Прошу ваше величество быть совершенно уверенным, как я ценю вашу дружбу и не сомневаться в моей, с отменными чувствами пребывая,
вашего величества,
добрая сестра Екатерина.
№ 10
Король Фридрих II – императрице Екатерине II
Берлин, 5 апреля 1763 года
Государыня, сестра моя,
ничто не может быть приятнее для меня как участие, какое ваше императорское величество благосклонно принимает в мире, только что заключенном; никто, государыня, более меня не желает продолжения его.
Мои лета, благо государства и моего семейства склоняют меня к тому, и я уверен, что только от вашего императорского величества зависит надолго утвердит это дело; и как вы желаете, чтобы я высказался открыто, то, помоему мнению, ваше императорское величество находится в состоянии в настоящее время вырвать все семена раздора, могущие впоследствии времени обратиться в новые начала войны и смут, и все это приличествует договору и некоторым гарантиям, которые могли бы отнять у держав с честолюбивыми замыслами желание привести таковые в исполнение[42].
Этим средством сохранился бы мир, и, конечно, не я нарушил бы его; иначе ваше императорское величество может легко себе представить, что державы с возвратившимися к ним силами снова приступят к интригам, коварствам, как в прежнее время, и, вследствие соображений, эти расположения дали бы место новым раздорам[43]. Пусть ваше императорское величество милостиво взвесит все мои доводы; льщу себя мыслью, что вы увидите, что действительно от вас зависит подкрепить спокойствие Европы, когда вы пожелаете того.
Я разделяю безусловно все идеи вашего величества относительно Польши и не возьму сторону кандидатов, покровительствуемых Франции. Что же касается короля Польши и его войска, то я должен сказать вашему императорскому величеству, что кавалерийский корпус, всегда пребывавший в Польше, снова пришел туда первого числа этого месяца, прежде чем я получил письмо вашего императорского величества, в целом он не составляет 1300 человек. Я прикажу дать князю Долгорукову[44]список этого корпуса; но отныне обязуюсь не дозволять проходить другим войскам.
Прошу только ваше императорское величество снабдить меня подходящим к тому предлогом, будет ли то чрез министерское требование с вашей стороны, или другим способом, какой вы найдете самым пригодным, желая единственно во всех случаях дать доказательства высокого уважения, с коим пребываю, государыня, сестра моя,
вашего императорского величества
добрый брат Фридрих.
№ 11
Императрица Екатерина II – королю Фридриху II
Москва, 26 апреля 1763 года
Государь, брат мой,
мне кажется, что мы оба так заняты внутренним устройством наших государств, что я почти боюсь докучать вашему величеству своими ответами. С другой же стороны, опасаюсь, чтобы мое молчание не показалось вам небрежением или охлаждением, в силу содержания письма, написанного мне вашим величеством, от 5‑го числа апреля. Я убеждена в том, что говорит мне там ваше величество, что наши взаимные интересы требуют более тесных связей, но я думаю также, взаимно желая того, что они зависят только от нас. Они уже существуют, хотя и обычные формальности не были соблюдены.
В делах Польши[45]я совершенно полагаюсь на слово вашего величества и искренно благодарю за дружеский способ, с каким вы согласились на все предложенное мною, я не желаю ничего более, как засвидетельствовать, с какою дружбою и уважением пребываю, государь, брат мой,
вашего величества
добрая сестра Екатерина.
№ 12
Король Фридрих II – императрице Екатерине II
Потсдам, 23 июня 1763 года
Государыня,
хотя окончание войны доставляет тем, кто находится вынужденным вести ее, еще довольно занятий по внутренней части их государств, однако нет такого рода труда, который мог бы мешать мне с удовольствием отвечать на письма, какие милостиво пишет ко мне ваше императорское величество. Я дождусь той минуты, когда занимающие вас важные дела дадут вам время точнее отвечать на то, что я осмелился писать вам[46].
Между тем я думал бы, что не оказалось почтение вашему императорскому величеству, если бы не отослал обратно конверт от письма, написанного вами ко мне. Вы явно увидите, что оно было вскрыто; это заставляет меня предполагать, что корреспонденция вашего императорского величества возбуждает сильное любопытство; я не вступаю в подробности по этому делу, но полагаю, государыня, что оно заслуживает вашего внимания.
Я упрекал бы себя, если бы не указал на него вашему императорскому величеству, и уверяю, что во всех случаях вы найдете меня расположенным дать вам новые доказательства высокого уважения, с коим пребываю, государыня,
вашего императорского величества
добрый брат Фридрих.
№ 13
Императрица Екатерина II – королю Фридриху II
С.‑Петербург, 9 июля 1763 года
Государь, брат мой,
я приказала сделать строгие исследования о вскрытии моего последнего письма к вашему величеству, конверт которого вы прислали мне обратно. Я избегну подобного несчастья на будущее время; премного обязана вашему величеству за уведомление о том. Я не ошиблась в побуждении, заставившем действовать вас в этом. Оно то же, которое я признаю во всех поступках вашего величества в отношении меня.
Я буду отвечать во всех случаях на засвидетельствование дружбы и доброго согласия и дам доказательство в том, сообщая вашему величеству старание, которое показывает мне в Великобритании, чтобы заключить со мною союзный трактат. Я не хотела вступить в него, не уведомив о том доверенно ваше величество.
Это заставляет меня с удовольствием вспомнить о том, что вашему величеству угодно было высказать в своем предпоследнем письме о желании более тесного союза со мною, признаюсь искренно вашему величеству, что с большим удовольствием посмотрю в настоящее время на предложение о том, пребывая, как и всегда, с особенным уважением, государь, брат мой,
вашего величества
добрая сестра Екатерина.
№ 14
Король Фридрих II – императрице Екатерине II
Потсдам, 6 августа 1763 года
Государыня, сестра моя,
ничто не могло быть для меня дороже благосклонных чувств, какие свидетельствуют мне в своем письме ваше императорское величество. Я восхищен, государыня, решением, которое вы соблаговолили принять, и буду отвечать на него со всевозможным усердием со своей стороны. Европа будет обязана вашим стараниям, государыня, продолжением мира, по крайней мере, на севере.
Если вашему императорскому величеству угодно, чтобы я высказался о свойстве договора, о котором вы мне говорили, то мне кажется, что его можно было бы составить в форме оборонительного союза, содержащего в себе взаимную гарантию обоих государств с условием о соразмерном числе войска, какого обиженная в своих правах сторона имела бы право требовать от своего союзника.
Если ваше императорское величество не нашло подходящим для себя доставить войска на случай, ежели мои рейнские владения подверглись бы нападению, то можно было бы с нашей стороны исключить равным образом условие о доставлении войска на персидские и татарские границы и исчислить вспоможение деньгами.
Впрочем, я ожидаю того, что вашему императорскому величеству угодно будет добавить туда относительно дел Польши; может быть, если бы вы, государыня, нашли то удобным, можно было бы включить в этот договор статью касательно торговли, равно выгодную для обеих наций. От вашего императорского величества будет зависеть пожелать изъясниться насчет всего вышесказанного; заранее уверяю вас в том, что вы не встретите ни малейшего затруднения с моей стороны.
Я не поступил бы сообразно с своим долгом, если бы не уведомил вас, государыня, что французы и саксонцы чрезвычайно заняты в Константинополе тем, чтобы дать вредное истолкование всему происшедшему в Курляндии[47] и чего они еще постараются для себя в Польше. Осмеливаюсь открыто высказать вашему величеству мнение о том, и полагаю, что в ваших интересах было бы, через посредство моего министра при Порте[48], навести на должный образ мыслей турок против тайных и ложных внушений, которые могли бы нанести вред со временем.
Вы желаете назначить короля в Польшу, и если с этой самой минуты удалить все подозрения от умов турок, то вы достигнете того без применения силы, если же враги ваши, с помощью настояний, успеют вмешать Порту ко времени упразднения трона Польши, тогда нужно будет прибегнуть к крайностям, которые, как я полагаю, можно было бы отвратить.
Испрашиваю извинения у вашего императорского величества, если пускаюсь в эти подробности, они казались мне настолько важными, что я упрекал бы себя, умолчав о них. Примите же сие, государыня, как последствия чувств глубочайшего уважения, с коим пребываю, государыня,
вашего императорского величества
добрый брат Фридрих.
№ 15
Король Фридрих II – императрице Екатерине II
Потсдам, 8 сентября 1763 года
Государыня, сестра моя,
я получаю в настоящую минуту депешу из Вены, которую нашел слишком важной при нынешнем обстоятельстве, чтобы скрыть ее содержание от вашего императорского величества. Вы увидите там, о чем думают при этом дворе и что подозревают в ваших планах на Польшу; вашему величеству не стоит беспокоиться о том, потому что в Вене не имеют денег, и императрица, конечно, не находится в достаточно благоприятном положении, чтобы не сегодня-завтра снова начать войну.
