известна также под именами Чертона, Чертома и Чертанка.